Южные тридцать девять островов в одночасье потеряли половину своих владений — такого они не предвидели и в самых мрачных мыслях. Ныне Северные тридцать три шли вперёд, точно радуга в ясном небе, а горше всего было то, что некоторые культиваторы Южных тридцати девяти сдались Северным тридцати трём. По числу воинов Северные тридцать три уже полностью превзошли Южные тридцать девять.
Остальные острова Южных тридцати девяти теперь походили на тех, кто сидит и ждёт смерти. Они попросту не знали, что делать, ибо не в силах были сдержать натиск Северных тридцати трёх.
И тогда вновь вышел Бао Тяньлун. Он напрямую связался с оставшимися владыками островов Южных тридцати девяти, надеясь, что те снова объединятся против Северных тридцати трёх.
Оставшиеся владыки тоже понимали: своими силами Северных тридцати трёх не остановить. И они согласились на предложение Бао Тяньлуна — вновь объединиться против Северных тридцати трёх.
Получив весть, Чжао Хай собрал всех. Теперь никто не оспаривал его командование — напротив, все им восхищались. Именно под его началом они разбили одного врага за другим, взяли один остров за другим, одержали одну победу за другой. Потому против его командования не было ни единого возражения.
Собрав всех, Чжао Хай обвёл их взглядом:
— Оставшиеся на Южных тридцати девяти вновь объединились. Думаю, вы уже знаете. Скажите, как нам теперь воевать?
Се Имин, не задумываясь, произнёс:
— Тут и думать нечего. Как и прежде: с помощью иллюзорных формаций заставим врага поверить, что мы идём в лобовую атаку, а сами ударим в тыл — и хорошенько.
Остальные тоже кивнули. Прежние сражения доказали: способ этот весьма действенен. А раз он действенен, зачем его менять? Пусть и дальше работает.
Но Чжао Хай, обведя всех взглядом, заговорил:
— Нет. Я против этого способа. Раньше он и впрямь был хорош, а теперь — не факт. У оставшихся на Южных тридцати девяти теперь нет пути назад. Они будут драться с нами насмерть. Если мы снова применим этот способ, они, не глядя ни на что, ударят по землям, которые мы уже заняли. А на этих землях теперь полно наших людей — по сути, мы их уже проглотили. Наших там мало, а пленных много. Если они и впрямь отобьют занятые нами земли, то освободят пленных — и у них снова появятся люди. Тогда воевать станет только труднее.
Се Имин и остальные опешили, услышав это, а затем все нахмурились. Се Имин взглянул на Чжао Хая:
— И что же вы предлагаете, глава секты Цзянь?
Чжао Хай произнёс:
— Прежде мы применяли этот способ потому, что наших сил было меньше, чем у противника. Но теперь наших сил больше. Значит, этот способ нам не нужен. Мы ударим в открытую, лицом к лицу, честно и прямо. Сейчас собравшиеся на Южных тридцати девяти культиваторы — это последняя сила сопротивления. Стоит нам её уничтожить — и больше никто не встанет против нас. А вместе с этой силой мы уничтожим и саму веру Южных тридцати девяти. Мы решим всё одним ударом — разом покончим со всеми силами сопротивления Южных тридцати девяти, и прежде всего с Бао Тяньлуном.
Тут Чжао Хай умолк и, обведя всех взглядом, продолжил:
— Бао Тяньлун — первый мастер Южного моря и духовная опора Южных тридцати девяти. Пока он жив или не сдался, остальные будут верить, что у них ещё есть надежда, что они ещё могут нас одолеть. Если мы убьём Бао Тяньлуна и уничтожим последние силы сопротивления Южных тридцати девяти, мы покончим с ними окончательно. Семьдесят два острова Южного моря вновь объединятся. Что скажете?
Се Имин и остальные загорелись от этих слов. Ударить во всю мощь, решить всё одним ударом — конечно, они об этом думали. И тогда война на семидесяти двух островах Южного моря завершится. Все дружно кивнули. Се Имин даже сказал:
— Возражений нет. Так и надо. Если удастся разом разобраться со всеми оставшимися островами Южных тридцати девяти, то и заплатить за это стоит. Тогда на семидесяти двух островах Южного моря больше не будет междоусобиц и великие секты не получат ни малейшей возможности вмешаться. Лучшего и не придумаешь.
Остальные тоже кивнули. Как и сказал Чжао Хай, собранные ныне Южными тридцатью девятью силы — это всё, что у них осталось. Стоит уничтожить эту последнюю силу — и Южные тридцать девять падут к их ногам.
Чжао Хай, видя их лица, слегка улыбнулся:
— Если все согласны, так и сделаем. Оповестите всех в тылу: пусть держат оборону, чтобы люди Южных тридцати девяти не ударили по нашим тылам.
