Корабль десяти тысяч мечей рассекал туман, медленно продвигаясь вперёд. Речной ветер проносился над носом, развевая одежды Чжао Хая. Он стоял на носу, за его спиной — четверо: Дин Чуньмин и остальные. Шэнсы и Чэ Жун отсутствовали — оба всё ещё были в затворничестве. Чжао Хай верил, что, выйдя из него, они, пожалуй, постигнут частицу силы законов. И тогда в секте Морской Разведки прибавится ещё два мастера уровня верховного старейшины.
Дин Чуньмин смотрел в спину Чжао Хая и заговорил:
— Молодой господин, мы и вправду перейдём в наступление? Эти типы из Школы Святых явно собираются напасть на Ядовитый Туман. Разве сейчас не лучше обороняться? И потерь было бы меньше.
Чжао Хай не обернулся, взгляд его был устремлён вперёд, и он серьёзно произнёс:
— Чуньмин, я знаю, ты жалеешь учеников. Но запомни: если ученик секты и вправду хочет стать закалённым в ста битвах воином, он должен не только уметь думать и уничтожать врага с наименьшими затратами, но и проходить через необходимые тяжёлые бои. Тяжёлый бой делает сердце воина сильнее. Воин, прошедший через тяжёлый бой, внутренне куда крепче обычного. Потому тяжёлый бой — тоже необходимый этап для воина.
Дин Чуньмин всё ещё не до конца понимал.
Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Если человек во всём стремится только к легкости, он в конце концов может ничего не добиться и превратиться в лентяя и хитреца. Есть много способов одолеть врага. Но иногда самое прямое поражение наносит ему наибольший удар. К тому же на этот раз обстановка несколько иная. Когда я в прошлый раз собрал глав филиалов и заговорил о наступлении, они все невероятно воодушевились. Последнее время мы только оборонялись, а это не соответствует нашей силе. Хотя при наступлении потери могут быть больше, боевой дух секты от этого сильно возрастёт. Потому сейчас нам нужно наступать. Нельзя дать этому духу угаснуть. Понимаешь?
Дин Чуньмин серьёзно произнёс:
— Да, молодой господин, понял. Значит, сейчас выступаем? Последующие войска почти готовы.
Чжао Хай серьёзно произнёс:
— Передай Лауре и остальным, пусть наступают первыми. Небесный город пусть переправится через реку Цзинвэй и двинется на Демонический предел. Как только Ху Цзинган и его люди получат эту весть, они непременно запаникуют. Мы воспользуемся этим и ударим. Пусть все будут готовы — хватит им постоянно кричать о наступлении. Если кто-то при отступлении отстанет — посмотрим, как я с ним разберусь.
Дин Чуньмин откликнулся и пошёл передавать приказ.
Вскоре он вернулся к Чжао Хаю и серьёзно произнёс:
— Молодой господин, Госпоже передано. Они уже должны были начать наступление. Думаю, Ху Цзинган и его люди скоро получат весть.
Чжао Хай кивнул и серьёзно произнёс:
— Передай всем: готовиться.
Дин Чуньмин откликнулся и снова пошёл передавать.
Вскоре Чжао Хай и его люди заметили, что великая формация Школы Святых снаружи пришла в беспорядок.
Теперь войско Школы Святых в Демоническом пределе насчитывало более семидесяти миллионов, почти восемьдесят. А к Ядовитому Туману стянулось около сорока миллионов — половина сил. В такой ситуации, когда у реки Цзинвэй внезапно подняли тревогу, сообщив, что секта Морской Разведки всеми силами наступает, Ху Цзинган понял: дело плохо.
Случилось то, чего он боялся больше всего.
С тех пор как секта Морской Разведки взяла заповедную землю Школы Святых, Ху Цзинган постоянно опасался, что она нападёт. Хотя остальные, казалось, не тревожились, будто секта Морской Разведки вовсе не собиралась наступать, Ху Цзинган прекрасно понимал: она нападёт, и нападать умеет очень хорошо.
Ху Цзинган и боялся: если секта Морской Разведки действительно нападёт, что тогда? Им противостоять её войску или защищать Ядовитый Туман? Это причиняло ему постоянную головную боль.
И вот то, чего он боялся, случилось.
Войско секты Морской Разведки начало наступление. Если они уйдут, войско секты Морской Разведки в Ядовитом Тумане может воспользоваться случаем и ударить; если не уйдут, войско противника может прорваться вглубь. И тогда им конец.
Пока он разрывался, туман в Ядовитом Тумане всколыхнулся. Затем из него вырвалось множество больших магических инструментов.
Увидев их, Ху Цзинган не только не обрадовался — лицо его стало пепельно-серым.
Он понял: на этот раз им действительно конец.
Ху Цзинган ясно понимал: если бы секта Морской Разведки всего лишь хотела отбросить их войско от Ядовитого Тумана, её силы там не стали бы выдвигаться. Раз они выдвинулись, объяснение одно: секта Морской Разведки готовится наступать всеми силами.
Впрочем, это было логично. Секта Морской Разведки уже отрезала их от главной школы. Если не проглотить их целиком, всё сделанное прежде окажется напрасным. Потому нынешние действия секты Морской Разведки — самые правильные. На его месте он поступил бы так же.
