— Главарь, позволь мне этот бой. Хочу проверить, выдержит ли его цеп мои скрытые оружия, — вдруг раздался голос.
Лю Цинжуй обернулся и увидел, что говорит Хайюй. Он слегка улыбнулся:
— Хорошо. Помни про талисман, что я тебе дал.
Хайюй кивнул и вышел вперёд.
Когда он встал перед Фэн Чжэнем, в его руках уже было два коротких клинка. Сжимая их, он холодно усмехнулся:
— Фэн Чжэнь, мы снова встретились. Я ждал этого дня долго. Не думал, что у нас будет возможность сразиться один на один.
Фэн Чжэнь взглянул на Хайюя и холодно произнёс:
— Хайюй, ты и вправду думаешь, что я тебя боюсь? То дело давно минуло, и вины моей в нём нет. А ты всё валишь на меня. Неужели ты думаешь, что Фэн Чжэнь такой безобидный?
Хайюй холодно усмехнулся:
— Нет вины? Когда-то мы вместе отправились на поиски приключений, а потом наткнулись на змей. Это ты первым сбежал. Из всего нашего отряда в двадцать человек выжило лишь пятеро. Если бы ты не убежал первым и не позволил змеям прорвать наш строй, разве погибло бы столько? А самое гнусное — убегая, ты, чтобы мы привлекли змей, рассыпал на нас порошок, приманивающий змей. Все эти годы ты в банде Божественного Оленя, у тебя много людей, и я тебе не соперник. Но сегодня выдался случай — покончим с этим.
Фэн Чжэнь взглянул на Хайюя и холодно усмехнулся:
— Хайюй, ты слишком наивен. Мы, культиваторы, боремся с небом за жизнь. Что плохого в том, что я бросил вас, чтобы выжить? Сегодня посмотрю, чего ты достиг за эти годы.
С этими словами он двинул рукой, и в ней появился цеп. Позади — рукоять, впереди — шипастый железный шар, соединённый цепью. Это оружие цимэнь, очень грозное. А цеп Фэн Чжэня был многоголовым, что делало его ещё страшнее.
Хайюй холодно усмехнулся, двинулся и бросился на Фэн Чжэня. Цеп в руке Фэн Чжэня пошёл в сторону Хайюя. Хайюй рассыпался в движении, превратившись в лёгкий дым, и закружил вокруг Фэн Чжэня.
Цеп — оружие длинное, а Хайюй использовал короткие клинки. Как говорят: «на вершок длиннее — на вершок сильнее, на вершок короче — на вершок опаснее». Столкновение двух стилей выглядело зрелищно.
Но Лю Цинжуй и остальные знали, что Хайюй владеет не только короткими клинками, но и мастерски использует скрытое оружие. Лю Цинжуй хорошо помнил, что искусство скрытого оружия у Хайюя было выдающимся.
Хайюй кружил вокруг Фэн Чжэня долго, и никто не мог одолеть другого. Вдруг Хайюй двинулся. Он взмахнул рукой и бросил талисманную бумажку. Та упала на землю, и из неё вдруг выросли зелёные лозы, которые потянулись к Фэн Чжэню.
Фэн Чжэнь холодно усмехнулся:
— Я тебя ждал.
Он тоже бросил талисман — огненный. Тот превратился в огромный огненный шар и ударил в лозы. Раздался грохот, лозы вспыхнули и сгорели.
Но не успел Фэн Чжэнь обрадоваться, как почувствовал лёгкую боль, затем онемение, и в следующий миг понял, что не может двигаться. Он опешил, хотел посмотреть, что случилось, но не успел опустить голову, как перед глазами потемнело.
Фэн Чжэнь не понял, что произошло, но Лю Цинжуй прекрасно знал. Только что Хайюй атаковал талисманом, чтобы отвлечь внимание Фэн Чжэня. Сразу после броска он выпустил несколько летающих игл. Иглы были тонкими, летели без звука, и Фэн Чжэнь их не заметил.
А смерть Фэн Чжэня наступила не только от игл, но и от яда — того самого, что Хайюй выпросил у Лю Цинжуя два дня назад. Яд Лю Цинжуя, разумеется, был не простым. Так что Фэн Чжэнь погиб от отравленной иглы.
Глядя на почерневшее тело Фэн Чжэня, Хайюй холодно хмыкнул, затем с громким смехом вернулся в строй банды Таньхай. Там он поклонился Лю Цинжую и поблагодарил его.
Лю Цинжуй лишь улыбнулся и кивнул, затем взглянул на пять банд. Остались только банда Гигантского Медведя и банда Чёрного Цзяо. Из них Чёрный Цзяо, вероятно, выступит последним, а сейчас — Гигантский Медведь.
И точно: Цзяо Цзиньфэн, увидев очередное поражение, помрачнел. Он взглянул на главу банды Гигантского Медведя Сюн У. Тот понял и серьёзно произнёс:
— Тан Лин, этот бой твой.
