Когда есть цель, всё остальное становится проще.
Для Чжао Хая тысячелетний холодный нефрит был обычным материалом. В пространстве его было в избытке — не то что тысячелетний, даже десятитысячелетний нефрит имелся в достатке. Вот только десятитысячелетний нефрит нельзя было выносить наружу. И не потому, что боялись, будто в пространстве его станет меньше, а потому, что, покажи его другим, и те сочтут его величайшим сокровищем. А это было ни к чему.
Использовать тысячелетний холодный нефрит для изготовления именных табличек — такое мог придумать только Чжао Хай. Любой другой и помыслить бы не посмел. Слишком расточительно. Ведь тысячелетний холодный нефрит — лучший материал для кузнечного дела, кто же станет делать из него таблички?
Конечно, Чжао Хай не мог позволить ученикам секты Морской Разведки узнать, что это тысячелетний холодный нефрит. Потому после изготовления таблички её следовало замаскировать, чтобы никто не догадался.
В пространстве была универсальная машина-создатель. Для неё изготовить такие таблички было проще простого, потому работа шла очень быстро.
Однако на этот раз Чжао Хаю требовалось заменить слишком много именных табличек, и на это всё равно ушло время. Он прикинул: около месяца.
Чжао Хай и не собирался выходить. Он уже объявил о затворничестве, так что пусть Вэньхай и остальные месяц управляют сектой Морской Разведки. Ему и самому хотелось посмотреть, что произойдёт за этот месяц без него. Если действительно случится смута, то, выйдя, он как раз всё уладит.
В последнее время Чжао Хай и его спутницы были очень заняты, даже времени на общение с Лаурой и остальными почти не оставалось. Потому этот месяц был кстати, чтобы отдохнуть и побыть вместе.
Лаура и остальные, разумеется, обрадовались. Хотя пейзаж в пространстве не менялся и они могли пройти там с закрытыми глазами, но сама возможность побыть с Чжао Хаем радовала их.
Всё это время Лаура и остальные управляли делами секты Морской Разведки, и дни их были полны. Но, честно говоря, самым счастливым временем для них было то, что они проводили с Чжао Хаем в Пространственном городе.
Они понимали: хоть в пространстве и хорошо, но оставаться здесь навсегда нельзя. Нужно идти вперёд. Только так можно узнать, что там за небесами, что за пределами миров, и где истинное великолепие этого мира.
Но иногда вот так отдохнуть в пространстве — это было замечательно. Им очень нравилось это чувство, они были счастливы.
Через месяц именные таблички были готовы. Они вышли из пространства и обнаружили, что в секте Морской Разведки ничего не изменилось, всё работало нормально. Под управлением Вэньхая и остальных не возникло никаких проблем. В Мире Мечевого Духа всё было спокойно, в мире Яо тоже.
К этому времени все филиалы мира Яо уже были распределены, великая формация, охватывающая весь мир Яо, начала работать. Всё вошло в колею. Для секты Морской Разведки это была прекрасная новость.
В филиал Цзисинь уже прибыло много учеников. Используя горный город Цзисинь как базу, они распахали большие поля и начали превращать их в духовные поля, уже появились первые плоды.
В горах Волчьих Клыков тоже появились результаты. В филиале Школы Святых — то же самое. Многих бывших учеников Школы Святых перевели, но под управлением Цинлуна филиал Школы Святых жил неплохо. Ученики Школы Святых приняли тот факт, что они теперь ученики секты Морской Разведки. К тому же секта Морской Разведки относилась к ученикам поистине хорошо, так что они привыкли к своему новому положению.
На горе Нютоу быки жили как прежде. Только теперь мастера татуировок снова стали самой уважаемой профессией в роду. Многие быки мечтали стать мастерами татуировок.
В Восточном филиале по-прежнему сидел даочжан Мэнху. Там тоже всё шло хорошо: возделывали духовные поля, разрабатывали рудники, все были заняты.
В филиале Секты И тоже не было проблем. Бай Чжиюнь, похоже, и вправду захотел стать главой филиала секты Морской Разведки и управлял Сектой И образцово. Люди, присланные сектой Морской Разведки, не находили в его поведении ничего подозрительного. Всё было нормально.
Чжао Хай не удивлялся. Даже если у Бай Чжиюня и были какие-то замыслы, он не стал бы действовать сейчас. Действуй он сейчас — это было бы самоубийство. Потому Чжао Хай был уверен: если Бай Чжиюнь и задумает что-то, то выждет время. Сейчас он будет вести себя очень тихо.
Ознакомившись с положением дел в секте Морской Разведки, Чжао Хай сразу отдал приказ: всем ученикам секты заменить именные таблички на новые. Для учеников это было важно.
