Эта ночь прошла на удивление спокойно — ничего не случилось. Все спали крепко и безмятежно. Неизвестно почему, но возле этой рудничной пещеры не было ни единого демонического зверя, не слышалось даже стрекота насекомых и крика птиц — и это было поистине странно.
На следующее утро Лю Цинжуй и его люди встали рано, перекусили и немного отдохнули. Когда совсем рассвело, они неспешно направились к рудничной пещере. Вход был очень высоким — видно, в своё время добыча здесь шла немалая, иначе бы так не отстроили.
К тому же пещера уходила вглубь так далеко, что конца ей не было видно. Взглянув на неё, Лю Цинжуй невольно вздохнул. Надо сказать, культиваторы расходуют слишком много всевозможных ресурсов. А здешние люди в Мире Духа Заклинаний ещё не освоили даже формацию собирания энергии секты Морской Разведки, не говоря уж о превращении природных сил в кристаллы, — потому и расход кристаллов у них куда больше. Неудивительно, что появились такие рудничные пещеры.
Пройдя около половины двухчасового отрезка, Цзоу Вэй остановился. Он указал вперёд и сказал Лю Цинжую:
— Главарь, вон там, впереди. Именно там я обнаружил формацию.
Лю Цинжуй кивнул и медленно пошёл вперёд. Вскоре он почувствовал колебания энергии формации. Увидев её, он остановился. Затем достал Нефритовый компас, взглянул на его показания, вздохнул, убрал компас и, глядя на формацию, серьёзно произнёс:
— Цзоу Вэй, рассказывай: кто ты на самом деле? Зачем заманил меня сюда? Кто тебя подослал?
Услышав это, Цзоу Вэй изменился в лице. Он поспешно произнёс:
— Главарь, что это значит? Я не совсем понимаю.
Лю Цинжуй взглянул на него и серьёзно сказал:
— Нет, ты понимаешь. Ты прекрасно понимаешь, просто ещё надеешься. Думаешь, я не распознаю? Ошибаешься. Думаешь, я не знаю эту формацию? Хоть она и редкая, я её знаю. У неё есть особое имя — формация заточения духа. Она способна запереть духовное сознание человека. Если культиватор необдуманно попробует исследовать её духовным сознанием, его психическая сила окажется заперта, а духовное сознание — заточено. И тогда он станет беспомощной жертвой. Если бы ты и вправду не знал эту формацию, то, обнаружив её, непременно проверил бы духовным сознанием. Не верю, что ты, проверив её духовным сознанием, смог бы вернуться в Трёхгорный город. Говори, кто тебя послал?
Хлоп-хлоп-хлоп!
Раздались аплодисменты. Затем из боковой рудничной пещеры вышли несколько культиваторов. Все они были в зелёных одеяниях, и волосы у них тоже были зелёными, даже зрачки отливали зелёным светом. Издалека они походили на блуждающие огоньки — зрелище поистине жуткое.
Один из них взглянул на Лю Цинжуя и произнёс:
— Неплохо, очень неплохо. Недаром Фэн Буэ пал от твоей руки — ты и вправду не промах.
Лю Цинжуй взглянул на них, слегка прищурился и усмехнулся:
— Люди Ваньдуцзяо? Судя по вашим словам, Фэн Буэ тоже был из Ваньдуцзяо? Выходит, Ваньдуцзяо давно протянул руку к Трёхгорному городу. А я-то думал, что там нет сил трёх сект. Видно, слишком всё упрощал.
Тот культиватор взглянул на Лю Цинжуя и усмехнулся:
— Трёхгорный город стоит между тремя горами — как там могут не быть силы трёх сект? Просто Муягэ и Иньфэнлин воевали и не имели времени заниматься городом. Думаю, узнай они, что пять великих банд уничтожены, они тоже с тобой разберутся.
Лю Цинжуй взглянул на него и усмехнулся:
— Выходит, в Трёхгорном городе давно были силы трёх сект. Только мне любопытно: Трёхгорный город — территория Торгового дома Цзиньлин. Вы, создавая там своё влияние, не боитесь, что Торговый дом предъявит счёт? К тому же теперь я сам человек Торгового дома Цзиньлин — неужели вы осмелитесь выступить против меня?
— Ха-ха-ха, ты и вправду человек Торгового дома Цзиньлин. Но людей в Торговом доме много — станут ли они ссориться с нашим Ваньдуцзяо из-за одного тебя? Будь ты хоть человеком Торгового дома, что с того? В лучшем случае ты ученик с серебряной табличкой. Все ученики с серебряной табличкой — лишь внешние члены Торгового дома, и они не станут воевать с Ваньдуцзяо из-за одного внешнего члена.
Услышав это, Лю Цинжуй невольно улыбнулся странной улыбкой. Похоже, люди Ваньдуцзяо его толком не знали — иначе не назвали бы его учеником с серебряной табличкой.