Один из учеников отозвался и вышел в центр. Ростом почти два метра, с бугрящимися мышцами, он казался маленьким гигантом. Выйдя, он двинул рукой, и в ней появился большой гундао. Сжимая его, он встал и посмотрел в сторону банды Таньхай.
Лю Цинжуй, увидев это, слегка улыбнулся и обернулся к Лю Цинсуну:
— Сяо Сун, этот бой твой. Победи его в полную силу, не сдерживайся.
Лю Цинсун отозвался и вышел в центр. Вскоре он оказался там, двинул рукой, и в ней появился деревянный посох. Лю Цинсун взглянул на Тан Лина и серьёзно произнёс:
— Банда Таньхай, Лю Цинсун.
Тан Лин не поклонился, а лишь презрительно взглянул на него:
— Молокосос, тоже вышел умирать. Видно, в банде Таньхай совсем нет людей. Малый, если не хочешь умирать, отойди, может, и выживешь; если не отойдёшь — не обессудь.
Лю Цинсун, услышав такую непочтительность, разозлился. Он взглянул на Тан Лина и холодно усмехнулся:
— Тогда посмотрим, хватит ли у тебя умения.
С этими словами он взял посох двумя руками и ударил Тан Лина.
Тан Лин, увидев деревянный посох, понял, что это не простая вещь. Он взревел и рубанул гундао навстречу.
Гундао — тяжёлое оружие, в нём мало обманных движений. Он берёт силой и весом, потому удары прямые. Сражаясь с таким, лучше не думать, где обман, а либо бить напрямую, либо кружить. Лю Цинсун не стал кружить. Он сразу пошёл на столкновение. Его посох тоже был тяжёл — из тысячелетней сердцевины дерева, и по материалу, и по весу превосходил гундао. Потому он не сомневался.
Дзинь! Громкий звук — посох и гундао столкнулись. Оба отлетели на пять шагов. Лю Цинсун с изумлением смотрел на Тан Лина, Тан Лин — на Лю Цинсуна.
Тан Лин был высок и мощен, явно силач; Лю Цинсун же выглядел обычным. Никто не ожидал, что он сравняется с Тан Лином в силе. Это было удивительно.
— Ха-ха-ха, отлично! Наконец-то есть, с кем помериться силой. Ну, ещё раз! — Тан Лин взмахнул гундао и атаковал.
Лю Цинсун холодно хмыкнул:
— Не боюсь тебя.
Он взмахнул посохом и пошёл в атаку. Они обменивались ударами, увлечённо сражаясь.
После пятидесяти приёмов Лю Цинсун начал одолевать. Его посох был не только тяжёл, но и движения его были ловкими. Это сочетание казалось противоречивым, но Лю Цинсун умело его использовал. Тан Лин стал проигрывать.
Ещё двадцать приёмов — и Лю Цинсун ударил Тан Лина посохом по спине. Тот отлетел, выплюнул кровь и упал. Он тяжело дышал, и было видно, что не жилец.
Хотя Тан Лин был телесным практиком с огромной силой и защитой, посох Лю Цинсуна был слишком тяжёл. От удара внутренние органы Тан Лина разорвались, и он не мог выжить.
Покончив с Тан Лином, Лю Цинсун с облегчением выдохнул и вернулся к Лю Цинжую. Тот похлопал его по плечу:
— Молодец. Отдохни.
Затем Лю Цинжуй взглянул на Цзяо Цзиньфэна. У того лицо посинело. Он взглянул на Лю Цинжуя и серьёзно произнёс:
— Не думал, что банда Таньхай так сильна. Это поразительно. Глава Лю, кого выставите в последнем бою?
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— В последнем бою, конечно, выступлю я. А кого выставите вы, глава Цзяо?
Цзяо Цзиньфэн сверкнул глазами:
— Раз сам глава Лю выступает, то если я выставлю обычного бойца, вы можете счесть это неуважением. Позвольте мне самому сразиться с главой Лю.
Лю Цинжуй сначала опешил, затем улыбнулся:
— О? Сам глава Цзяо выступит — это лучше всего. Я как раз хотел оценить ваше мастерство.
Он вышел вперёд.
На самом деле он давно заметил, что Цзяо Цзиньфэн очень силён. Тот достиг стадии очищения ци и возвращения духа, то есть мог летать. Но почему-то скрывал это, притворяясь культиватором очищения семени и превращения в ци. Лю Цинжуй не знал, что в Трёхгорном городе, чтобы малая банда стала средней, есть два пути: получить признание трёх средних банд или достичь тысячи членов. А чтобы средняя стала великой, есть три пути: пять тысяч членов, признание двух великих банд или появление мастера стадии очищения ци и возвращения духа. Цзяо Цзиньфэн не показывал свою силу именно поэтому. Он чувствовал, что время ещё не пришло.
(Конец главы)