Когда стало смеркаться, Лю Цинжуй наконец более-менее разобрался в положении банды Хайя. И тогда же он официально объявил: отныне банда Хайя называется бандой Таньхай.
Впрочем, никто не знал, почему Лю Цинжуй назвал банду «Таньхай». И уж тем более никто не догадывался, что за секта Морской Разведки и насколько она могущественна.
Уладив дела банды, Лю Цинжуй поспешил обратно в гостиницу, где они жили прежде. Ему хотелось проверить, всё ли в порядке с Лю Цинсуном — если всё благополучно, тот уже должен был вернуться.
И точно: едва войдя в гостиницу, он увидел Лю Цинсуна, который взволнованно расхаживал по вестибюлю. Заметив учителя, Лю Цинсун сразу бросился к нему и серьёзно произнёс:
— Учитель, где ты был? Я так волновался, думал, не случилось ли чего.
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— Не волнуйся, я же вернулся. Пойдём, собери вещи, мы здесь больше не живём.
Лю Цинсун опешил, но не стал расспрашивать, лишь отозвался и пошёл в комнату собирать вещи. Лю Цинжуй расплатился за постой, Лю Цинсун собрал вещи, и они покинули гостиницу.
Выйдя на улицу, Лю Цинжуй серьёзно сказал:
— Вчера я обо всём договорился с дядей Су и остальными. Сегодня мы разобрались с бандой Хайя и уничтожили её. С этого дня я — глава банды Хайя. Впрочем, теперь она называется бандой Таньхай. Мы сейчас же переезжаем туда, и впредь будем жить там.
Лю Цинсун сначала опешил, затем кивнул:
— Да, учитель, я понял.
Лю Цинжуй взглянул на него и серьёзно произнёс:
— Сяо Сун, о подноготной банды Таньхай знаем только ты и я. Потому никому, ни единому человеку, не рассказывай о секте Морской Разведки. Если однажды со мной что-то случится, запомни: прежде всего береги свою жизнь. Когда-нибудь, услышав весть о секте Морской Разведки, отправляйся туда. Железные кольца, что ты носишь, — доказательство. Я оставлю тебе ещё нефритовую табличку. Когда придёшь, отдашь её людям секты Морской Разведки, и они поймут, что ты свой.
Лю Цинсун изменился в лице:
— Учитель, что значат твои слова? Неужели тебе что-то угрожает?
Лю Цинжуй покачал головой:
— Нет. Какая мне угроза? Просто говорю на случай. Если однажды со мной что-то случится, ты будешь знать, что делать. Понял?
Лю Цинсун сразу ответил:
— Да, учитель, понял. Но, учитель, обещай мне, что с тобой ничего не случится. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Лю Цинжуй улыбнулся:
— Не беспокойся, со мной ничего не случится. В Мире Духа Заклинаний мало кто может отнять жизнь у твоего учителя. А если кто и захочет — сам первым лишится жизни.
Лю Цинсун кивнул. Он не совсем понял слова учителя, но всё же отозвался. Лю Цинжуй, глядя на него, слегка улыбнулся и больше ничего не сказал.
Вскоре они добрались до лагеря банды Таньхай. Лю Цинжуй провёл Лю Цинсуна внутрь и отвёл ему комнату.
Устроив Лю Цинсуна, Лю Цинжуй не стал отдыхать, а сразу собрал Су Юя и остальных, чтобы обсудить, как банде Таньхай двигаться дальше.
Лю Цинжуй оглядел их и серьёзно произнёс:
— Итак, банда Таньхай создана. Но, честно говоря, я и не думал, что она окажется настолько бедной. В пространственном мешке Чжоу Хайя было кое-что ценное и немного кристаллов, но кристаллов мало. Для работы всей банды нужно куда больше. А источников дохода у нас всего два: лавка — но днём мы видели, что выручки там нет, на неё рассчитывать нельзя; и вылазки за город. Это рискованно, к тому же сила у людей в банде невелика, так что и доход будет невысок. Потому перед нами встаёт вопрос: как развивать банду Таньхай, как зарабатывать. У кого-нибудь есть мысли? Если есть хорошая идея, говорите, обсудим вместе.
