Формация вскоре была готова, и вихрь наконец оказался под контролем Чжао Хая. Эта формация не только превращала энергию вихря в кристаллы, но и регулировала её: если энергия вихря становилась слишком высокой и грозила взрывом, формация ускоряла поглощение — словно машина по производству кристаллов. Разумеется, кристаллы, получаемые таким способом, были невысокого качества — примерно третьего ранга; а при низкой энергии — и вовсе первого. Но даже это было немалым достижением.
Покончив с этим, Чжао Хай спустился под землю заповедного места и в глубине установил формацию природной энергии. С ней это место вскоре должно было превратиться в край, где растения вызревают за считаные дни, — именно это Чжао Хаю и требовалось.
Впрочем, на этот раз он не собирался делать всё сам. Установив природную формацию, Чжао Хай прямо вернулся в банду Гуаньчао, а затем через телепортационную формацию переправил в заповедное место Тан Мина и людей банды.
Едва люди банды Гуаньчао оказались в заповедном месте, как остолбенели. Здешняя среда оказалась куда суровее, чем они представляли. Они решительно не понимали, зачем Чжао Хай делает базой такую бесплодную пустошь и как её вообще можно превратить в базу.
Когда все собрались, Чжао Хай взглянул на них:
— Знаю, вы сейчас удивлены — зачем мне делать базой такое место? Не тревожьтесь. Сейчас здесь плохо, но стоит нам её преобразовать, и всё переменится. Я уже установил здесь формацию — впредь растения на базе будут расти быстрее, и место преобразится. Теперь ваша задача — изменить здешнюю среду. Первый шаг — посадка деревьев. Я хочу, чтобы вы посадили дерево под названием «бутылочное». В нём можно хранить воду, и впредь эти деревья станут здесь самыми распространёнными — от них будет зависеть наша жизнь. Итак, раздавайте семена и карты. Все места посадки бутылочных деревьев уже отмечены на карте — не сажайте как попало.
С этими словами Чжао Хай раздал семена. Люди приняли семена и нефритовые таблички — в табличках были карты с отмеченными местами посадки. Указан был не только порядок, но и последовательность — ошибиться было нельзя.
Чжао Хай долго раздумывал, прежде чем решил начать именно с бутылочных деревьев. Они хранят воду, а поскольку вода внутри ствола, даже на солнце она испаряется куда медленнее — как раз то, что нужно в заповедном месте.
Люди банды Гуаньчао хоть и не понимали, зачем Чжао Хай расписывает посадку так подробно, но следовали карте — тем более что у них были командиры, которые не дали бы ошибиться.
Эти бутылочные деревья Чжао Хай улучшил. Их корни уходили очень глубоко и поднимали больше воды — только так можно было вытянуть на поверхность здешние подземные воды.
Люди банды обнаружили, что после посадки семян бутылочных деревьев нужно влить в них свою духовную энергию. Это их озадачило ещё сильнее, но они всё же сделали, как велено.
И тут на их изумлённых глазах семена стали стремительно прорастать, тянуться вверх. В конце концов все бутылочные деревья превратились в огромные — высотой около двадцати метров и диаметром около десяти. А ещё больше их поразило то, что внутри стволов хранилось много воды, а корни разрослись невероятно — корневая система одного дерева простиралась почти на сотню метров в округе. Это было поистине устрашающе.
Только теперь они поняли, в чём польза бутылочных деревьев, и принялись работать ещё усерднее. Глядя, как на их глазах вырастают огромные деревья, они испытывали несказанную радость.
Заповедное место было немаленьким, но Чжао Хай и не думал засадить его бутылочными деревьями целиком. Это можно делать постепенно. Сейчас ему нужно было создать место, куда могла бы перебраться вся банда Гуаньчао.
Так, за месяц он с людьми банды посадил больше десяти тысяч бутылочных деревьев. Сажали их по строгой схеме — они покрыли участок, который был нужен Чжао Хаю.
За месяц посадить столько деревьев — люди изрядно устали. Чжао Хай тотчас велел этой партии вернуться в банду Гуаньчао, а на смену вызвал тех, кто оставался, — даже Тан Мина отпустил, велев Вэньхаю привести людей.