Ху Цзинган покачал головой, отбросил лишние мысли и заговорил:
— В атаку! Всеми силами! Уничтожить врага!
Ху Цзинган прекрасно понимал: теперь у них остался лишь путь отчаянной борьбы. Наказание Школы Святых для сдавшихся слишком сурово. Он не мог сдаться. Сдайся он — пострадает весь род. Потому он предпочитал погибнуть в бою.
А три святых старейшины, пришедшие с войском, тоже понимали, что настал час отчаянной борьбы. Все трое одновременно выпустили священные звериные инструменты и ринулись на войско секты Морской Разведки.
Чжао Хай, глядя на трёх священных зверей, устремившихся к ним, холодно фыркнул. Затем повернулся к Дин Чуньмину:
— Займёмся ими. С их боевой мощью наши большие магические инструменты не справятся. Придётся нам.
С этими словами Чжао Хай двинулся, покинул Корабль десяти тысяч мечей и бросился к ближайшему священному зверю.
Священным зверем, которого остановил Чжао Хай, был тот гигантский конь.
Едва увидев Чжао Хая, конь взвился и заржал, затем ринулся вперёд. Чжао Хай не стал церемониться — пошёл навстречу. Движением руки в его ладони появился длинный клинок. Затем он взмахнул им и рубанул по коню.
Конь, похоже, знал, насколько опасен его клинок, и тотчас отпрянул в сторону. Хотя конь был огромен, двигался он очень ловко. Этот манёвр произвёл впечатление удивительной лёгкости.
А Чжао Хай не церемонился и усилил атаку. Длинный клинок в его руке без конца рубил коня. Хотя защита коня была поразительной, Чжао Хай оставил на нём одну рану за другой.
Хотя конь обладал мощной регенерацией, раны, нанесённые Чжао Хаем, не были обычными — в них содержалась сила законов. Даже при мощной регенерации конь не мог с ними справиться.
А Дин Чуньмин и Лун Динтянь остановили двух других гигантских зверей. Но остальные ученики секты Морской Разведки не церемонились и ринулись в войско Школы Святых.
Теперь ученики Школы Святых тоже понимали, что настал час отчаянной борьбы. Все они приняли истинные тела и бросились на войско секты Морской Разведки.
Но ученики секты Морской Разведки не стали сразу бросаться в отчаянный бой. Сначала они ударили большими магическими инструментами, и лишь потом настал черёд отчаянной схватки.
Впрочем, на этот раз ученики секты Морской Разведки встретили достойного противника.
У них были большие магические инструменты, но у Школы Святых — большие демонические звери. Те не уступали в размерах большим магическим инструментам и были куда проворнее. Хотя ударная мощь, возможно, уступала, опутать инструменты они могли вполне.
Увидев, что так не выходит, ученики секты Морской Разведки, разумеется, не стали больше говорить — просто вступили в бой. Они все проходили испытания на Южном море и в групповом бою разбирались отлично.
На этот раз ученики секты Морской Разведки и вправду схлестнулись с учениками Школы Святых.
Ученики секты Морской Разведки строились в боевые порядки, а ученики Школы Святых, годами сражавшиеся с Сектой И, тоже действовали слаженно. Силы были примерно равны. Из-за этого неизбежно возросли потери. Потери секты Морской Разведки тоже сильно выросли.
А Чжао Хай в это время уже долго бился с гигантским конём.
Конь был уже весь покрыт ранами. Хотя все они были не тяжёлыми, они сильно мешали коню. Особенно тяжело приходилось управлявшему им верховному старейшине. Каждый удар Чжао Хая по коню отдавался ударом по его психической силе. Боль, подобная игле в мозгу, была поистине невыносима.
А Чжао Хай и не думал его щадить.
На самом деле, если бы он бил в полную силу, конь давно был бы уничтожен. Но Чжао Хай не хотел его разрушать. Он хотел как следует изучить его. Ведь он обнаружил, что таких инструментов прежде не видел. Они куда удобнее обычных.
Они бились ещё некоторое время, и верховный старейшина наконец не выдержал. Он убрал коня и с рёвом бросился на Чжао Хая.
Теперь он принял истинное тело. Им оказался большой конь. Но по сравнению с инструментом он был куда меньше. Очевидно, его сила уступала тому святому старейшине, что когда-то переплавил себя.
Чжао Хай, разумеется, не церемонился и сразу перешёл к смертельным приёмам. После нескольких схваток святой старейшина уже был ранен. Они обменялись ещё двадцатью с лишним ударами, и Чжао Хай одним ударом клинка прикончил святого старейшину.
Затем Чжао Хай повернулся к двум другим священным зверям.
Дин Чуньмин и Лун Динтянь с трудом справлялись с двумя священными зверями. К счастью, на помощь подоспели другие верховные старейшины. Иначе им было бы не под силу.
Когда Чжао Хай присоединился, исход переменился. Два священных зверя не продержались долго и тоже были убраны. Без священных инструментов, одни лишь верховные старейшины стали куда легче.
С наступлением Чжао Хая и его людей поражение Школы Святых уже обозначилось.
(Конец главы)