Лю Цинжуй взглянул на них и усмехнулся:
— Как неудачно. В Торговом доме Цзиньлин я вовсе не ученик с серебряной табличкой, а ученик с золотой табличкой. Вот, взгляните на мою именную табличку. Ну что, господа, всё ещё хотите со мной воевать? Неужели правда хотите?
Услышав это, культиваторы Ваньдуцзяо устремили взгляды на табличку в руке Лю Цинжуя. Увидев, что она и вправду золотая, они слегка изменились в лице. Ведь ученики с золотой табличкой — уже люди с положением в Торговом доме Цзиньлин, с ними нельзя просто так ссориться. А Лю Цинжуй оказался именно таким — это было неожиданно.
Но вскоре тот культиватор холодно хмыкнул:
— Даже если ты ученик с золотой табличкой, что с того? Не верю, что Торговый дом станет воевать с Ваньдуцзяо из-за тебя.
Лю Цинжуй убрал табличку и взглянул на него:
— Торговый дом не станет воевать с Ваньдуцзяо, но убить вас — вполне может. Вы точно решили со мной связаться?
Тот холодно хмыкнул:
— Хватит пустых слов, начинай. Я слышал, ты тоже мастер ядов, и Фэн Буэ погиб от твоего яда. Хочу посмотреть, как ты умеешь травить.
Лю Цинжуй взглянул на них, покачал головой и вздохнул:
— Как жаль, очень жаль. Видно, уровень вашего Ваньдуцзяо в искусстве яда так себе. Иначе почему вы до сих пор не заметили, что уже отравлены? С таким уровнем как вы со мной тягаться?
Услышав это, культиваторы Ваньдуцзяо сначала опешили, затем изменились в лице. Все они достали свои именные таблички, но те не изменились. Они вздохнули с облегчением. Затем главный из них взглянул на Лю Цинжуя:
— Хватит притворяться. Думаешь, ты сможешь нас отравить? Фэн Буэ был всего лишь внешним учеником Ваньдуцзяо, разве он мог представлять секту? Сегодня я покажу тебе, на что способны настоящие ученики Ваньдуцзяо.
Лю Цинжуй покачал головой и серьёзно произнёс:
— Вы и вправду думаете, что я не заметил формацию против яда на ваших табличках? Жаль, ваша формация слишком слаба — она даже не обнаружила мой яд. Вы уже не чувствуете своих ног? Верно, ваши ноги уже исчезли, просто вы не заметили. Как жаль. Я думал, яды Ваньдуцзяо куда сильнее. А теперь я разочарован.
Едва он это сказал, культиваторы Ваньдуцзяо опустили взгляды к своим ногам. И увидели, что ноги и вправду исчезли, словно растворились в воду. Больше того, они уже не чувствовали и голеней — те будто пропали.
Это открытие потрясло и разъярило их. Главный поднял взгляд на Лю Цинжуя, но тело его рухнуло. Пока он не знал, что ноги исчезли, он ещё стоял, но теперь устоять не мог.
Лю Цинжуй взглянул на него и со вздохом произнёс:
— Как жаль, очень жаль. Не стоило вам со мной связываться, тогда бы вы не погибли. Вам, наверное, странно, почему я до сих пор не отравился? Ведь по пути вы расставили пять ядовитых полос. Стоит пройти по ним — и отравишься. А я до сих пор не отравился — вам это любопытно? Ха-ха-ха, скажу лишь: ваши яды слишком плохи. Такие заметные яды я не мог не обнаружить. Больше того, я их собрал и сделал ядовитую пилюлю. Вот, взгляните. Изумрудный цвет — разве не красиво?
Он достал несколько пилюль. Все они были изумрудно-зелёными, почти полупрозрачными, похожими на нефритовые бусины — и совсем не похожими на яд.
Культиваторы Ваньдуцзяо уже не могли говорить. Они лишь тупо смотрели на Лю Цинжуя. Они не чувствовали боли, но знали: им конец — тела растворялись.
Вообще-то раньше яды Секты Ядовитого Дракона не были настолько сильны. Хотя видов яда у них было много, некоторые приготовить было непросто. И по силе они немногим превосходили яды Ваньдуцзяо.
Но после того как Чжао Хай вошёл в Секту Ядовитого Дракона, освоил её яды и усовершенствовал их, всё изменилось. Яды секты развились от чистого яда к заклинаниям и искусству проклятий. Потому яды секты Морской Разведки стали настолько сильны, что от них не было защиты.
Лю Цинжуй взглянул на культиваторов Ваньдуцзяо и слегка улыбнулся:
— Вы всю жизнь пользовались ядами, а погибли от яда — можно сказать, умерли по назначению, и жаловаться не на что. Я же пойду. Похоже, банде Таньхай и вправду предстоит чистка.
С этими словами он достал Нефритовый компас, разрушил формацию заточения духа и обернулся к Цзоу Вэю. А тот уже стоял совершенно ошеломлённый.
(Конец главы)