Возражений, разумеется, не было. Хоть с бутылочными деревьями вода перестала быть проблемой, солнце здесь пекло нещадно, жара изматывала. За месяц они совсем вымотались. Теперь Чжао Хай отпускал их — как раз можно отдохнуть.
Когда Тан Мин и остальные ушли, Вэньхай тотчас привёл вторую партию. Хоть бутылочные деревья уже росли, легче не стало — листвы у них немного, стволы толстые, солнца они не заслоняют, потому жара стояла по-прежнему.
Когда Вэньхай и его люди прибыли, Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Положение вы видели. Эти бутылочные деревья мы посадили раньше. За месяц — больше десяти тысяч. В них много воды, и вода эта — подземная, поднятая деревьями. Она станет нашим главным источником. Но для преобразования заповедного места одних бутылочных деревьев мало. Кругом песок — а это никуда не годится. Потому наша задача — улучшить здешнюю почву, сделать её пригодной для других растений.
Тут Чжао Хай помолчал и продолжил:
— Чтобы улучшить почву, нужно одно растение. Оно называется «пескороед». Посадишь его — и оно будет вызревать долго. У зрелого пескороеда корни разъедают песок. Когда трава погибнет, её семена дадут новые всходы, а погибшая трава станет удобрением. После нескольких циклов почва переменится. Потому наша следующая задача — посадка пескороеда.
С этими словами Чжао Хай достал пространственные мешки и раздал их:
— Здесь семена пескороеда. Ваша задача — посадить их и полить водой, чтобы трава скорее взошла.
На этот раз Чжао Хай не велел активировать семена духовной энергией: за эти дни формация природной энергии уже заработала. Теперь природной энергии в заповедном месте в избытке, и пескороед, едва посаженный, прорастёт сам за считаные дни — активация не нужна.
Установленная Чжао Хаем формация природной энергии имела одну особенность: здешнее солнце слишком щедрое, потому он вложил в неё несколько особых решений — она позволяла растениям поглощать больше солнечного света и выделять природную энергию, которую формация впитывала; а впитанную энергию она преобразовывала в ещё более чистую и отдавала наружу. Но в этой энергии было больше водной составляющей. Иными словами, впредь в заповедном месте станет больше воды, и дождей, возможно, прибавится. А эти дожди, по сути, — превращённый солнечный свет. До такого гениального замысла, пожалуй, додумался бы только Чжао Хай, и только он мог бы его осуществить: другие, даже придумав, не смогли бы. А Чжао Хай владеет бесчисленными формациями, потому ему это под силу.
Впрочем, сейчас этот метод ещё не явил своей силы — растений в заповедном месте слишком мало. Мало растений — не поглотить много солнца, не превратить его в природную энергию. По сути, метод Чжао Хая заработает в полную силу лишь после посадки гигантской листовой огненной акации — только она способна превращать солнечный свет в природную энергию. Лишь когда акации разрастутся на больших площадях, метод заработает по-настоящему.
Но и акации не так просто вырастить. По крайней мере, на песке они не приживутся. К тому же для других растений почву тоже нужно улучшить. Потому Чжао Хай и хотел сначала использовать пескороед. Когда почва улучшится, можно будет сажать акации — и тогда преобразование заповедного места можно будет считать завершённым в главном.
Раздав семена, Чжао Хай тотчас взялся за дело. Сначала нужно было посадить семена, затем полить. Пескороед всходил очень быстро, затем цвёл, давал семена — и тотчас начинал новый цикл. Но при этом его нужно было поливать. Люди банды подсчитали: трава успевала вызреть трижды за день — невероятно.
Так прошёл ещё месяц, и почва на всей площади, занятой бутылочными деревьями, была улучшена. Теперь здесь можно было сажать что угодно. Чжао Хай велел Вэньхаю вернуть эту партию в банду Гуаньчао, а на смену вызвал Тан Мина с людьми.
Когда Тан Мин и остальные вошли в заповедное место, оно оказалось совсем иным. Теперь здесь Чжао Хай посадил другую траву — с виду обычную кормовую, но её корни были трубчатыми. В них хранилась вода; словно тонкие трубочки, они разносили влагу по всему участку.
(Конец главы)