В главном лагере союза секты Сокровенного Неба собрались представители всех сект. В центре сидел даочжан Свирепый Тигр. Лицо его было мрачнее тучи.
Нападение на Союз Исследующих Море было его затеей, он же её и продвигал. Остальные секты, на деле, уже склонялись к отступлению. Они прекрасно понимали: доведут Союз Исследующих Море до крайности — и тот перейдёт под руку великих сект, а тогда быть беде.
Теперь Союз Исследующих Море хоть и рассорился с семьюдесятью двумя островами Южного моря, но войска тех в ближайшее время вряд ли доберутся до буферной зоны. Формациями они пользоваться не могут — придётся лететь, а это куда медленнее.
Потому сейчас на Союз Исследующих Море нападал только их союз Сокровенного Неба. А главное — взять Союз в короткий срок было не так-то просто.
Даже приди люди семидесяти двух островов в буферную зону — для них это вряд ли обернулось бы благом. Как и сказал Чжао Хай: разве, войдя в буферную зону, люди семидесяти двух островов станут с вами сотрудничать? Невозможно. Они не станут сотрудничать с семьюдесятью двумя островами — напротив, начнут друг друга остерегаться. Чего доброго, и столкнутся.
Прежде между ними была буферная зона, и обе стороны поддерживали видимость мира. Но теперь буферная зона превратилась в большое поле боя. Приди люди семидесяти двух островов — и они столкнутся напрямую. В таких обстоятельствах столкновение вполне возможно.
Потому в глазах остальных сект союз с Союзом Исследующих Море был неплохим выбором. Они могли бы объединиться с Союзом и как следует разобраться с семьюдесятью двумя островами. К тому же Союз обещал: если они пойдут на семьдесят два острова, Союз их поддержит. По их мнению, это тоже неплохо.
Честно говоря, теперь многие секты в союзе Сокровенного Неба уже понимали стремление Союза Исследующих Море к независимости. В конце концов, Союз так долго с ними воевал и ни разу не сдался — это уже говорило о его решимости. А если в вопросе о семидесяти двух островах Союз встанет с ними заодно, то пусть становится независимым — ничего страшного. А тяни они войну дальше — неизвестно, сколько все потеряют.
Но даочжан Свирепый Тигр прежде не соглашался на союз с Союзом Исследующих Море. По его мнению, Союз, использовав их, чтобы вынудить семьдесят два острова, попросту играл ими и водил их за нос. Как он мог стерпеть такое? Потому он и решил разобраться с Союзом, заставить его полностью покориться.
Именно потому даочжан Свирепый Тигр, невзирая на возражения, отдал приказ атаковать Союз Исследующих Море. Одновременно он велел всем сектам союза Сокровенного Неба запечатать телепортационные формации. По его мнению, так люди Союза не смогут буянить на их землях.
Но сегодняшние действия Союза Исследующих Море оказались пощёчиной, звонко обрушившейся на лицо даочжана Свирепого Тигра, и лицо его стало мертвенно-бледным.
За один день — двенадцать городов, более пяти тысяч убитых. И города эти были неблизко друг от друга. До сих пор даочжан Свирепый Тигр не понимал, как Союзу это удалось. Как можно за день взять двенадцать городов? Это было крайне странно.
Но как бы то ни было, теперь Союз это сделал. Угроза Чжао Хая сбылась. И Чжао Хай поступил безжалостно — хоть на этот раз и не применил яд, но сжёг города дотла, и это было всё равно что их уничтожить. Отстроить их заново будет непросто.
Потому лицо даочжана Свирепого Тигра было столь мрачным. А у остальных в зале лица тоже были не лучше. Все сидели, опустив глаза, не глядя на даочжана Свирепого Тигра. Тот понимал: они не смотрят на него не из страха. Все они — представители сект, бояться его им незачем. Они не смотрят, выражая недовольство.
От этой мысли даочжан Свирепый Тигр невольно вздохнул. Он наконец понял, почему их союз, хоть и сильнее семидесяти двух островов Южного моря, ничего не может с ними поделать: люди семидесяти двух островов во внешних делах едины, а они — нет, и даже тянут друг друга назад.
Но говорить всё же следовало. Молчать вечно — тоже не дело.
Даочжан Свирепый Тигр выдохнул и негромко произнёс:
— Господа, прошу прощения. На этот раз я ошибся в решении, и вы понесли урон. Думаю, пора официально начать переговоры с Союзом Исследующих Море о сотрудничестве. А прежний урон — считайте, секта Сокровенного Неба в долгу перед вами, мы его возместим.
