Буферная зона для некоторых великих сект внутренних земель была всего лишь дикой окраиной.
В обычные дни такие первоклассные великие секты, как храм Десяти тысяч Будд или секта Небесного Единства, даже взглядом бы её не удостоили.
А вот семьдесят два острова Южного моря — иное дело.
И храм Десяти тысяч Будд, и секта Небесного Единства хотели протянуть руку к семидесяти двум островам Южного моря. Ведь стоит туда дотянуться — и получишь лакомый кусок от бесконечных морских богатств.
Впрочем, люди семидесяти двух островов Южного моря на такое, разумеется, не согласились бы.
Как в прошлый раз, когда Храм Железного Будды занял безымянный островок в Южном море — пусть на нём и не было кристаллических жил, — семьдесят два острова непременно захотели его вернуть. Им было всё равно на одну жилу, но они ни за что не позволили бы Храму Железного Будды протянуть руку к Южному морю.
Именно поэтому великие секты давно хотели дотянуться до Южного моря, но случая всё не представлялось.
Буферная зона близка к Южному морю. Можно сказать, стоит взять её под контроль — и ты уже угрожаешь семидесяти двум островам.
Потому и семьдесят два острова Южного моря, и секта Сокровенного Неба с остальными придавали буферной зоне огромное значение.
Хоть весть о её независимости они восприняли по-разному, но тоже из соображений выгоды.
Секта Сокровенного Неба, к примеру, прежде контролировала немало сект буферной зоны. Это был их первый шаг к Южному морю. Потому, едва зашла речь о независимости буферной зоны, их реакция оказалась столь бурной — не говоря ни слова, сразу ударили.
А семидесяти двум островам Южного моря было всё равно.
Лишь бы буферная зона не досталась секте Сокровенного Неба или тем великим сектам, — и даже если все её секты станут независимыми, им всё равно. Напротив, это им выгодно.
Потому они и позволили сектам буферной зоны стать независимыми.
Но последующие действия семидесяти двух островов Южного моря оказались слишком недальновидны. Из-за этого Чжао Хай и стал им мстить, и дошло до нынешнего.
Буферная зона в любое время была для секты Сокровенного Неба и семидесяти двух островов заповедной вотчиной, к которой никому не позволено прикоснуться.
Великие секты не могли протянуть туда руку потому, что прежде все секты буферной зоны контролировались сектой Сокровенного Неба. Стоило великим сектам напасть на буферную зону, как её секты обращались за помощью к секте Сокровенного Неба, и та тотчас вступала в бой.
В ту пору великим сектам пришлось бы иметь дело не только с сектами буферной зоны, но и с сектой Сокровенного Неба и семьюдесятью двумя островами. А главное — другие секты, которым буферная зона не досталась, стали бы тянуть их назад.
Потому что на их стороне не было ни справедливости, ни правоты — а это создавало немало хлопот.
Потому великие секты так и не смогли взять буферную зону.
Но если бы секты буферной зоны сами пришли к ним с просьбой о покровительстве — совсем другое дело.
Приди Чжао Хай и его люди к великим сектам и скажи, что хотят перейти под их руку, — те тотчас бы согласились и сразу выступили. Ведь Чжао Хай уже перешёл к ним, значит, они помогают своим подчинённым, и никто не скажет ни слова.
И именно этого больше всего боялись секта Сокровенного Неба и семьдесят два острова Южного моря.
Обрети великие секты имя справедливости — и удар по ним означал бы развязывание войны. А тогда великие секты могли бы обрушить на них всю свою мощь.
Им такой мощи не выдержать. В таком положении им оставалось бы лишь уступить буферную зону.
А тогда великие секты протянули бы руку к Южному морю. И выгнать их оттуда потом было бы куда труднее.
Не смотри, что великие секты с виду блистательны и прикрываются знаменем человеколюбия, — на деле они жаднее всех. Иначе не стали бы великими сектами.
И секта Сокровенного Неба, и семьдесят два острова Южного моря больше всего боялись, что великие секты протянут руку. А раз протянут — будут тянуться всё дальше. И в конце концов обнаружишь, что твоих земель нет, твоей выгоды нет, всё стало их. И ты лишь исполняешь их волю.
Такова суть великих сект.
И теперь, когда Чжао Хай заговорил о том, что они перейдут под руку великих сект, чтобы спастись, Сюаньян-цзы и его спутники тотчас очнулись.
