Чжао Хай стоял перед дверью кабинета, и лицо его было спокойным.
— Наконец началось, — неспешно произнёс он. — Я ждал этого три года. Хе-хе, и вправду, у них хватило терпения. Столько времени выжидали и лишь теперь наконец решились.
Рядом с ним стояла Лаура.
Она заговорила:
— Хай-гэ, что ты собираешься делать дальше?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Ничего особенного. За три года я полностью взял расу демонов-оборотней в свои руки. Даже если сейчас я начну разбираться с Бай Чжиюнем, что он сможет сделать? Даже если они захотят сопротивляться, разве у них получится? Думаешь, нынешние ученики-оборотни пойдут за ними против нашей секты Морской Разведки?
Он помолчал, и взгляд его стал твёрже:
— Три года. Они давно уже считают себя учениками секты Морской Разведки. Потому на этот раз я разрублю узел одним ударом и разберусь с ними дочиста. А после этого собираюсь наведаться в Ледяную пустыню. Сейчас у меня есть защита рун, внешнее зло мне не страшно. Хочу посмотреть, что же скрывается в Ледяной пустыне.
Лаура кивнула:
— Хорошо, пусть будет по-твоему, Хай-гэ. Когда ты отправишься?
Чжао Хай мрачно произнёс:
— Завтра и начну. Хочу посмотреть, что на этот раз скажет Бай Чжиюнь.
Этим походом Чжао Хай собирался навестить Бай Чжиюня.
После трёх лет скрытого выжидания Бай Чжиюнь наконец начал действовать.
У нескольких высокопоставленных людей, которых Чжао Хай отправил в филиал Секты И, на именных табличках вспыхнул красный свет. Очевидно, Бай Чжиюнь начал готовиться против них. А те, едва заметив изменение табличек, сразу отправили весть Чжао Хаю. Так он и узнал об этом. Вместе со сведениями, собранными за три года, этого было достаточно, чтобы разобраться с Бай Чжиюнем.
На этот раз Чжао Хай собирался взять с собой Цинлуна и остальных, сначала показать им доказательства, а уже потом действовать.
И, как и говорил Чжао Хай, за три года он превратил всех культиваторов-оборотней мира Яо в людей секты Морской Разведки. Теперь, даже если бы Бай Чжиюнь действительно захотел поднять мятеж и даже если бы Цинлун и остальные захотели к нему присоединиться, те оборотни уже не пошли бы за ними.
Потому что за эти три года секта Морской Разведки относилась к тем ученикам поистине хорошо. Ученики-оборотни давно уже считали себя учениками секты Морской Разведки.
На следующий день Чжао Хай с Дин Чуньмином и остальными отправился прямо в филиал Секты И.
Вскоре он прибыл на место. Едва войдя, он увидел Бай Чжиюня.
Бай Чжиюнь, увидев Чжао Хая, поспешно поклонился:
— Приветствую главу секты. Не знаю, зачем вы прибыли сегодня?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Есть кое-что, о чём нужно с вами поговорить. Пойдём внутрь. Через некоторое время придут и Цинлун с остальными. Когда все соберутся, и поговорим.
Бай Чжиюнь откликнулся и проводил Чжао Хая в зал совещаний филиала Секты И.
Чжао Хай вошёл в зал, сел на главное место и закрыл глаза, отдыхая. Видя это, Бай Чжиюнь не посмел ничего сказать и молча стоял в стороне.
Вскоре пришли Цинлун и остальные.
Кроме них, прибыли также Ню Гэн, Эли и другие полновластные старейшины расы демонов-оборотней, а также несколько глав филиалов секты Морской Разведки.
Когда все вошли в зал совещаний, Чжао Хай открыл глаза.
Он медленно обвёл всех взглядом. Все стояли, согнувшись.
Наконец Чжао Хай остановил взгляд на Бай Чжиюне и мрачно произнёс:
— Бай Чжиюнь, признаёшь свою вину?
