Люди из секты Демонического Меча давно хотели протянуть руку в Мир Мечевого Духа.
Они долго держались в стороне от него. Хотя примерно раз в двадцать лет их ученики выходили в Мир Мечевого Духа и оставляли после себя немало грозной славы, это лишь сильнее отталкивало их от остальных. Жители Мира Мечевого Духа относились к ним с крайней настороженностью. Стоило им войти в Мир Мечевого Духа, как великие секты тотчас замечали это. И если бы у них не было превосходного повода, любое их самовольное вмешательство в дела Мира Мечевого Духа вызвало бы бешеную месть со стороны всех великих сект.
Хоть секта Демонического Меча и стояла в стороне от Мира Мечевого Духа, её корни всё же оставались в нём. В конце концов, ей нужно было набирать здесь учеников. Вздумай великие секты всерьёз разозлиться и обрубить эти корни, лишив её возможности набирать учеников в Мире Мечевого Духа, — и секте Демонического Меча пришёл бы конец.
Именно поэтому секта Демонического Меча, хоть и была могущественна, долго не предпринимала ничего крупного. По крайней мере, в Мире Мечевого Духа она по-настоящему не выступала.
Четыре года назад она напала на храм Железного Будды потому, что тот раскрыл слишком много её тайн. С храмом Железного Будды нужно было разобраться, а заодно и вселить уверенность в союзников, которых они привлекли, чтобы те поняли, насколько сильна секта Демонического Меча. Так и появилась та операция четырёхлетней давности.
После неё они тотчас притихли. Потому что боялись, что великие секты с того самого момента начнут против них действовать. Начни великие секты тогда — и их план не удалось бы осуществить гладко. К счастью, великие секты не отреагировали так быстро — ведь уничтожили не их, потому они и не предприняли ничего серьёзного. Великие секты не выступили против секты Демонического Меча, но та всё же решила на время притихнуть и провести последнюю подготовку.
А теперь они сочли, что готовы.
Они напали на Южный морской альянс, во-первых, желая заполучить его земли, во-вторых, желая уничтожить секту Морской Разведки. Ведь у секты Морской Разведки с ними была вражда, и вражда немалая. Но главное — люди секты Морской Разведки прекрасно знали об их действиях. Если кто и представлял наибольшую угрозу для их плана, так это именно секта Морской Разведки.
А нападение на Южный морской альянс могло сыграть и другую роль — приманки.
Люди из секты Демонического Меча прекрасно понимали: великие секты давно хотели заполучить Южный морской альянс, да только случая не было. Они верили: стоит альянсу Злых Призраков взять Южный морской альянс, и великие секты не устоят. Тогда они непременно пошлют войска против альянса Злых Призраков. И тогда альянс Злых Призраков обратится за помощью к секте Демонического Меча, а та сможет открыто появиться в Мире Мечевого Духа.
Так же и на сей раз.
Чжао Хай прямо сказал Гуйчэнцзы, что не станет с ним говорить. Потому что Гуйчэнцзы не имел права говорить с ним. Он хотел говорить с Молинцзы. И Молинцзы счёл это возможностью. Стоило использовать её как следует — и они смогли бы открыто вмешаться в дела Мира Мечевого Духа, по крайней мере открыто вмешаться в дела Южного морского альянса.
Потому прежде он и пытался поймать Чжао Хая на слове. Он хотел, чтобы Чжао Хай признал: человек высокого положения может представлять секту. Тогда они смогли бы перейти к следующему шагу.
Но Чжао Хай не попался.
Чжао Хай не признал, что человек высокого положения может представлять секту. Их расчёт не сработал. И это заставило Молинцзы взглянуть на Чжао Хая по-новому. Он не знал, разгадал ли Чжао Хай его замысел, но уже то, что Чжао Хай говорил столь безупречно, заслуживало уважения. По крайней мере, Чжао Хай был куда умнее большинства. Он не дал Молинцзы ни малейшей возможности напасть на него в этом разговоре.