Все опешили, услышав это. Они и не думали, что даочжан Свирепый Тигр уступит. По их мнению, он должен был разъяриться и снова атаковать Союз. И они уже готовились возражать. А теперь он уступил — и все заготовленные слова застряли в горле.
Даочжан Свирепый Тигр, взглянув на них, понял, о чём они думают. Не смотри, что он выглядел как грубый вояка, — на деле он всё понимал. Иначе не уступил бы сейчас.
Он негромко продолжил:
— Прежде я хотел атаковать Союз Исследующих Море, чтобы проверить: и впрямь ли они хотят независимости или собираются перейти под руку великих сект. Если бы они хотели перейти, то во время нашей атаки тотчас пошли бы на переговоры с великими сектами. А это для нас крайне невыгодно. Это означало бы, что они давно вынашивают такие мысли. Даже если на словах они за независимость, впредь могут связываться с великими сектами. Тогда нам будет грозить опасность, и надо будет готовиться заранее.
Он помолчал и продолжил:
— А если во время нашей атаки они первым делом думают об отпоре, а не о переговорах с великими сектами, — значит, они и впрямь хотят независимости. И с ними ещё можно договориться. Теперь ясно: они и впрямь хотят независимости. Значит, будем с ними договариваться. Если мы и впрямь заключим союз, то в борьбе с семьюдесятью двумя островами у нас, глядишь, прибавится союзник.
Все опешили, услышав это. Они и не думали, что даочжан Свирепый Тигр так рассуждает. Впрочем, поверили ли ему некоторые — сказать трудно.
Но даочжану Свирепому Тигру было всё равно, верят они или нет. Ему достаточно было это сказать. Это давало и ему, и всем ступеньку, чтобы продолжить обсуждение переговоров с Союзом.
Потому он продолжил:
— Мы будем вести переговоры с Союзом Исследующих Море. Пусть каждый скажет, какие у него условия, а потом пошлём людей и будем неспешно договариваться.
Все переглянулись, но никто не заговорил. Они не знали, что сказать.
Во-первых, на прошлых переговорах Союз уже сказал: все их секты должны уйти из буферной зоны, а дела буферной зоны решают её люди. Они понимали, что это значит. Прежде несколько сект Союза переметнулись к ним, и это привело Союз в ярость. А слова о том, что буферную зону должны решать её люди, были нацелены именно на отступников. Уйди они и брось те секты — Союз непременно с ними разберётся. А те вряд ли устоят.
За долгую войну они уже поняли: сила Союза Исследующих Море и впрямь немалая. Взять хотя бы секту Цинлань — она уже доставляла немало хлопот. Особенно её десять больших магических инструментов. Хоть они и не слишком их жаловали, но в буферной зоне это было грозное оружие.
И не забывайте о Цзяньъюй. Насколько сильна Цзяньъюй, до сих пор никто не выяснил. Сюаньцзянь разбилась о неё, потеряв даже такое сокровище, как Нефритовый компас. Остальным и говорить нечего.
Потому все в союзе Сокровенного Неба считали: стоит им уйти — и сектам-отступникам несдобровать. А брось они те секты — кто потом станет к ним переходить? Это тоже серьёзно. Потому они и колебались, не зная, что сказать.
Даочжан Свирепый Тигр, глядя на них, вздохнул. Все думают лишь о себе, оглядываются — вряд ли из них выйдет толк.
Но он всё же заговорил:
— Раз Союз хочет сотрудничать, мы можем пойти на уступки. В этой войне все секты понесли потери, в том числе в людях. Союз хочет всю буферную зону? Отдадим. А те секты, что перешли к нам, просто вольём в наши секты. Так мы и противоречие решим, и восполним людей, и получим их наследие. Для нас это тоже благо.
Он помолчал и продолжил:
— Если они не согласятся влиться в наши секты — ничего не поделаешь, больше мы для них сделать не сможем. Они сами отказались.
Услышав это, все опешили, затем просияли. Они тотчас поняли мысль даочжана Свирепого Тигра.
На деле он предлагал отсеять плевелы от зёрен. Те, кто и впрямь предан их сектам, согласятся влиться. Так их секты восполнят потери. А кто откажется — тот с ними не заодно, и о его судьбе можно не печалиться. К тому же перед Союзом у них будет оправдание — не скажут, что они холодны и бессердечны. Двойная выгода.
(Конец главы)