Лю Цинжуй и Лю Цинсун сидели в харчевне. Стол был уставлен мясом духовных зверей — всё это было весьма полезно для культиваторов, в отличие от мирской пищи, которая не только не приносила пользы, но и оставляла в теле остаточный яд. Лю Цинжуй взглянул на Лю Цинсуна, который смотрел на еду с недоумением:
— Сяо Сун, это всё мясо духовных зверей, для культиватора оно очень полезно. Ешь спокойно. Столько дней без еды — непривычно, да? Ешь.
Лю Цинсун отозвался, но всё же с недоумением спросил:
— Учитель, разве ты не говорил, что сегодня мы уходим? Почему мы всё ещё здесь едим? Когда мы отправимся?
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— Поедим и пойдём. Ешь.
Лю Цинсун отозвался, не стал церемониться, взял палочки и принялся за еду. Лю Цинжуй же ел неспешно, прислушиваясь к разговорам вокруг.
Когда с едой было покончено, Лю Цинжуй расплатился, вывел Лю Цинсуна из харчевни и направился к городской телепортационной формации. Идя, он говорил:
— Сун-эр, запомни: иногда самое осведомлённое место в мире — это вот такая харчевня. В харчевне бывают всякие люди, и новости там самые разные. Там можно собрать немало сведений. Вчера мы уже кое-что разузнали, а вместе с сегодняшним этого достаточно, чтобы понять многое, чего прежде не знали, и решить, куда идти дальше.
Лю Цинсун опешил и спросил:
— Учитель, куда же мы отправимся дальше?
Лю Цинжуй ответил:
— Дальше мы отправимся в Трёхгорный город. Он лежит между тремя большими горами — горой Цинсун, хребтом Иньфэнлин и хребтом Дулунлин. На Дулунлине тоже есть секта — Ваньдуцзяо, секта еретического пути. Еретическая — значит, что она не праведная и не демоническая, а между ними. Трёхгорный город стоит между этими тремя горами, в месте, которое не принадлежит никому, потому там всегда царит хаос. Именно туда мы и направляемся.
Лю Цинсун кивнул. Лю Цинжуй серьёзно сказал:
— В Трёхгорном городе живут странствующие культиваторы и отступники из разных сект, потому там очень неспокойно. Там-то и решается, жить нам или умереть. Но так или иначе, сейчас я уже примерно могу судить о силе Муягэ и Иньфэнлина — это тоже своего рода достижение.
Лю Цинсун не совсем понял. Лю Цинжуй огляделся, убедился, что никто не обращает на них внимания, и сказал:
— Раньше в харчевне я слышал, как тамошние люди говорили о Муягэ и Иньфэнлине. Муягэ — небольшая секта, Иньфэнлин тоже невелик, да и Ваньдуцзяо — секта небольшая. В Муягэ, судя по всему, сидит лишь один великий мастер стадии возвращения пустоты к Дао, ещё не постигший силу законов. В Иньфэнлине примерно так же. Ваньдуцзяо — самая загадочная, сколько там мастеров, неизвестно. Но, думаю, ненамного сильнее Муягэ и Иньфэнлина, иначе они давно бы их проглотили, не оставив в живых.
Он помолчал и продолжил:
— А сколько у них мастеров стадии возвращения духа к пустоте — неизвестно, но, думаю, немного. Хе-хе, с такой силой я даже не знаю, что и сказать. Ладно, отправимся в Трёхгорный город, а потом придумаем, как попасть в другие места.
Лю Цинсун с недоумением спросил:
— Учитель, это всё, что ты только что услышал? Это правда?
Лю Цинжуй улыбнулся:
— Конечно, только что услышал. Но выводы сделал сам, из их обрывков фраз. Ладно, не будем об этом. Идём, на формацию.
Он подвёл Лю Цинсуна к телепортационной формации, отдал управляющему ею культиватору кристалл, и они перенеслись.
Едва Лю Цинжуй с учеником исчезли, как кто-то тут же донёс о них Му Юаню. Впрочем, тот явно не знал, о чём говорили Лю Цинжуй и Лю Цинсун. Услышав, что они покинули Мухуачэн и через формацию отправились в Трёхгорный город, Му Юань опешил. Затем он донёс это главе отделения.