От этих слов все опешили.
Кроме нескольких человек, знавших правду, остальные с недоумением смотрели на Чжао Хая. Даже Бай Чжиюнь. Он тоже с недоумением посмотрел на Чжао Хая и лишь через некоторое время произнёс:
— Глава секты, не знаю, в чём моя вина?
Чжао Хай посмотрел на Бай Чжиюня и мрачно произнёс:
— Бай Чжиюнь, а ты и вправду умеешь терпеть. Три года, целых три года ты не подавал никаких признаков. Ты, верно, решил, что по прошествии трёх лет я больше не стану за тобой следить, и потому наконец начал действовать?
Он сузил глаза:
— Бай Чжиюнь, я спрашиваю тебя — что такое вторжение внешнего демона?
Услышав это, Бай Чжиюнь невольно вздрогнул. Но всё же сказал:
— Чжиюнь не знает, о чём говорит глава секты. В нашей секте Морской Разведки нет никакого вторжения внешнего демона.
Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Бай Чжиюнь, эту ловушку я готовил три года. Сегодня она наконец пригодилась.
Он обвёл взглядом всех присутствующих:
— Все, кто здесь есть, достаньте свои именные таблички и посмотрите, что с ними стало.
Услышав это, все сразу достали свои таблички.
И увидели, что на них ярко горит красный свет.
Лица Цинлуна и остальных тотчас переменились. Все они недобро посмотрели на Бай Чжиюня.
Но Бай Чжиюнь, очевидно, не знал об этом.
Он тоже достал свою именную табличку. Но на ней не было ничего.
Он опешил, затем поднял табличку и мрачно произнёс:
— Глава секты, моя табличка не покраснела. Это действительно не имеет ко мне отношения.
Чжао Хай посмотрел на Бай Чжиюня и мрачно произнёс:
— Бай Чжиюнь, помнишь, три года назад в нашей секте была масштабная замена именных табличек?
Он неспешно продолжил:
— На самом деле уже тогда таблички, что вам выдали, начали светиться красным. Это доказывало, что вы уже подверглись вторжению внешнего демона. Но тогда я не стал с тобой разбираться. Потому что тогда ты привёл Секту И к сдаче. Если бы я с тобой разобрался, что подумали бы Цинлун и остальные? Что подумали бы другие ученики Секты И?
— К тому же тогда ты ничего не предпринимал. Я думал, что за три года ты сможешь очистить сердце демона. Не ожидал, что за три года ты не только не очистишь его, но и сам попадёшь под его власть и начнёшь нападать на учеников нашей секты Морской Разведки.
— Потому я и появился здесь.
Взгляд Чжао Хая похолодел:
— Три года назад, чтобы ты не смог заметить, что твоя табличка отличается от чужих, для вас, людей, таблички сделали особыми. Ваши таблички не светятся, они отличаются от тех, что у остальных.
— Теперь понимаешь?
Услышав это, Цинлун и остальные застыли, а затем лица их резко переменились.
Они действительно не ожидали, что у Чжао Хая хватит терпения три года плести эту сеть. Или, вернее, он ждал три года именно такого случая.
Это было поистине впечатляюще.
Бай Чжиюнь посмотрел на Чжао Хая:
— Глава секты, ты говоришь, что я подвергся вторжению внешнего демона, но разве это так? У тебя есть доказательства? Даже если ты глава секты, ты не можешь возводить на меня напраслину.
Чжао Хай, глядя на Бай Чжиюня, слегка улыбнулся:
— Бай Чжиюнь, похоже, ты ещё не сдаёшься. Тогда я покажу тебе доказательства.
Он поднял взгляд к потолку зала:
— Этот зал совещаний филиала Секты И вы, кажется, отремонтировали заново? Неплохо. Особенно эта магическая лампа под потолком — сделана поистине красиво.
С этими словами Чжао Хай указал пальцем на магическую лампу под потолком.
