Чжао Хай стоял на носу Корабля десяти тысяч мечей, глядя на постепенно приближающиеся горы Волчьих Клыков, и на душе у него было тяжело.
Он прекрасно понимал: на этот раз Школа Святых, похоже, и вправду решила драться насмерть. Но иначе и быть не могло — нападаешь на кого-то, и он, естественно, будет драться с тобой насмерть. Потому Чжао Хай давно решил: с этим наступлением нельзя спешить, нужно действовать наверняка, брать одно место за другим, не разворачиваться сразу на всё. Иначе потери будут только больше. Сейчас им следовало сначала взять один участок гор Волчьих Клыков, захватить плацдарм, чтобы у большой армии было где закрепиться.
В это время к Чжао Хаю подошёл Вэньхай и, сложив руки в поклоне, сказал:
— Главарь, всё готово. Примерно в сотне ли впереди — пик Одинокого Волка в горах Волчьих Клыков. Это и есть выбранное нами первое место для удара.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, пусть все готовятся.
Вэньхай откликнулся и ушёл.
Вскоре перед всеми показалась горная вершина. Она была чрезвычайно высока, пронзала облака и выглядела необычайно крутой. Но самым удивительным было то, что по форме она напоминала одинокого волка, поднявшего голову к небу и издающего вой — отсюда и пошло название пика Одинокого Волка.
На пике Одинокого Волка находился один из филиалов Школы Святых, довольно крупный. Внутри самой вершины была устроена база — не сказать что огромная, но и немалая; снизу к другим вершинам вели ходы. Это был один из филиалов, построенных Школой Святых с большой тщательностью.
Чжао Хай посмотрел на пик Одинокого Волка и мрачно произнёс:
— В атаку.
Шэнсы тут же передал приказ. Большая армия секты Морской Разведки пришла в движение, и все энергетические пушки на больших магических инструментах разом ударили по пику Одинокого Волка.
Один за другим энергетические сгустки обрушивались на пик Одинокого Волка. Но, к удивлению Чжао Хая, оттуда не было ни единого ответного выстрела из энергетических пушек. О каком-либо отпоре и речи не шло — не было видно даже ни единой человеческой фигуры. С пика Одинокого Волка никто не выходил.
Чжао Хай никак не мог понять: неужели на пике Одинокого Волка никого не осталось? Люди Школы Святых вывели отсюда всех?
Но, поразмыслив, он отверг эту мысль. Он прекрасно понимал, каково сейчас положение. Школа Святых непременно будет всеми силами оборонять горы Волчьих Клыков и не позволит им закрепиться здесь. Ведь если секта Морской Разведки действительно пустит здесь корни, вытеснить её будет уже непросто. Этого Школа Святых никак не хотела.
Именно поэтому Школа Святых никак не могла оставить это место. Но почему же тогда они не отвечали?
Наступление секты Морской Разведки не прекращалось. Энергетические пушки дали двадцать залпов и лишь затем постепенно смолкли. К этому времени филиал Школы Святых на пике Одинокого Волка был столько раз перепахан энергетическими сгустками, что давно превратился в пустошь.
Когда пушки смолкли, настало время людей. Только заняв пик Одинокого Волка, можно было считать, что они действительно его взяли.
И вот, когда ученики секты Морской Разведки уже готовились подняться на пик Одинокого Волка, Чжао Хай вдруг заговорил:
— Передайте всем: пусть ученики будут осторожны. На этот раз враг не таков, как прежде, — они могут драться насмерть.
Шэнсы откликнулся и с сосредоточенным лицом передал приказ. Остальные тоже подготовились и передали его дальше.
Как бы там ни было, наступление было необходимо. В первую волну на пик Одинокого Волка пошли отборнейшие из отборных секты Морской Разведки — все закалённые в сотнях битв. Уже то, что в первой волне отправили именно их, показывало, насколько Чжао Хай придаёт значение этому наступлению.
Эти ученики быстро поднялись на пик Одинокого Волка. Тотчас сверху донеслись звуки схватки. Бесчисленные ученики Школы Святых вылезли из тайных ходов и начали атаковать людей секты Морской Разведки. Видно было, что на этот раз они и вправду дрались насмерть. Ни один ученик Школы Святых не щадил себя и не помышлял о бегстве; их приёмы были построены на обмене жизнями — ты бьёшь меня, я не защищаюсь, а сам в этот миг бью тебя. Рана за рану, жизнь за жизнь.
Такой способ боя культиваторы использовали редко.