Су Юй и остальные опешили, затем покачали головами:
— Старина Лю, ты же знаешь, мы всего лишь странствующие культиваторы. Раньше мы держались вместе только потому, что в одиночку слишком опасно, вот и сбились в кучу. Откуда нам знать толк в делах? Не спрашивай нас об этом.
Остальные кивнули. Лю Цинжуй оглядел их и серьёзно сказал:
— Ладно, раз вы молчите, скажу я. Во-первых, нужно наладить работу лавки. Завтра я соберу несколько человек из банды и снова открою лавку. К тому же у меня есть заготовленные за это время талисманные бумажки, их тоже можно выставить в лавке по низкой цене, чтобы привлечь покупателей. Тогда доход лавки, возможно, возрастёт.
Все кивнули. В делах торговли они и вправду мало смыслили, но слова Лю Цинжуя показались им разумными.
Лю Цинжуй оглядел их и продолжил:
— Кроме лавки, есть ещё вылазки за город. Этим тоже нужно заниматься. Во-первых, это доход; во-вторых, люди в банде наберутся боевого опыта. Что скажете?
Су Юй и остальные согласились. Су Юй сказал:
— Думаю, вылазки с учениками можно поручить нам. Мы привыкли к приключениям, в городе нам и вправду не сидится. Позволь нам водить их за город.
Лю Цинжуй кивнул:
— Можно. Но не все сразу. Пусть так: разделим людей на три группы — одна остаётся в лагере, одна идёт на вылазки, третья собирает в городе сведения о бандах. Не скрою: банда Таньхай должна развиваться. Потому я хочу, чтобы они собирали сведения о других бандах. Когда время придёт, мы уничтожим их. Что скажете?
Су Юй подумал и кивнул:
— Хорошо. Но банды в городе не просты, особенно крупные. Ты ведь говорил, что за крупными бандами стоит торговая палата? Сможем ли мы с ними тягаться?
Лю Цинжуй серьёзно сказал:
— Крупные банды пока не трогаем. Мелких банд в городе много, начнём с них. Когда наберём силу, может, и мы вступим в палату.
Все замолчали. Лю Цинжуй продолжил:
— Но эти три группы не постоянны. Людей у нас мало, нельзя, чтобы одна группа всегда делала одно и то же. Я предлагаю чередование — каждые десять дней. Что скажете?
Су Юй кивнул:
— Хорошо. Через десять дней — чередование, тогда никто не будет ворчать. Пусть завтра распределим всех учеников и начнём.
Лю Цинжуй кивнул:
— Я того же мнения. Завтра и начнём. Хочу посмотреть, как они справятся. Если хорошо — отлично; если плохо — не обессудьте.
Су Юй и остальные кивнули. Лю Цинжуй достал несколько талисманных бумажек и протянул им:
— Старина Су, это неплохие талисманные бумажки, что я сделал. Возьмите с собой. Вы поведёте людей на вылазки, так что пусть будут при вас — пригодятся. Если возникнет опасность, может, и помогут.
Су Юй не лгал. Талисманные бумажки, которые делал Лю Цинжуй, были хороши. Все ученики секты Морской Разведки умели их делать, так что его бумажки были тем лучше.
Су Юй и остальные кивнули и убрали бумажки. Затем Су Юй сложил руки и поклонился:
— Старина Лю, нет — с сегодняшнего дня ты наш главарь. Мы, братья, пойдём за тобой. Мясо или похлёбка — зависит от тебя. Скажу одно: пока ты, старина Лю, честен с братьями, братья будут честны с тобой.
Лю Цинжуй взглянул на них и серьёзно произнёс:
— Впредь мы братья. Горе — вместе, беда — вместе, радость — вместе. Вот моё слово: если я сделаю что-то дурное против братьев, пусть моё совершенствование остановится навсегда.
Услышав это, Су Юй и остальные опешили. Слова Лю Цинжуя были суровы. Для культиватора остановка в совершенствовании — это смертный приговор.
Не стоит недооценивать клятву культиватора. Казалось бы, что такого — просто сказал словами. Но слова культиватора несут карму. Скажешь — и если не исполнишь, карма ляжет на тебя. И когда придёт время прорыва, она станет демоном сердца — и тогда конец.