Лампа была очень красивой, её корпус украшали всевозможные самоцветы. Для культиваторов эти самоцветы, в общем-то, не имели большой пользы, только служили украшением. Потому в мире культивации на такое никто не обращал внимания.
А в самом центре лампы был вставлен огромный красный камень размером с кулак. Красный, как кровь, очень красивый.
Но едва Чжао Хай упомянул эту лампу, лицо Бай Чжиюня переменилось.
Затем Чжао Хай протянул руку. И огромный красный камень из лампы оказался в его ладони.
Чжао Хай взглянул на него и кивнул:
— Неплохо, это он. Это, должно быть, и есть наследственное сокровище вашего рода белых цзяо?
Он неспешно продолжил:
— Я слышал от Ню Гэна, что ваш род белых цзяо раньше был всего лишь родом белых змей. Потом, когда раса демонов-оборотней возвысилась, вы получили наследственное сокровище. С тех пор ваш род белых цзяо постепенно поднялся и стал одним из великих родов расы демонов-оборотней.
— Значит, этот камень и есть наследственное сокровище вашего рода белых цзяо, верно?
Бай Чжиюнь смотрел на Чжао Хая, и его глаза медленно наливались красным.
Он мрачно произнёс:
— Похоже, глава секты знает уже немало.
В этих словах не осталось и следа прежнего почтения к Чжао Хаю.
Чжао Хай, глядя на Бай Чжиюня, слегка улыбнулся:
— Да, я знаю немало.
Он неспешно продолжил:
— В древности Мир Мечевого Духа был невероятно силён. А мир Яо был всего лишь территорией горы духовных зверей Мира Мечевого Духа. Здесь тоже были свои великие и могущественные секты. Но потом, неизвестно почему, мастера из другого мира подстроили Миру Мечевого Духа ловушку.
— Они каким-то способом похитили оттуда одну вещь. За тысячу лет до возвышения расы демонов-оборотней по небу пронеслась падающая звезда. После этого человеческая раса постепенно пришла в упадок, а раса демонов-оборотней стала усиливаться.
— В конце концов та падающая звезда упала на крайнем севере. На крайнем севере пламя озарило небо, но затем с небес обрушился лютый холод и погасил огонь. С тех пор крайний север превратился в Ледяную пустыню.
— Если я не ошибаюсь, та падающая звезда и была вещью, способной влиять на разум. Тогда люди Мира Мечевого Духа не знали об этом и попали под её влияние, начались внутренние распри. Потом они всё больше слабели и в конце концов были уничтожены расой демонов-оборотней.
— А наследственное сокровище, которое, по преданию, получил ваш род белых цзяо, — это осколок той падающей звезды. То есть эта вещь — часть падающей звезды, то, что может влиять на разум людей.
— Я прав?
Бай Чжиюнь посмотрел на Чжао Хая и вдруг громко рассмеялся:
— Да, ты прав!
Смех оборвался, и он мрачно произнёс:
— Но эта вещь не просто влияет на разум. Она ещё и несёт наследие. Можно сказать, что раса демонов-оборотней смогла возвыситься именно благодаря этому наследию.
— Жаль только, что наследие этого сокровища рассеивалось само собой. Когда наш род белых цзяо получил этот камень, нам достался лишь канон превращения в цзяо, и больше никаких благ.
— Все эти годы наш род белых цзяо очень тщательно хранил эту тайну. Не ожидал, что ты всё равно узнаешь.
Чжао Хай мрачно произнёс:
— Изначально мир Яо был бы куда сильнее, чем теперь. Но вы попали под влияние этого наследственного сокровища и разделили единую Школу Святых, создав Секту И. Между двумя сектами непрерывно шла война, которая постоянно ослабляла мир Яо.
Взгляд его стал острым:
— Я прав?
— Или, вернее — на самом деле вы получили указания от кого-то. Они велели вам сделать это, чтобы мир Яо ни в коем случае не смог объединиться?
(Конец главы)