Стена высотой в двадцать чжанов величественно возвышалась, и пять огромных городских ворот выстроились в ряд. На главных воротах, что были в самом центре, отчётливо виднелись два больших иероглифа — «Мухуа». Это и был Мухуачэн. Городская стена была сложена из синих каменных плит, каждая из которых была устрашающе тяжела, отчего и защита её была невероятно крепкой.
Лю Цинжуй стоял за городом, внимательно разглядывая стену. Вскоре он заметил, что на её поверхности на самом деле вырезаны узоры, только линии были очень тонкими — не вглядевшись как следует, их и не заметишь. Лю Цинжуй понимал: эти узоры и есть великая защитная формация, то есть у Мухуачэна имелась защитная магическая формация.
Пока Лю Цинжуй изучал формацию на стене, Лю Цинсун лишь остолбенело смотрел на Мухуачэн. Для юноши, который с рождения и до сих пор бывал лишь в маленьком уездном городе, такая высокая стена и такой огромный город были просто ошеломляющими — он не мог вымолвить ни слова. Он и подумать не мог, что на свете бывает такое место.
Лю Цинжуй уже закончил рассматривать узоры на стене. Это и вправду были защитные формации, но, судя по всему, не слишком высокого уровня. Какие ещё формации были в городе, ему предстояло изучить позже. Но это было неважно — даже если в городе и была защитная формация, она не смогла бы остановить атаку их секты Морской Разведки. Сейчас ему главным образом хотелось узнать, насколько сильна боевая мощь в этом Мире Духа Заклинаний.
Лю Цинжуй обернулся и взглянул на Лю Цинсуна. Увидев, что тот остолбенело уставился на стену с презабавным выражением лица, он невольно улыбнулся:
— Ладно, Цинсун, хватит смотреть. Пойдём в город.
Услышав это, Лю Цинсун сначала опешил, а затем смущённо улыбнулся:
— Да, учитель.
Лю Цинжуй не стал его упрекать, лишь слегка улыбнулся и повёл Лю Цинсуна к городу. Едва они подошли к воротам, как двое культиваторов в синей одежде преградили им путь. Окинув Лю Цинжуя взглядом, оба с серьёзным видом произнесли:
— Не знаем, откуда прибыл этот даос? По какому делу пожаловал в наш Мухуачэн?
Лю Цинжуй взглянул на их одежду и заметил, что на обшлагах рукавов вышит маленький иероглиф «му». Он сразу догадался, кто они, и поспешно обратился к ним:
— Странник гор и полей Лю Цинжуй приветствует двух даосов. Вы, верно, из Муягэ? Мы с учеником просто странствуем и хотели бы пожить в Мухуачэне некоторое время, чтобы ученик здесь набрался опыта. Дозволите ли?
Двое культиваторов взглянули на Лю Цинсуна и, увидев, что его культивация и вправду очень слаба, заметно расслабились. Затем один из них произнёс:
— Вот как. Просим даоса простить нас. В последнее время за стенами Мухуачэна неспокойно — демонические культиваторы бесчинствуют, потому мы не можем не быть осторожными. Простите за беспокойство.
Оба держались весьма учтиво — возможно, потому что разглядели силу Лю Цинжуя. Как бы там ни было, их учтивость только облегчила Лю Цинжую задачу. Одновременно, услышав их слова, он кое-что придумал.
Лю Цинжуй поспешно сказал:
— Вот как. Скажу честно: мы с учеником прежде, когда тренировались за стенами Мухуачэна, и вправду повстречали одного демонического культиватора. Пришлось немало потрудиться, прежде чем мы с ним разделались. Он держал в руке чёрное знамя; стоило его встряхнуть — и десять тысяч призраков принимались выть, справиться с ним было трудно. Но в схватке то чёрное знамя было уничтожено, и нам достались лишь две его нефритовые таблички для совершенствования, а в них записаны демонические техники. Прошу двух даосов взглянуть — быть может, удастся выяснить, кто они такие.
С этими словами Лю Цинжуй достал две нефритовые таблички и отдал их двум культиваторам Муягэ.
Он сделал это, чтобы заявить о своей позиции. Ведь некоторые демонические техники были уникальными тайными методами; даже если и не уникальными, по технике можно было узнать, откуда те культиваторы родом. Для Муягэ это было крайне важно.
Муягэ, вероятно, ещё не знала, кто её враг, — иначе не была бы в такой боевой готовности, а давно бы уже схватилась с ним. Лю Цинжуй, передав им эти техники, оказывал им большую помощь. Так люди Муягэ проникнутся к нему расположением, что в будущем пойдёт ему на пользу.
