Кроваво-красный силуэт с широко раскрытыми глазами смотрел на Чжао Хая.
Он и вправду не ожидал, что Чжао Хай с самого начала его просчитывал. А он и вправду сделал так, как Чжао Хай и говорил. Теперь у учеников секты Демонического Меча действительно потухли глаза, и в их взгляде на него не осталось ни малейшего почтения.
Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Злишься? Чувствуешь, что тебя обвели вокруг пальца? Хе-хе, это нормально, совершенно нормально. Потому что ты слишком высокомерен. Ты всегда думаешь, что всё должно быть по-твоему. Это высокомерие высшего по отношению к низшим. Ты думаешь, раз твой уровень выше, ты можешь решать всё за нас. Сегодня я скажу тебе: ты ошибаешься. Твой уровень выше нашего, но это не значит, что ты можешь решать всё за нас.
Он сделал паузу, обвёл взглядом кровавый силуэт и продолжил:
— И ещё я почувствовал в тебе одну очень странную вещь. Твой уровень выше нашего, но ненамного — далеко не на целый уровень, самое большее на половину. Это немного странно. Я никогда не слышал, чтобы один мир был выше другого на половину уровня. Это поистине интересно.
Услышав это, кровавый силуэт изменился в лице. Он взглянул на Чжао Хая и холодно произнёс:
— Ты закончил? Если закончил, я заставлю тебя исчезнуть навсегда.
— Хочешь взорвать себя? Этот приём приходит в голову каждому, кто готов драться насмерть. Я знаю, твоя сила велика, и взрыв будет чудовищным. Но у тебя нет этого шанса.
С этими словами Чжао Хай двинул рукой, и на кровавый силуэт лёг золотой символ.
Едва золотой символ коснулся кровавого силуэта, тот замер, словно лишился разума. А Чжао Хай сжал кулак, и кровавый силуэт начал сжиматься, пока не превратился в маленькую бусину. Бусина тоже была кроваво-красной, и на ней был золотой символ. Затем Чжао Хай повернул руку, и золотая бусина исчезла.
Все думали, что Чжао Хай убрал её в пространственное снаряжение. Но на самом деле он бросил её в пространство. Едва бусина попала туда, как её поглотило пространство, и она стала частью его энергии.
Впрочем, Чжао Хай немного сожалел, что проекция не оставила никакой полезной информации. Это была всего лишь проекция, в ней не было никаких воспоминаний. Потому, кроме энергии, Чжао Хай ничего не получил.
Убрав кровавую бусину, Чжао Хай взглянул на Дин Чуньмина и Гуйинцзы и серьёзно произнёс:
— Вы только что всё видели. Похоже, секта Демонического Меча тоже связана с другими мирами. Недаром они не сдавались нам. Ладно, не будем о них. Теперь займёмся делами филиала Демонического Меча.
Он сделал паузу и продолжил:
— Эти ученики секты Демонического Меча теперь могут сдаться. Не стоит их слишком притеснять. Если они действительно сдадутся, пусть сдаются. А вот простые люди в заповедной земле этого не видели и, возможно, не поверят. Чуньмин, Гуйинцзы, вы вдвоём уничтожьте половину тех простых людей. Если у них останется хоть малейший дух сопротивления, убивайте всех, не церемоньтесь. Гуйинцзы, собери их души для своей практики.
Гуйинцзы с дрожью откликнулся.
Дин Чуньмин лишь откликнулся, без всякой реакции.
А Гуйинцзы испугался до смерти. Он ведь знал: в заповедной земле секты Демонического Меча простых людей очень много — десятки миллионов. А теперь Чжао Хай одним словом велел убить половину. То есть десять-двадцать миллионов человек должны были погибнуть.
Десять-двадцать миллионов!
В Мире Мечевого Духа даже в древние времена, даже среди великих демонов древности, никто не убивал столько за раз. А Чжао Хай одним словом отнимал жизни у десяти-двадцати миллионов. Это поистине ужасало.
