Пока Чжао Хай в пространстве был занят изучением яда-заклинания, Тао Цзин снова пришёл в его дворик.
С прошлого визита прошло три дня.
За эти три дня Тао Цзин мог прийти в любой момент. Но не пришёл. Он нарочно выждал три дня, чтобы немного остудить Чжао Хая.
Тао Цзин подошёл к воротам дворика и тихо постучал.
Из-за двери раздался голос:
— Кто там?
Тао Цзин узнал голос — это был слуга Чжао Хая. Но всё же негромко сказал:
— Это Тао Цзин, пришёл навестить Тянь Хая.
Дверь со скрипом отворилась.
Теше, увидев Тао Цзина, поклонился:
— Приветствую господина. Мой господин сейчас в затворничестве, уже несколько дней не выходил.
Тао Цзин опешил:
— В затворничестве? Почему младший брат-ученик Тянь Хай ушёл в затворничество в такое время?
Теше покачал головой. Он тоже не знал.
В этот миг Чжао Хай вышел из комнаты и, чуть улыбнувшись Тао Цзину, сказал:
— Старший брат Тао пришёл, прошу входи. Прошу прощения, я был в затворничестве, изучал яд-заклинание, вышел только услышав голос старшего брата Тао. Прошу извинить за неучтивость.
Тао Цзин увидел, что одежда на Чжао Хае слегка помята и вид у него поспешный, и понял, что тот не лгал — похоже, действительно был в затворничестве. Он кивнул:
— Ничего, младший брат, прошу.
Они вместе вошли в комнату. Теше пошёл заваривать чай.
Когда оба уселись, Тао Цзин взглянул на Чжао Хая и негромко сказал:
— Младший брат-ученик Тянь Хай, ту нефритовую табличку, что ты дал мне в прошлый раз, я уже передал старшему брату Чжоу Фэнмину. Старший брат Чжоу очень доволен.
— Но сейчас не время разбираться со старейшиной Ша, потому старший брат Чжоу оставил табличку у себя. Ты не сердишься?
Чжао Хай покачал головой и с улыбкой ответил:
— Нет, как можно. Старший брат Чжоу поступил правильно.
— Как бы там ни было, старейшина Ша — старейшина, разве с ним легко справиться? Я и сделал ту табличку лишь для того, чтобы держать в руках компромат и чтобы старейшина Ша впредь не смел со мной связываться.
— Теперь у старшего брата Чжоу она даже полезнее и безопаснее.
Тао Цзин кивнул:
— Хорошо, младший брат, верно сказано. Я передам твои слова старшему брату Чжоу.
— Собственно, я пришёл к тебе ещё по одному делу.
Чжао Хай кивнул:
— Прошу, старший брат.
Тао Цзин негромко сказал:
— Хотя ты теперь и внутренний ученик, но в нашей секте Ядовитого Дракона внутренних учеников тоже немало. К тому же ты нажил врага в лице старейшины Ша, и получить в секте первоклассный ядовитый инструмент теперь почти невозможно. Это сильно повлияет и на твоё совершенствование, и на будущее.
— Не думал ли ты о своём будущем?
Чжао Хай подумал и покачал головой:
— Отвечаю старшему брату, о будущем я и впрямь не думал.
— Ты же знаешь, я странствующий культиватор, в секте никого не знаю. Даже если бы захотел найти могущественного покровителя, не знаю, с какого конца подступиться. Не мог бы старший брат дать мне совет?
Тао Цзин мысленно одобрительно кивнул.
Он подумал: «Тянь Хай и впрямь понятлив». Стоило ему намекнуть, как Чжао Хай сразу понял и подхватил. С умным человеком разговаривать — одно удовольствие.
Тао Цзин чуть улыбнулся:
— Как, по-твоему, младший брат-ученик Тянь Хай, старший брат Чжоу Фэнмин?
Чжао Хай негромко сказал:
— Старший брат Чжоу входит в тройку сильнейших ключевых учеников, я его глубоко уважаю.
Тао Цзин кивнул:
— Старший брат Чжоу тоже очень ценит младшего брата Тянь Хая.
— Ты должен знать наши правила: любой ключевой ученик может создать собственную силу. Не хочешь ли, младший брат Тянь Хай, присоединиться к отряду старшего брата Чжоу?
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Это было бы желанной честью. Если бы я мог войти под начало старшего брата Чжоу, я был бы несказанно рад, только не знаю, есть ли у меня такое счастье.
— Есть, конечно есть! — сказал Тао Цзин. — Старший брат Чжоу уже говорил мне, что хочет принять тебя. Достаточно твоего согласия.
— Если ты согласен, то с сегодняшнего дня ты человек линии старшего брата Чжоу. Если что-то случится, можешь приходить ко мне. Мы оба люди старшего брата Чжоу, и я, естественно, не оставлю тебя без внимания.
Чжао Хай негромко сказал:
— Благодарю старшего брата Тао. Собственно, после случая в Палате кузнечного дела я уже придумал, как разобраться со старейшиной Ша.
— Раз он не гнушается никакими средствами против меня, пусть не пеняет, что и я не буду гнушаться.
Услышав это, Тао Цзин внутренне вздрогнул.
Он и прежде видел, что Чжао Хай не оставит это просто так, но не ожидал, что тот захочет разобраться с Ша Тяньхэ прямо сейчас. Это было абсолютно неразумно.
Ша Тяньхэ — старейшина секты Ядовитого Дракона, к тому же старейшина, поднявшийся из ключевых учеников, занимает чрезвычайно высокое положение. Где Чжао Хаю с его нынешним положением с ним тягаться?