Лю Цинжуй прекрасно понимал: чтобы собрать сведения о боевой мощи сект Мира Духа Заклинаний, действуя лишь как странствующий культиватор, придётся очень долго. Ведь кругозор странствующего культиватора ограничен, и собрать данные обо всех сектах Мира Духа Заклинаний почти невозможно. Потому лучше добывать сведения через сами секты.
Но сейчас он был чужаком, и вот так просто вступить в секту было почти невозможно. Потому он и начал заранее прокладывать путь. Если он и вправду поможет Муягэ, да ещё и сила его окажется неплохой, возможно, у него появится шанс вступить в Муягэ. Тогда у него будет открытая личность, и он сможет делать многое.
Двое культиваторов Муягэ, услышав слова Лю Цинжуя, и вправду очень обрадовались. Поблагодарив, они сразу взяли нефритовые таблички. Просканировав их психической силой и увидев содержимое, оба изменились в лице. Затем один из них сказал Лю Цинжую:
— Этот даос, сведения, что вы принесли, для нас поистине очень важны. Мы хотели бы попросить даоса пройти с нами в филиал. Дозволите ли?
Лю Цинжуй не только не рассердился, но даже обрадовался. Он знал, что его сведения должны быть важны для Муягэ, потому кивнул:
— Можно, можно. Прошу двух даосов вести.
Лю Цинжуй понимал, что даже если бы он и не захотел идти, ему бы не позволили, — но он и вправду хотел, так что это было как раз кстати.
Двое людей Муягэ, услышав согласие, тоже обрадовались. Они кивнули:
— Хорошо, даос, прошу.
С этими словами они повели Лю Цинжуя внутрь. Вскоре они добрались до филиала Муягэ.
Мухуачэн был одним из шести больших городов под властью Муягэ, потому к нему относились со всей серьёзностью. Их филиал был построен на самом видном месте Мухуачэна, и в нём тоже сидели несколько мастеров. Сильнейшим из них был мастер стадии возвращения духа к пустоте.
Двое культиваторов Муягэ привели Лю Цинжуя в филиал, сначала устроили его отдохнуть, а затем пошли доложить. Вскоре один из них вернулся и сказал, что глава отделения хочет видеть Лю Цинжуя. Тот, разумеется, не посмел медлить, отдал распоряжение Лю Цинсуну и последовал за культиватором внутрь филиала.
Филиал был весьма величественным и хорошо построенным, с множеством разных достопримечательностей. Но для Лю Цинжуя, видевшего Небесный город, всё это не шло ни в какое сравнение. Однако он не подал вида и, изображая восхищение, пошёл следом.
Вскоре они подошли к двери одной комнаты. У входа стояли двое стражников. Провожатый остановился и громко произнёс:
— Лю Цинжуй доставлен.
Из комнаты донёсся спокойный голос:
— Входи.
Культиватор кивнул Лю Цинжую, открыл дверь и пропустил его внутрь, сам же остался снаружи.
Войдя, Лю Цинжуй обнаружил, что в комнате несколько человек. Все они были не слабы, а сидевший на главном месте был мастером стадии возвращения духа к пустоте. Лю Цинжуй поспешно сложил руки и поклонился:
— Лю Цинжуй приветствует главу отделения и всех старейшин.
Тот взглянул на Лю Цинжуя и кивнул:
— Техника совершенствования у тебя сдержанная и уравновешенная. Не скажешь ли, у кого ты учился?
Лю Цинжуй поспешно ответил:
— Я всего лишь странствующий культиватор, без школы и без секты.
Услышав это, тот кивнул:
— Странствующему культиватору достичь такого уровня — непросто. Расскажи, где ты повстречал того демонического культиватора?
Лю Цинжуй поспешно ответил:
— Отвечу главе отделения: я прежде случайно забрёл к горе Цинсун, что близ уезда Суншань. Там я и нашёл нынешнего ученика. Он был обычным крестьянским мальчишкой, но я заметил у него задатки телесного практика и взял его в ученики. Чтобы его закалить, я велел ему идти от уезда Суншань к Мухуачэну. Дней десять с лишним мы шли, и однажды ночью, когда отдыхали в лесу, внезапно появился демонический культиватор и напал на нас. Я его убил. То место от Мухуачэна примерно в тысяче с лишним ли, а от уезда Суншань — меньше тысячи ли.
Услышав это, тот опешил:
— Выходит, твоего ученика ты нашёл на землях нашей Муягэ?