Потому, услышав слова Лю Цинжуя, Су Юй и остальные растрогались. Су Юй сложил руки и поклонился:
— Главарь, братья верят тебе. Надеемся, ты поведёшь нас к лучшей жизни. Когда братья совершат прорыв, мы покорим Трёхгорный город, и никто не посмеет нас недооценивать.
Лю Цинжуй, глядя на них, негромко рассмеялся:
— Братья, не беспокойтесь. Я непременно устрою вам хорошую жизнь, непременно.
Су Юй и остальные взволнованно поклонились.
Лю Цинжуй оглядел их и серьёзно сказал:
— Ладно, идите отдыхать. Завтра распределим людей и начнём. И ещё, Сяо Сун. Он мой ученик, но я хочу, чтобы он проходил испытания снаружи. Потому впредь берите его на вылазки.
Услышав это, Су Юй и остальные слегка улыбнулись и серьёзно ответили:
— Сяо Суна взять — не проблема. Лишь бы ты не жалел. Главарь, ты ведь прежде не пускал его одного? А в последние дни отпускаешь. Не боишься, что с ним что-то случится?
Лю Цинжуй вздохнул:
— Сейчас я могу его защитить, но не всю жизнь. Сяо Сун — один из самых одарённых телесных практиков, каких я видел. Если я буду всё время его опекать, не давать выходить на испытания, я его погублю. Без ветра и дождя он никогда не вырастет.
Су Юй и остальные замолчали. У них не было детей и учеников, они не знали, как наставлять. Но, услышав слова Лю Цинжуя, они вздохнули. Затем Су Юй серьёзно сказал:
— Главарь, не беспокойся, мы присмотрим за Сяо Суном, ничего с ним не случится.
Лю Цинжуй махнул рукой:
— Не нужно. Он идёт на испытания, а не вам в обузу. Пусть делает, что скажут, не опекайте слишком. Все так проходили. Ладно, идите.
Су Юй и остальные отозвались, поклонились и ушли.
Когда они удалились, Лю Цинжуй вернулся в свою комнату и сел, обдумывая свои дела. Его план уже начал осуществляться. Чтобы за два года получить нужные сведения, нужно развиваться. Нужно, чтобы Торговый дом Цзиньлин обратил на него внимание, оценил его. Тогда он получит больше и узнает то, что нужно. Дальше — как пойдёт.
Мало-помалу Лю Цинжуй устал, лёг не раздеваясь и заснул.
Комната, где жил Лю Цинжуй, была прежней комнатой Чжоу Хайя. Лучшая в банде — привилегия главаря. Отдельные комнаты были у немногих. Даже Су Юй и его люди жили по двое, а остальные — на общих настилах. Сейчас отдельные комнаты были только у Лю Цинжуя и Лю Цинсуна. Впрочем, комната Лю Цинсуна отдельной считалась лишь условно — она была рядом с комнатой Лю Цинжуя, прежде там жил слуга Чжоу Хайя, теперь — Лю Цинсун. Он ученик Лю Цинжуя, никто не возражал.
На следующее утро Лю Цинжуй встал рано. Лю Цинсун тоже. Лю Цинжуй вышел и созвал всех членов банды. Су Юй и остальные тоже вышли.
Лю Цинжуй оглядел их и серьёзно произнёс:
— С сегодняшнего дня банда Таньхай делится на три отряда: один идёт на вылазки — охотиться на демонических зверей, собирать травы; другой остаётся в главном зале; третий собирает в городе сведения о бандах. Ли Цай, Ли Фан, вы двое не входите ни в один отряд — будете в лавке. Запомните: с каждым покупателем — с улыбкой. Если посмеете нахмуриться — не обессудьте.
Двое членов банды сразу поклонились:
— Да, главарь. Будем осторожны, со всеми покупателями — с улыбкой. Прошу, не беспокойся.
Один из них был тем самым учеником, что водил Лю Цинжуя в палату. Лю Цинжуй счёл его обходительным и потому поставил в лавку.
(Конец главы)