Все кивнули. Чжао Хай произнёс:
— Возвращайтесь, готовьте войска. Через три дня — решающее сражение с Южными тридцатью девятью.
Все дружно откликнулись и тотчас ушли. Это сражение было для Южного моря крайне важно: оно решит его окончательную судьбу.
Три дня пролетели быстро.
Теперь Южные тридцать девять держали оборону, потому не наступали — только защищались. А Чжао Хай и его люди дали войску три дня отдыха, после чего готовились идти прямо на их главные силы.
Все, кто участвовал в войне на Южном море, сильно переменились. Сам их дух стал иным — они походили теперь на настоящих воинов, и взаимодействие между ними стало куда лучше.
Однако в войске Чжао Хая появилась и другая часть — люди без этого духа, выглядевшие несколько разрозненно. Их строй поставили в самом авангарде.
Это были сдавшиеся войска с захваченных островов Южных тридцати девяти. Им тоже предстояло участвовать в наступлении. На каждом из них стояла метка: вздумай кто изменить — и метка тотчас убьёт.
Эти сдавшиеся культиваторы понимали: выбора у них нет. Они видели, что Северные тридцать три убивают их без всякой пощады.
Когда войско построилось, Чжао Хай вышел вперёд. Взглянув на сдавшихся воинов Южных тридцати девяти, он произнёс:
— Слушайте все. Это последняя битва на Южном море. Прежде вас сдерживали, потому что не доверяли. Вы тоже люди Южного моря. И мы не хотим вашей смерти. В конце концов, вы — часть силы Южного моря. Умрёте вы — и сила Южного моря ослабнет, а нам это ни к чему. Даю вам слово: после этого вы все обретёте свободу. Сможете стать частью Северных тридцати трёх, секты Морской Разведки или секты Сокровенного Неба — как пожелаете. Так что это ваш шанс.
Услышав это, сдавшиеся воины Южных тридцати девяти взволновались. Хоть они и сдались Северным тридцати трём, своими их так и не считали. А если после этого к ним станут относиться как к своим — чего лучше?
Люди порой устроены странно. До нынешнего положения их довели Северные тридцать три. Казалось бы, они должны их ненавидеть — но теперь, из-за малой милости, прониклись благодарностью. Чувство поистине странное.
Проведя предбоевую подготовку, Чжао Хай обвёл всех взглядом и произнёс:
— Вперёд!
По его приказу войско двинулось на последнюю линию обороны Южных тридцати девяти.
Люди Южных тридцати девяти тоже заметили движение. На сей раз они не строились за пределами острова, а держали оборону на самом острове. Они понимали: это их последний шанс. Не сдержат натиск Северных тридцати трёх — и им конец.
Бао Тяньлун стоял неподвижно, глядя на медленно надвигающееся войско Северных тридцати трёх, и на душе у него было тяжело.
Когда-то, объединив Южные тридцать девять и подняв войско против Северных тридцати трёх, он и подумать не мог, что всё кончится так. Но теперь всё стояло перед ним воочию. Не сдержат они войско Северных тридцати трёх — и им конец.
Бао Тяньлун уже решил. Даже если сегодня он падёт здесь, он не отступит ни на шаг. Отступит — и навсегда утратит шанс, навсегда лишится возможности сразиться с Северными тридцатью тремя. Как бы ни была велика его сила, ему не остановить сотен тысяч их воинов.
На защитные формации острова Бао Тяньлун особых надежд не возлагал. Он прекрасно понимал: сила Северных тридцати трёх и впрямь огромна, а сильнее всего — умение Чжао Хая разрушать формации. Не будь у него этого умения, войско Северных тридцати трёх не продвигалось бы так успешно. На каждом острове Южных тридцати девяти есть свои защитные формации. Не разрушайся они легко — Северным тридцати трём ни за что не взять половину владений за несколько месяцев. Даже взяв несколько островов штурмом, они понесли бы огромные потери — и уж точно не продвигались бы так легко.
Но всё это изменил Чжао Хай. Его умение разрушать формации было поистине ужасающим. Любая формация перед ним — точно детская игрушка: миг — и разрушена. Защитные островные формации не успевали сделать ничего, не доставляли Северным тридцати трём сколько-нибудь серьёзных хлопот. А главное — с разрушением формации падал и дух защитников, начиналась паника. И тогда остановить Северных тридцати трёх становилось уже невозможно. А значит — поражение.
Сейчас у них последний шанс. Но на формации по-прежнему надежды нет. Впрочем, эти формации — приманка. Приманка для Чжао Хая.
(Конец главы)