Они вдруг поняли: у Союза Исследующих Море есть не только один выход.
У них много выходов.
Надо понимать: сейчас Союз Исследующих Море контролирует половину буферной зоны. Используй они это как козырь, перейди под руку великих сект — и те не только примут их, но и обласкают, не говоря уж о спасении жизни.
Ведь они преподнесут великим сектам и случай, и имя справедливости. И те смогут открыто протянуть руку к Южному морю.
А тогда конец придёт и секте Сокровенного Неба, и семидесяти двум островам Южного моря.
Именно от этих мыслей лица Сюаньян-цзы и Сюаньяо-цзы стали столь мрачны. Они представили эти страшные последствия.
Не смотри, что секта Сокровенного Неба и Сюаньцзянь здесь, в буферной зоне, царят и властвуют, а люди буферной зоны считают их великими сектами. На деле они сами понимают: до таких первоклассных великих сект, как храм Десяти тысяч Будд и секта Небесного Единства, им далеко.
Прежде храм Десяти тысяч Будд и секта Небесного Единства хотели протянуть руку к Южному морю, и те хоть и препятствовали, но своими силами остановить их не могли. Великие секты остановили другие великие секты.
Не ставь им другие великие секты палки в колёса — и те не смогли бы их остановить.
Чжао Хай, глядя на Сюаньян-цзы и Сюаньяо-цзы, невольно усмехнулся.
Он, разумеется, не мог и впрямь позволить великим сектам протянуть руку к буферной зоне. Тогда бы буферная зона и впрямь перестала быть их.
Но это не мешало ему припугнуть Сюаньян-цзы и остальных.
Он хотел сказать им: не думайте, что у нас нет пути отступления. Доведёте нас как следует — мы на всё способны. Тогда вам же будет хуже.
А у даочжана Цинланя и остальных загорелись глаза.
Прежде они думали, что зашли в тупик. Но после слов Чжао Хая вдруг обнаружили, что тупика-то нет.
Их путь ещё широк.
Чжао Хай взглянул на Сюаньян-цзы и Сюаньяо-цзы и негромко произнёс:
— Господа, вы слышали мои слова. Смысл их ясен: хотите сотрудничать — можно. Вы уходите из буферной зоны, дела буферной зоны решают сами её люди. А прежнее мы можем предать забвению. Кто прав, кто виноват — не будем разбираться.
Он помолчал и продолжил:
— Но одно можем обещать: если вы и впрямь заключите с нами союз, то впредь мы поможем вам разобраться с семьюдесятью двумя островами Южного моря. Мы даже можем пропустить вас через свою территорию и дать кое-какие ресурсы.
— Как бы то ни было, мы уже рассорились с семьюдесятью двумя островами. Так что и вы не в убытке. Вы всего лишь теряете контроль над буферной зоной.
— Но даже если наш Союз Исследующих Море и займёт буферную зону, угрозы для вас он представлять не будет. Напротив, семьдесят два острова Южного моря теперь наши смертельные враги, они непременно нападут на нас. Мы будем постепенно истощать друг друга. Для вас это, кажется, к лучшему?
— Прошу вас двоих как следует подумать. Если не вправе решить — возвращайтесь и обсудите. Мы не спешим, можем подождать. Даже если семьдесят два острова придут, мы устоим.
— Но уговор: мы можем дать вам лишь десять дней. На этот раз месть семидесяти двух островов будет яростной. Мы не знаем, сколько продержимся. Если через десять дней от вас не будет вестей — не взыщите, нам придётся думать лишь о спасении жизни.
Лица Сюаньян-цзы и Сюаньяо-цзы были мрачны.
Они злобно взглянули на Чжао Хая и, не сказав ни слова, развернулись и ушли.
Как и сказал Чжао Хай, решать это дело им было не по силам.
Оно слишком велико — касается всего положения на Южном море. Двое мелких представителей такого решить не могут. Нужно немедленно доложить наверх.
Глядя, как уходят Сюаньян-цзы и Сюаньяо-цзы, Цинлань и остальные не стали их провожать, а собрались в главном зале.
Все смотрели на Чжао Хая.
Цинлань негромко произнёс:
— Глава Цзянь, когда у вас появилась мысль перейти под руку великих сект?
Чжао Хай негромко произнёс:
— Никогда. Только что просто сказал наугад.