Жизнь культиватора бесценна. Если только не наступил крайний случай, культиватор порой скорее сдастся, чем станет драться насмерть. Ведь жизнь слишком драгоценна. Сдавшись, ты, возможно, навсегда потеряешь свободу, но по крайней мере останешься жив. Для культиватора, пока он жив, есть надежда.
Но сейчас эти ученики Школы Святых были совсем иными. Они действительно дрались насмерть, действительно обменивали жизнь на жизнь. Такой стиль боя вызывал большое недоумение.
К счастью, ученики секты Морской Разведки прошли строгую подготовку и даже в такой обстановке продолжали сражаться небольшими отрядами, что значительно снизило потери.
Но пик Одинокого Волка был не так уж велик, и ни одна из сторон не могла ввести туда много сил. Ввести больше было невозможно. Потому приходилось полагаться на прямое столкновение учеников. И потери среди них неизбежно сильно возрастали.
Чжао Хай тоже заметил это. Он сразу понял, что задумала Школа Святых: таким способом сделать энергетические пушки секты Морской Разведки бесполезными. Когда секта Морской Разведки пошлёт учеников в атаку, они выйдут и станут драться насмерть. Даже если обмен будет жизнь за жизнь, они всё равно постараются уничтожить учеников секты Морской Разведки. Для секты Морской Разведки это не было хорошей новостью.
Подумав, Чжао Хай мрачно произнёс:
— Шэнсы, иди помоги. Запомни: используй заклинания и как можно скорее разделайся с этими ребятами. Нужно быстро взять пик Одинокого Волка.
Шэнсы сначала опешил, затем тут же откликнулся и ринулся к пику Одинокого Волка. Чэ Жун тоже хотел пойти, но Чжао Хай не позволил.
Чжао Хай послал Шэнсы потому, что у того была невероятно мощная психическая сила и он был мастером заклинаний. Поднявшись на пик Одинокого Волка, он мог с помощью психической силы разрушить подземную базу Школы Святых под пиком. Тогда у Школы Святых не останется подкрепления. Одними лишь теми, кто на пике, им не сдержать натиска секты Морской Разведки.
И действительно, после того как Шэнсы поднялся на пик Одинокого Волка, обстановка на горе сразу переменилась. Ученики секты Морской Разведки постепенно взяли верх. Ученики Школы Святых всё ещё дрались насмерть, но это уже походило на предсмертные судороги.
В конце концов секта Морской Разведки всё же взяла пик Одинокого Волка. Они собирались сделать здесь базу. Когда всех учеников Школы Святых на пике зачистили, Чжао Хай поднялся на него.
Хотя площадь пика Одинокого Волка была невелика и всех учеников секты Морской Разведки он вместить не мог, даже такой плацдарм был для них благом.
Поднявшись на пик и осмотревшись, Чжао Хай обнаружил, что здешняя подземная база была расширена. Это его несколько удивило, но он ничего не сказал. Очевидно, это дело рук Школы Святых за последние дни.
Чжао Хай вернулся на Корабль десяти тысяч мечей и позвал туда Вэньхая и остальных. Когда все собрались в его каюте на корабле, он обвёл их взглядом и сказал:
— Бой на пике Одинокого Волка закончен, но не знаю, заметили ли вы: это сражение словно отличается от наших прежних боёв.
Услышав это, все кивнули.
Вэньхай заговорил первым:
— На этот раз у нас большие потери.
Дин Чуньмин подхватил:
— Враг явно дрался насмерть, обменивая жизнь на жизнь. Такой способ наши ученики совсем не привыкли видеть, потому и потери выросли.
Чжао Хай кивнул:
— Верно. Сейчас враг действительно дрался насмерть. Они прекрасно понимают: без этого нельзя. Не станут драться насмерть — мы их уничтожим. Потому и дерутся. Они отказались от перестрелки энергетическими пушками, потому что знают: их пушки уступают нашим. Они отказались и от энергетических щитов, потому что знают: щиты нас не остановят. Осталось у них одно — драться с нами насмерть. Когда наши люди поднимутся на горы Волчьих Клыков, они выйдут и станут драться насмерть. Что скажете о таком способе боя?
Это заставило всех опешить. Честно говоря, о таком способе боя они прежде не думали. Потому и не знали, что ответить Чжао Хаю.
Вэньхай тоже сидел нахмурившись. Эта тактика Школы Святых, честно говоря, ставила их в тупик. Потому что ты наступаешь, но энергетические пушки не заменят учеников. Стоит твоим ученикам подняться на гору, как те атакуют и станут драться насмерть. Это и впрямь вызывало головную боль.