Однако Молинцзы не собирался так просто отпускать Чжао Хая.
Он взглянул на Чжао Хая и произнёс:
— Господин Цзяньцзю, прежде чем стать главой секты Морской Разведки, вы были главой секты Цзяньъюй, верно?
— Верно, — Чжао Хай взглянул на Молинцзы. — Разве это секрет?
На лице Молинцзы появилась улыбка:
— Господин Цзяньцзю, по всем правилам, секту Цзяньъюй вроде бы не вам возглавлять? На деле у секты Цзяньъюй есть ещё одна ветвь. Эта ветвь когда-то отделилась от секты Цзяньъюй, и положение у них было весьма высокое. По счёту секты Цзяньъюй они должны считаться её верховными старейшинами. А выбор главы секты Цзяньъюй, кажется, непременно должен проходить через этих верховных старейшин? Вы, господин Цзяньцзю, не получив согласия этих верховных старейшин, объявили себя главой секты Цзяньъюй — это, кажется, не по правилам секты Цзяньъюй?
— Правила секты Цзяньъюй? — Чжао Хай взглянул на него. — Ты знаешь правила секты Цзяньъюй? Забавно. Ну так скажи, какие у секты Цзяньъюй правила?
Молинцзы произнёс:
— Правила секты Цзяньъюй таковы: без согласия этих верховных старейшин твоё положение главы секты — незаконно и необоснованно. Ты вовсе недостоин быть главой. Ты должен уступить место главы секты.
Чжао Хай взглянул на Молинцзы и произнёс:
— Тогда скажи, есть ли сейчас у секты Цзяньъюй верховные старейшины?
На деле к этому моменту Чжао Хай уже понял, что замышляет Молинцзы. Всего лишь хотел этим делом придавить его. Чжао Хаю было до этого совершенно всё равно. Теперь он уже глава секты Морской Разведки, а люди из секты Демонического Меча всё ещё пытаются использовать дела секты Цзяньъюй, чтобы на него давить, — поистине нелепо.
Но Чжао Хай также понимал: Молинцзы упомянул секту Цзяньъюй лишь потому, что ему нужен был предлог. Он хотел найти предлог, чтобы разобраться с Чжао Хаем и встать на сторону великой справедливости. Такое Чжао Хай видел не раз.
В глазах Чжао Хая секте Демонического Меча это было совсем ни к чему. Они уже, можно сказать, раскрылись, и в такой момент всё ещё так прятаться — поистине бессмысленно, немного самообман.
И верно: едва Молинцзы услышал слова Чжао Хая, как на его лице невольно появилась улыбка. Он взглянул на Чжао Хая:
— Господин Цзяньцзю, кто вам сказал, что у секты Цзяньъюй нет верховных старейшин? Это вы решили, что у секты Цзяньъюй нет верховных старейшин? В другой ветви секты Цзяньъюй ещё есть несколько старейшин. Неужели вы думали, что, перебив всех людей из другой ветви секты Цзяньъюй, вы избавитесь от появления её людей? Старейшина Ло, прошу вас выйти.
Едва слова стихли, как рядом с Молинцзы появились несколько старых культиваторов.
На вид они были уже немолоды, у каждого за спиной висел длинный меч. Форма мечей очень походила на мечи секты Цзяньъюй. Теперь все эти старики смотрели на Чжао Хая взглядами, полными ненависти.
Чжао Хай взглянул на стариков и слегка улыбнулся:
— Что? Выкликнуть нескольких человек и объявить их людьми моей секты Цзяньъюй? Тогда, может, и я найду нескольких человек и объявлю их людьми вашей секты Демонического Меча?