Замена именных табличек хоть и вызвала у некоторых недоумение, но, услышав, что новые таблички обладают дополнительными функциями и лучше подходят для использования, ученики охотно согласились.
Замена прошла гладко.
Чжао Хай также велел в филиале Секты И заменить таблички тем ученикам, что были преданы Бай Чжиюню, и посмотреть, будет ли реакция. Если будет — не менять; если нет — заменить. И действительно, таблички отреагировали: на них замерцал красный свет. Тогда Чжао Хай немедленно изъял эти таблички и заменил на обычные. Но за этими учениками установили строгое наблюдение.
Помимо этих учеников, Чжао Хай обнаружил, что многие высокопоставленные члены Секты И тоже дали такую же реакцию. Это означало, что они подверглись влиянию внешних сил. Таких следовало особенно тщательно наблюдать.
Эта замена табличек стала своего рода переписью, выявившей всех проблемных людей в секте Морской Разведки. Особенно тех, кто был поражён внешним влиянием.
Надо сказать, ученики секты Морской Разведки оказались на высоте. Кроме культиваторов-оборотней из бывшей Секты И, среди остальных учеников не было обнаружено поражённых. Это было поистине отрадно.
Культиваторы-оборотни филиала Секты И не заметили этого. Внешне их таблички ничем не отличались от табличек других учеников. Потому они и не подозревали, что табличка не так проста.
На этом дела филиала Секты И пока завершились. Оставалось собрать доказательства. Как только найдутся доказательства их злых умыслов против секты Морской Разведки, Чжао Хай сможет с ними разобраться. Но это, очевидно, было не сиюминутным делом.
Сейчас у Чжао Хая было другое дело — навестить род гигантских оленей на окраине Ледяной пустыни.
К гигантским оленям можно было попасть не через телепортационную формацию Секты И, а от быков. Потому Чжао Хай снова прибыл к быкам. Ему нужно было не только пройти оттуда, но и взять с собой Ню Гэна. У быков с гигантскими оленями были хорошие отношения, и присутствие Ню Гэна облегчило бы общение.
У быков всё было без перемен. Едва Чжао Хай появился на телепортационной формации, как Ню Гэн с старейшинами вышел навстречу. Пришёл и Ли Миншэн, и даже дед Ню Пина.
Чжао Хай, глядя на них, слегка улыбнулся:
— Не стоит так церемониться, занимайтесь своими делами. Ню Гэн, как дела у рода в последнее время?
Ню Гэн поспешно ответил:
— Докладываю молодому хозяину: у быков всё хорошо, никаких происшествий. А поскольку учиться формациям стало быстрее, ускорилось и улучшение земли.
Чжао Хай кивнул и мрачно произнёс:
— Хорошо. Но не гонитесь только за скоростью, пусть они действительно освоят искусство формаций. Понял?
Ню Гэн откликнулся.
Чжао Хай вместе с ним отправился в главную крепость быков, в зал совещаний. Когда все сели, Чжао Хай посмотрел на Ню Гэна:
— Ню Гэн, я пришёл, чтобы вместе с тобой навестить род гигантских оленей. Ты пойдёшь со мной. Я ведь с ними совсем не знаком, нужна твоя помощь.
Ню Гэн поспешно ответил:
— Молодой хозяин, не беспокойтесь, я улажу дела рода и сразу пойду с вами, не задержу.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, иди готовься. Не спеши. Для визита к гигантским оленям день раньше или позже — не имеет значения. Улади дела рода.
Ню Гэн откликнулся.
Затем Чжао Хай направился во двор Ли Миншэна. Тот уже ждал его. Увидев Чжао Хая, он сразу пригласил его в гостиную. Когда они сели, Ли Миншэн налил Чжао Хаю воды и мрачно произнёс:
— Глава секты, в последнее время мы не следили за Бай Чжиюнем. Потому что вы часто бывали у быков. Если бы мы начали слежку сейчас, Бай Чжиюнь мог бы нас заметить. Потому я не велел Ню Гэну ничего предпринимать, решив подождать, пока Бай Чжиюнь перестанет обращать сюда внимание, и тогда действовать.
Чжао Хай кивнул:
— Ты правильно поступил. Сейчас действительно не время следить за Бай Чжиюнем. Я часто бываю у быков, и Бай Чжиюнь это, конечно, видит. К тому же быки с ним не в ладах, потому он наверняка особенно внимательно следит за всем здесь. Если бы быки начали что-то делать, он бы сразу заметил. И тогда он понял бы, что мы за ним следим, а это ещё хуже.
Он помолчал и продолжил:
— Эта замена именных табличек как раз и была проверкой, не подверглись ли Бай Чжиюнь и его люди внешнему влиянию. Результат очевиден — они подверглись. Теперь мы можем начинать строить планы против них. Но делать это нужно с умом, без спешки. Ты всё сделал правильно.
(Конец главы)