Выслушав доклад, глава слегка нахмурился:
— Му Юань, что ты об этом думаешь?
Му Юань подумал и серьёзно произнёс:
— Ученик считает, что они не лазутчики. Иначе они не ушли бы в такое время, да ещё в Трёхгорный город. Возможно, они поняли, что в Мухуачэне будет большая битва, потому и ушли.
Глава кивнул:
— Эти странствующие культиваторы скользкие, как вьюны, — такое вполне возможно. Ладно, пусть уходят. Займёмся своим делом. Хочу посмотреть, что эти демонические отродья из Иньфэнлина смогут мне сделать.
Он махнул рукой, Му Юань поклонился и вышел.
А Лю Цинжуй и Лю Цинсун к тому времени уже оказались в другой телепортационной формации. Едва появившись, они услышали шум и гам. Лю Цинжуй внутренне подобрался. Он прекрасно понимал, что сейчас они в месте, где нет ни законов, ни порядка, потому осторожность была превыше всего.
Лю Цинсун пока ничего не понимал и с любопытством озирался. Лю Цинжуй огляделся и заметил неподалёку от формации две группы людей, стоявших друг против друга, готовых вот-вот сцепиться. Лю Цинжуй тут же схватил Лю Цинсуна:
— Уходим.
Он отступил в сторону. Никто из тех двоих даже не взглянул на них — они осыпали друг друга руганью.
Вскоре они покинули площадь телепортационных формаций. Лю Цинжуй поспешно увлёк Лю Цинсуна в переулок, покружил по нему и нашёл небольшую лавчонку, в которую они и вошли.
Это был маленький винный погребок. Внутри сидели люди, пили и беседовали, но голоса их были очень тихими. Увидев вошедших, они лишь взглянули и не обратили внимания.
Лю Цинжуй и Лю Цинсун вошли, сели за свободный столик. Тут же подошёл слуга — здоровенный детина с свирепым лицом. Подойдя, он громко спросил:
— Что пить?
Вид у него был такой, будто он ищет драки.
Лю Цинжуй не смутился и серьёзно произнёс:
— Полцзиня вина, две закуски, всего на два кристалла первого ранга. Принеси на свой вкус.
Он достал два кристалла и бросил на стол.
Слуга взглянул на кристаллы, протянул руку, забрал их и бросил:
— Ждите.
И ушёл.
Лю Цинжуй, сидя, сказал Лю Цинсуну:
— Сяо Сун, запомни: в таком городе всё не так, как в Мухуачэне. В Мухуачэне, раз это земли Муягэ, культиваторы обязаны соблюдать порядок, иначе их схватят люди Муягэ. А здесь никто не следит. Здесь надо быть настороже — того и гляди, ударят из-за угла. Понял?
Услышав это, Лю Цинсун внутренне подобрался, кивнул и настороженно огляделся.
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— Не надо так напрягаться, просто будь внимателен. Сейчас поедим, разузнаем новости, а потом найдём место для ночлега.
Лю Цинсун отозвался. Тем временем слуга вернулся, поставил на стол кувшин вина, две закуски, чашки и палочки. Он уже собирался уходить, но Лю Цинжуй поспешно окликнул его:
— Погоди, слуга. Мы с учеником только что прибыли в Трёхгорный город и не знаем здешних порядков. Хотели бы расспросить тебя. Вот два кристалла — за сведения.
Слуга взглянул на него, протянул руку, забрал кристаллы и серьёзно произнёс:
— Судя по виду, ты птица стреляная, так что скажу. В Трёхгорном городе все лавки — безопасное место. Даже если ты кого-то обидел, можешь укрыться в лавке. Войдёшь в лавку — и никто тебя не тронет. Но стоит выйти — и жить ты будешь или умрёшь, никому нет дела. В городе больше десятка больших и малых банд, сильнейших пять: банда Злодеев, банда Кровавого Волка, банда Чёрного Медведя, банда Длинного Клинка и банда Шести Союзов. Это пять крупнейших банд, в них много странствующих культиваторов. Вы только прибыли, так что лучше их не задевать. Ещё: в городе можно купить дом. Деньги за дом платятся торговой палате, потому дома в городе тоже безопасны. В своём доме тебя никто не тронет. Если кто-то нападёт на твой дом, палата вмешается и всё уладит. Но точно так же: стоит выйти из дома — и жить ты будешь или умрёшь, зависит от тебя. А за городом, хе-хе, сам о себе позаботься. И ещё запомни: у всех банд есть метки на одежде. Встретишь членов банды — лучше не задевай.