Тао Цзин поспешно сказал:
— Младший брат-ученик Тянь Хай, я знаю, ты зол, но послушай мой совет: сейчас не время разбираться со старейшиной Ша. Иначе старший брат Чжоу давно бы уже действовал.
Чжао Хай посмотрел на Тао Цзина и негромко сказал:
— Это я знаю. Я не стану нападать на старейшину Ша напрямую — это самоубийство. Но я могу разобраться с ним другими способами.
Тао Цзин с недоумением посмотрел на Чжао Хая:
— Младший брат, послушай меня, не горячись. Как ты собираешься разобраться со старейшиной Ша?
Чжао Хай холодно хмыкнул:
— У старейшины Ша в секте большая сила? Отлично, тогда я эту силу ослаблю.
— Все, кто в хороших отношениях с Ша Тяньхэ, все его люди — я никого не пощажу. Стоит им выйти за пределы секты — одного встречу, одного убью, двоих встречу — двоих убью!
Тао Цзин невольно вздрогнул.
В словах Чжао Хая он услышал убийственную ауру, густую и страшную. Даже он, человек, прошедший через множество битв и убивший немало, почувствовал этот холод.
От этой убийственной ауры у него по всему телу пошли мурашки.
Тао Цзин поспешно сказал:
— Младший брат, не горячись! Если ты так поступишь, секта тебя не пощадит.
Чжао Хай холодно хмыкнул:
— А по какому праву секта станет меня наказывать? Я не нападаю на людей старейшины Ша внутри секты, и секта не сможет меня тронуть.
— Я хочу убить всех, кто опирается на старейшину Ша. Я хочу, чтобы все, кто на него опирается, знали: пойдёшь за Ша Тяньхэ — тебя ждёт смерть.
— Хотел бы я посмотреть, станут ли они после этого за него держаться.
Тао Цзин смотрел на Чжао Хая и не знал, что сказать.
Он прекрасно понимал: этот метод Чжао Хая крайне опасен. У Ша Тяньхэ много сильных бойцов, почти все — внутренние ученики. Его люди, его ученики, некоторые уже управляющие. Все они не слабы.
Если Чжао Хай и впрямь начнёт с ними разбираться, это вызовет бурю. К тому же его сил может не хватить: среди людей Ша Тяньхэ есть очень сильные, с ними Чжао Хаю не справиться.
Главное же — это может разгневать секту.
Хотя секта не вмешивается в конфликты учеников за своими пределами, если Чжао Хай устроит резню и внутренних учеников и управляющих погибнет слишком много, секта не останется в стороне.
Тогда Чжао Хаю придёт конец.
Именно поэтому Тао Цзин поспешно сказал:
— Послушай меня, младший брат. Твой метод хоть и кажется неплохим, но слишком радикален, вызовет недовольство секты, что плохо скажется на твоём будущем.
— Послушай, со старейшиной Ша непременно нужно разобраться, но только не так. Если ты так поступишь, секта непременно тобой займётся. Секта не позволит, чтобы внутренних учеников и управляющих гибло слишком много.
— Поэтому в этом деле обязательно послушай меня, нужно всё обдумать. Не волнуйся: как только ты присоединишься к старшему брату Чжоу, он тебя защитит. Даже старейшина Ша не посмеет тронуть тебя без причины.
Чжао Хай взглянул на Тао Цзина, затем с облегчением выдохнул:
— Хорошо, послушаю тебя, старший брат Тао. На сей раз я стерплю.
— Если старейшина Ша снова на меня нападёт, я не стану церемониться. Тогда я с ним схлестнусь не на жизнь, а на смерть.
Услышав это, Тао Цзин тоже с облегчением выдохнул.
Он и не ожидал, что у Чжао Хая такой твёрдый характер.
Если бы Чжао Хай и впрямь так поступил, ему, пожалуй, не нашлось бы места в секте. Ведь это было бы не просто нападение на Ша Тяньхэ, а вызов всей секте.
Секта не могла бы этого допустить. И тогда, даже если бы секта стала разбираться с Ша Тяньхэ, сначала она расправилась бы с Чжао Хаем. Тогда и рыба погибла бы, и сеть порвалась.
Тао Цзин теперь чувствовал головную боль.
Он уже сказал Чжао Хаю, что тот отныне человек Чжоу Фэнмина. Значит, Чжао Хай теперь как бы подчинённый Чжоу Фэнмина. И если он совершит такую крайность, это ударит по Чжоу Фэнмину.
К тому же его вспыльчивый характер — как бомба замедленного действия, неизвестно когда рванёт. А рванёт — пострадают не только враги, но и он сам может разлететься на куски.
От этой мысли Тао Цзин понял, что не может больше здесь оставаться. Нужно немедленно рассказать всё Чжоу Фэнмину, посмотреть, что тот скажет. Это дело лучше решить как можно скорее, иначе будут большие неприятности.
Тао Цзин посмотрел на Чжао Хая:
— Младший брат Тянь, какие у тебя дальнейшие планы?
Чжао Хай негромко сказал:
— Я уйду в затворничество на некоторое время.
— Только что получил в секте методы изготовления и применения яда-заклинания, ещё не разобрался. К тому же сам пробую делать яд-заклинание. Потому хочу как следует уйти в затворничество и изучить эти яды.
Услышав это, Тао Цзин вздохнул с облегчением.
Он был бы рад, если бы Чжао Хай всё время сидел в затворничестве. Это лучше, чем если бы он вышел и натворил дел.
Потому он сразу сказал:
— Хорошо. Давай так: я вернусь и велю прислать тебе нужные материалы. Яд-заклинание для нас, людей секты Ядовитого Дракона, очень важен, так что изучай его как следует.
(Конец главы)