Один из стариков взглянул на Чжао Хая и холодно фыркнул:
— Цзяньцзю, ничтожество! Когда мы послали людей в секту Цинлань, чтобы связаться с ней и изгнать тебя из секты Цзяньъюй, ты убил их, а заодно убил даочжана Цинлань! Как такой ничтожный человек может быть главой секты?
Лицо Чжао Хая переменилось, он холодно фыркнул:
— Довольно пустых слов, кто поверит? Говорите, что вы из секты Цзяньъюй, — значит, вы из секты Цзяньъюй? Чем вы докажете, кто вы?
Старик во главе взглянул на Чжао Хая и холодно фыркнул:
— Цзяньцзю, посмотри, что это — это жетон старейшины, который в секте Цзяньъюй выдаётся только верховным старейшинам. Полагаю, ты его узнаёшь? Теперь я, как верховный старейшина секты Цзяньъюй, объявляю: Цзяньцзю из секты Цзяньъюй обманул учителей, уничтожил предков, убил своих собратьев. Приказываю тебе немедленно отдать место главы секты Цзяньъюй и изгоняю тебя из секты Цзяньъюй.
Молинцзы и остальные с улыбкой смотрели на Чжао Хая, желая увидеть, как он выпутается из такого положения.
Как и предполагал Чжао Хай, на сей раз они хотели использовать дело секты Цзяньъюй как предлог, чтобы затем напрямую вмешаться в дела Южного моря. Тогда никто не смог бы ничего возразить.
Имя великой справедливости порой действительно бесполезно. Но его приходится брать. Потому что если ты не возьмёшь имя великой справедливости, другие нападут на тебя под этим именем. Потому секта Демонического Меча и потратила столько усилий.
Чжао Хай взглянул на Молинцзы и остальных и вдруг громко расхохотался.
Он взглянул на Молинцзы:
— Молинцзы, вы, должно быть, очень довольны собой? Придумали такой предлог, чтобы открыто протянуть руку в Мир Мечевого Духа. Тогда, даже если великие секты узнают о вашем приходе, у вас будет предлог, и им будет нечего сказать. Это и есть ваша цель? Но, кажется, вы кое-что забыли — я ученик храма Железного Будды. Кто сказал, что я принял секту Цзяньъюй как ученик секты Цзяньъюй? Я уничтожил секту Цзяньъюй, а затем занял место её главы. Мы с сектой Цзяньъюй в основе своей не имеем никакой связи. И вы хотите использовать это как предлог, чтобы напасть на нас? Ха-ха-ха, это поистине смешно! Тогда мы не стали менять название секты Цзяньъюй лишь потому, что сочли: смена названия принесёт нам некоторые хлопоты. Где и когда я говорил, что я из учеников секты Цзяньъюй? Всё это лишь ваши домыслы. Эти старики ещё хотят распоряжаться мной как верховные старейшины секты Цзяньъюй? Мы ведь те, кто уничтожил секту Цзяньъюй. Неужели вы думаете, что мы, уничтожившие секту Цзяньъюй, станем слушать верховных старейшин секты Цзяньъюй? Поистине наивно!
Услышав это, Молинцзы и остальные опешили.
Они и впрямь не ожидали, что Чжао Хай так скажет. Но, если подумать, Чжао Хай был совершенно прав. Он никогда не говорил, что он из учеников секты Цзяньъюй. Всё это были лишь их домыслы.
Как и сказал Чжао Хай — он ученик храма Железного Будды. Они те, кто уничтожил секту Цзяньъюй. Верховные старейшины секты Цзяньъюй для них лишь враги. Как они могли слушать верховных старейшин секты Цзяньъюй? Это и впрямь было смешно.
От этой мысли лица Молинцзы и остальных переменились. Они и впрямь не подумали об этом. Когда-то Чжао Хай в совершенстве владел техниками секты Цзяньъюй, потому все решили, что он из её учеников, — и забыли, что у него есть ещё и положение в храме Железного Будды. Это сделало их план совершенно неосуществимым.
(Конец главы)