С этими словами он отвернулся и ушёл.
Лю Цинжуй поклонился ему вслед, затем повернулся к Лю Цинсуну:
— Сяо Сун, ешь. Поедим — пойдём искать жильё. Посмотрю, что лучше: жить в гостинице или купить дом. Нам здесь жить долго.
Лю Цинсун отозвался и принялся за еду. Лю Цинжуй взял кувшин, отпил глоток, кивнул, потом налил себе ещё.
Поев, Лю Цинжуй вывел Лю Цинсуна из погребка и снял номер в маленькой гостинице. После этого они начали расспрашивать о покупке дома. И тут Лю Цинжуй узнал, что дома в Трёхгорном городе стоят поистине бешеных денег. Хотя формально деньги за дом шли торговой палате, почти все дома в городе контролировались бандами. Чтобы купить дом, нужно было заплатить не только палате, но и банде. Иначе люди банды будут ждать тебя снаружи. Стоит выйти — и тебя прикончат. А раз убили не в доме, палата не вмешается.
Узнав это, Лю Цинсун сразу понял: покупать дом в Трёхгорном городе нельзя, придётся сначала пожить в гостинице. А что делать дальше — видно будет.
Так Лю Цинжуй с учеником и поселились в Трёхгорном городе. И прожили там целый месяц. За этот месяц Лю Цинжуй водил Лю Цинсуна за город совершенствоваться и охотиться на низкоуровневых демонических зверей, чтобы выручить немного денег. Разумеется, это было лишь для вида, чтобы все думали, будто они так зарабатывают, — на самом деле всё обстояло иначе.
За этот месяц произошло много событий. Например, Лю Цинжуй услышал в городе новость: Муягэ и Иньфэнлин схлестнулись, и главное поле битвы — у Мухуачэна. Говорили, что Мухуачэн уже захвачен Иньфэнлином и стал его территорией, а Муягэ готовит контрудар. То есть, как Лю Цинжуй и предполагал, Мухуачэн превратился в большое поле боя.
Ещё говорили, что почти всех странствующих культиваторов в Мухуачэне мобилизовали на эту войну, и потери были огромны. Спаслись лишь те, кто вовремя смекнул. Из-за этого в Трёхгорном городе стало больше странствующих культиваторов, даже появились новые мелкие банды. И из-за этого в гостиницах города стало тесно. К счастью, Лю Цинжуй снял номер надолго, так что им было где жить.
Услышав, что в Мухуачэне всех странствующих культиваторов мобилизовали и они понесли огромные потери, Лю Цинсун проникся к Лю Цинжую ещё большим уважением. Тогда Лю Цинжуй спешил уйти и говорил, что Мухуачэн может стать полем боя, а он не верил. Теперь же поверил полностью. Если бы они не ушли из Мухуачэна, неизвестно, что с ними сталось бы. Если бы их отправили на поле боя, жить или умереть — решали бы не они.
Лю Цинжуй же не придавал этому значения. Для него это было неудивительно. Он всего лишь заранее подготовился, иначе и вправду мог бы погибнуть.
Лю Цинжуй боготворил Чжао Хая и в делах старался подражать ему: сначала думать о худшем, а делать — к лучшему. Если есть опасность — первым делом уходить от неё. Потому ему и удалось избежать беды. Честно говоря, услышав о том, что произошло в Мухуачэне, Лю Цинжуй сам обрадовался. Хорошо, что он был осторожен, иначе мог бы и вправду попасть в беду.
А за этот месяц Лю Цинсун добился немалых успехов. Он достиг пика четвёртого слоя очищения ци, и телесная практика тоже значительно продвинулась. Деревянные кольца, которые он носил, заменили на железные. Эти железные кольца выковал не Лю Цинжуй — это были изделия секты Морской Разведки. Когда-то Лю Цинжуй тоже практиковал телесные техники и хотел, как Чжао Хай, довести их до высшего уровня, но, увы, таланта у него не было. Зато остались утяжеляющие железные кольца, которыми он тогда пользовался, — теперь они как раз пригодились.
(Конец главы)