Он помолчал и продолжил:
— Вы должны понимать: как бы блистательно ни выглядели великие секты, все они поедают людей, не выплёвывая костей. Сотрудничай с ними по-настоящему — и не узнаешь, как погибнешь.
— Я сказал так, чтобы припугнуть Сюаньян-цзы и остальных, а заодно через них передать это секте Сокровенного Неба и Сюаньцзяню. А как только весть дойдёт до них, её, чего доброго, быстро узнают и семьдесят два острова.
— Тогда и посмотрим, что они выберут.
— Но ни секту Сокровенного Неба, ни семьдесят два острова не стоит переоценивать. Узнав об этом, они, возможно, первым делом решат нас уничтожить.
— Потому сейчас нужно усилить оборону, не дать им ни малейшей лазейки.
— Вернувшись, тотчас проведите строжайшую проверку секты, остерегайтесь предателей. Главное — следите за формациями. Кроме одной малой формации для связи, все остальные лучше запечатать.
— Подождём ещё несколько дней — и будет результат.
Все кивнули, признавая правоту Чжао Хая.
Теперь они рассорились с обеими сторонами. Секта Сокровенного Неба и остальные на словах говорят о сотрудничестве, а войска стоят у сект и не уходят — явная угроза.
А семьдесят два острова Южного моря — и говорить нечего. Они уже готовятся напасть.
Остаётся лишь ждать.
Чжао Хай взглянул на всех:
— Нам и впрямь остаётся лишь ждать десять дней. Если через десять дней они не решат, придётся и впрямь попробовать связаться с великими сектами.
Цинлань опешил и негромко произнёс:
— Разве вы не сказали, что никогда не думали сотрудничать с великими сектами? Почему теперь хотите с ними связаться? Если великие секты войдут в буферную зону, нам там места не останется. Это надо как следует обдумать.
Чжао Хай горько усмехнулся:
— Я всё обдумал. Но если к тому сроку секта Сокровенного Неба не пойдёт на сотрудничество, наше положение станет ещё опаснее.
— Впрочем, мы можем выставить великим сектам условия: буферную зону отдадим им, но сохраним самоуправление.
— Разумеется, земли тех сект, что переметнулись к секте Сокровенного Неба, мы можем не брать — отдать великим сектам. Нам хватит своих нынешних земель.
— Мы даже можем ежегодно платить великим сектам дань. Но дела секты должны решать мы сами. Они не станут нами управлять и тем более принуждать нас к походам.
Цинлань и остальные кивнули.
Дело и впрямь нелегко.
Если через десять дней секта Сокровенного Неба не пойдёт на сотрудничество, положение станет по-настоящему опасным.
А не предприми они чего-то реального — и секта Сокровенного Неба, и семьдесят два острова поймут, что великими сектами их лишь пугают.
Тогда они не испугаются. И им конец.
Потому остаётся лишь ждать десять дней.
Через десять дней, если секта Сокровенного Неба не шевельнётся, придётся действовать.
Чжао Хай взглянул на Цинланя и остальных:
— Не думайте, что эти десять дней пройдут легко. За эти десять дней и секта Сокровенного Неба, и семьдесят два острова, возможно, нападут на нас.
— Если не устоим под ударами с двух сторон — всё кончено. Если устоим — тем лучше.
— Потому сейчас наша задача — удержать свои земли. Даже если потом и впрямь придётся перейти под руку великих сект, пока у нас есть земли, есть и козырь на переговорах.
— А потеряем земли — великие секты и взглядом нас не удостоят. Они лишь используют нас, а использовав — отбросят. И тогда у нас не останется ничего.
Все кивнули.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Что ж, господа, впереди величайшее испытание. Удержим эти десять дней — всё сладится; не удержим — и говорить не о чем.
— Давайте так: те люди, что выделены сектами, пока остаются в Цзяньъюй. Если за эти десять дней секта Сокровенного Неба и остальные и впрямь нападут, я поведу их и снова ударю по секте Сокровенного Неба и другим — пусть и они почувствуют, каково это, когда нападают на семьдесят два острова Южного моря.
Цинлань и остальные кивнули.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Господа, я откланиваюсь — вернусь готовиться к их нападению.
— Скажем так: это наш последний шанс. Если секта Сокровенного Неба согласится сотрудничать, независимость буферной зоны станет возможной.
— Господа, держитесь. Эти десять дней решат нашу судьбу!
С этими словами он поднялся, сложил руки в поклоне и вышел.
(Конец главы)