Лю Цинжуй кивнул:
— Да. Он был обычным ребёнком из деревушки у подножия горы Цинсун. Позже я заметил, что у него есть кое-какие задатки, и взял его.
Тот кивнул:
— Неплохо. Ты сказал, что тот культиватор внезапно напал на тебя. Знаешь, зачем? Он что-нибудь говорил?
Лю Цинжуй кивнул:
— Он сказал, что хочет переплавить нас в главную душу своего знамени, больше ничего.
Услышав это, тот кивнул:
— Хорошо, благодарю. Можешь идти. Но в ближайшее время прошу тебя пожить в этом филиале. Как тебе? Кстати, потом покажешь нам место, где вы подверглись нападению. Можно?
Лю Цинжуй поспешно ответил:
— Слушаюсь, глава отделения. Я всё расскажу, ничего не утаю.
Тот кивнул и махнул рукой, отпуская Лю Цинжуя. Тот ещё раз поклонился и вышел. Снаружи его ждал провожатый. Увидев Лю Цинжуя, он поклонился:
— Даос, прошу за мной.
Лю Цинжуй поблагодарил его и пошёл следом. Вскоре они добрались до комнаты, где он отдыхал прежде. Там он позвал Лю Цинсуна, и они отправились в отведённые им покои. Люди Муягэ не обделили их: комнаты были неплохие — две спальни, гостиная и умывальная.
Проводив их, культиватор сказал:
— Даос Лю, несколько дней прошу вас пожить здесь. Если что понадобится, обращайтесь ко мне. Меня зовут Му Чжэнь. Вскоре придёт старший брат, надеюсь, вы ему всё расскажете.
Лю Цинжуй поспешно ответил:
— Разумеется, всё расскажу.
Му Чжэнь кивнул и ушёл.
Когда он удалился, Лю Цинсун с недоумением спросил:
— Учитель, зачем нам здесь жить? Разве мы не рассказали им всё, что знали?
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— Глупый мальчишка, мы-то рассказали, но они не знают, правда это или нет, потому им нужно всё проверить. К тому же на этот раз замешаны демонические культиваторы. А они жестоки и кровожадны. Если демонические культиваторы узнают, что мы убили их человека, они нас не пощадят. Потому здесь нам безопаснее. К тому же это люди Муягэ. Если мы и вправду заслужим за это заслугу и в конце концов вступим в Муягэ, будет просто замечательно. Тогда мы сможем спокойно совершенствоваться.
Лю Цинсун, очевидно, не понимал разницы между культиваторами сект и странствующими культиваторами. Но он всегда слушался, потому делал так, как говорил Лю Цинжуй, и не возражал.
Лю Цинжуй, глядя на него, слегка улыбнулся. Разумеется, он не мог рассказать Лю Цинсуну о своих замыслах. Опыта у того было слишком мало. Если бы он поведал ему о своих планах, Лю Цинсун мог бы выдать себя, и это было бы плохо. Потому Лю Цинжуй и говорил так. Он и хотел, чтобы Лю Цинсун держался как новичок — тогда он сможет через него передать людям Муягэ то, что нужно.
Лю Цинжуй уже почувствовал, что в этой комнате несколько подслушивающих формаций. Обычный странствующий культиватор их, может, и не заметил бы, но от него они скрыться не могли. То, что он только что сказал, предназначалось для ушей людей Муягэ. Нет такого странствующего культиватора, который не хотел бы вступить в секту. Потому его слова были совершенно естественны. Услышав их, люди Муягэ, наоборот, не станут его подозревать. А если Муягэ и вправду позволит ему вступить, будет просто идеально.
И как раз когда Лю Цинжуй говорил с Лю Цинсуном, в одной из комнат филиала Муягэ культиватор отчётливо слышал его голос. Услышав, что Лю Цинжуй хочет вступить в Муягэ, он невольно улыбнулся. Этот человек слишком хорошо понимал стремление странствующих культиваторов вступить в секту, потому слова Лю Цинжуя вызвали у него лишь улыбку, а не отвращение. Напротив, он почувствовал гордость — ведь он был культиватором секты, а тот всего лишь обычным странствующим культиватором.
Лю Цинжуй больше ничего не сказал. Он ждал прихода людей Муягэ. Вскоре в его комнату пришёл культиватор Муягэ. Он был весьма учтив и даже постучал. Лишь получив позволение Лю Цинжуя, он вошёл. Это был культиватор лет тридцати, красивый, с улыбкой на лице, от него веяло мягкостью, и он сразу располагал к себе.
(Конец главы)