В этот момент Чжао Хай почувствовал, что его коммуникационная формация задрожала. Он двинул рукой, и коммуникационная формация оказалась у него в ладони. Затем на формации появилось письмо. Чжао Хай взял его, просмотрел, отложил и, повернувшись к собравшимся, сказал:
— Из крепости Цзисинь донесли: большая армия Школы Святых сейчас яростно атакует линию обороны Цзисинь и уже разрушила часть внешних формаций. Думаю, теперь я понимаю тактику врага. Они хотят сдержать нас здесь, на линии обороны Волчьих Клыков, выставив на горах множество учеников, чтобы те дрались с нами насмерть, и одновременно послали часть учеников на линию обороны Цзисинь. Если мы вернёмся на помощь, придётся отказаться от этого наступления; если не вернёмся, линия обороны Цзисинь может оказаться в опасности. Говорите, какие у вас мысли?
Услышав это, все, наоборот, не проявили особого беспокойства, словно их совсем не волновало нападение на линию обороны Цзисинь. На самом деле это было не так. Они не то чтобы не волновались, просто были уверены в линии обороны Цзисинь. Все они участвовали в её строительстве и прекрасно знали, насколько она мощна. Именно поэтому они ничуть не тревожились.
Однако Вэньхай всё же сказал:
— Если Школа Святых действительно всеми силами атакует линию обороны Цзисинь, это и вправду опасно. Если не всеми силами, то ничего страшного. Главная проблема сейчас — здесь, в горах Волчьих Клыков. Здесь у Школы Святых немало филиалов и баз. Если каждую придётся брать такой ценой, будет очень тяжело.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и мрачно произнёс:
— Раз Школа Святых смогла разрушить внешние формации линии обороны Цзисинь, похоже, они применили магические инструменты. Как в прошлый раз со Священным звериным инструментом, наверняка и теперь его использовали. Потому за тем положением нужно присматривать. Далее я собираюсь вернуться на линию обороны Цзисинь и держать там оборону. Дело наступления на горы Волчьих Клыков поручаю вам. Кстати, род Громовых Ястребов я пока не пускал в дело. Судя по нынешней обстановке, им ещё рано выступать, нужно дождаться подходящего момента. Говорите, как, по-вашему, взять линию обороны Волчьих Клыков?
Услышав это, все невольно замолчали. На душе у них стало тяжело. Ведь Чжао Хай собирался вернуться на линию обороны Цзисинь, а это было для них самым головным. С уходом Чжао Хая словно уходила их главная опора. Потому они и молчали.
В это время Шэнсы, всё время стоявший за спиной Чжао Хая, вдруг заговорил:
— Названый отец, можно мне сказать пару слов?
Все посмотрели на Шэнсы. Обычно в таких случаях он не говорил. Сегодня он вдруг захотел говорить — значит, у него появилась мысль. Все с нетерпением ждали его слов.
Чжао Хай с улыбкой посмотрел на Шэнсы:
— Говори. В таком кругу высказаться может любой. Говори.
Шэнсы откликнулся и, сложив руки в поклоне, сказал:
— Все здесь — мои старшие. У меня тоже есть одна мысль, хочу поделиться. Если что-то скажу не так, прошу прощения.
Услышав это, все слегка улыбнулись. Вэньхай со смехом сказал:
— Сыэр, говори. Многие здесь тебя с детства знают. Что тут нельзя сказать? Говори что хочешь. Даже если ошибешься, никто не станет смеяться.
Дин Чуньмин тоже с улыбкой кивнул.
Вэньхай был прав. Среди собравшихся действительно многие знали Шэнсы с детства. Шэнсы рос в Гуанхайчэне, и многие старики того времени его знали. Теперь многие из тех стариков занимали высокие посты. Позже, когда Чжао Хай стал главой секты Морской Разведки, Шэнсы всё время был при нём. Потому в верхах секты Морской Разведки не было никого, кто бы его не знал. В их глазах Шэнсы был как младший в семье. Они, разумеется, не стали бы насмехаться над своим младшим или бранить его.
Услышав слова Вэньхая, Шэнсы не рассердился. Когда он жил в Гуанхайчэне, Вэньхай относился к нему очень хорошо. Чжао Хай часто отсутствовал, потому с Вэньхаем он общался больше, и они были очень близки. Потому Шэнсы ничуть не обиделся, а с улыбкой сказал:
— Боюсь, дядя Вэнь, ты надо мной посмеёшься.
Все не придали этому значения и тихо рассмеялись. Затем Шэнсы посерьёзнел и мрачно произнёс:
— Я хотел сказать вот что: насчёт того, как разобраться с филиалами Школы Святых...
(Конец главы)