Гуйинцзы всегда считал Чжао Хая человеком праведного пути. Он убивает лишь своих врагов. Теперь же он понял: Чжао Хай куда жестоке и страшнее, чем они, люди школы демонов. Ведь он не только убивает, но и превращает убитых в злобных духов для практики призрачных культиваторов. Вот что самое страшное.
Гуйинцзы хоть и призрачный культиватор, но и он знал: превращать умерших в злобных духов — величайшее неуважение к ним. Потому призрачных культиваторов и не любят. А теперь Чжао Хай собирался превратить десять-двадцать миллионов в злобных духов. Разве это не ужасно? В глазах Гуйинцзы это было сущим злом, злее любой школы демонов.
Но Гуйинцзы не смел высказать свои мысли. Даже заикнуться не смел. Жестокость Чжао Хая он увидел воочию. Это ещё больше напугало его.
Но вместе со страхом он почувствовал и радость.
Честно говоря, будь Чжао Хай обычным культиватором Союза праведного пути, Гуйинцзы вряд ли с ним ужился бы. Но Чжао Хай не был таким. Его жестокость — необходимое качество для культиватора. Это крайне важно.
Гуйинцзы также понял: Чжао Хаю всё равно, какую технику ты практикуешь, и даже всё равно, добрый ты или злой. Ему нужно, чтобы ты подчинялся ему и слушал его приказы. Вот что главное.
Чжао Хай не стал обращать внимания на мысли Гуйинцзы, а повернулся к Дин Чуньмину:
— Если те ученики секты Демонического Меча посмеют сопротивляться, тоже всех убей. Техники секты Демонического Меча мы уже знаем, останутся они или нет — неважно. Мне нужна заповедная земля секты Демонического Меча, а не её люди. Людей у нас достаточно. Даже если перебить всех здесь, мы можем переселить новых. С этими людьми не нужно мягкосердечничать. Проявишь мягкость — они решат, что ты не смеешь их убивать, и начнут тебе перечить. Понял?
Дин Чуньмин серьёзно произнёс:
— Да, молодой господин, не беспокойтесь, я знаю, что делать. В крайнем случае, просто всех убью.
Чжао Хай кивнул и серьёзно произнёс:
— Дай этим людям понять: осмелишься сопротивляться — умрёшь. Пусть боятся нас, пусть больше никогда не смеют сопротивляться, пусть больше никогда не вспоминают о секте Демонического Меча.
Дин Чуньмин откликнулся.
Чжао Хай повернулся к Гуйинцзы:
— Гуйинцзы, помоги Чуньмину в этом деле. Не дай другим узнать. Сейчас некоторые секты Союза праведного пути только недавно вступили в секту Морской Разведки. Если они узнают о здешних делах, те, у кого ума недостаточно, могут начать болтать лишнее.
Гуйинцзы серьёзно произнёс:
— Прошу главу секты не беспокоиться. Глава секты, а после того как этих людей убьют, можно нам будет обработать их тела? Сейчас у многих учеников ещё нет боевых зомби.
Чжао Хай серьёзно произнёс:
— Раз людей убили, с телами делайте что хотите. Идите.
Гуйинцзы откликнулся и больше не издал ни звука.
Чжао Хай взглянул на людей секты Демонического Меча и холодно фыркнул. Затем двинулся и вернулся в главный зал секты Демонического Меча.
А в это время бесчисленные ученики секты Морской Разведки уже окружили главный зал секты Демонического Меча. Дин Чуньмин прямо приказал ученикам секты Демонического Меча сдаваться.
Большинство учеников секты Демонического Меча сразу сдались. Лишь малая часть не сдалась. Дин Чуньмин не стал церемониться и приказал убивать — всех несдавшихся учеников секты Демонического Меча перебили. Это заставило и сдавшихся присмиреть.
Затем Дин Чуньмин приказал сдавшимся ученикам секты Демонического Меча, у кого есть семьи, вернуться домой и привести свои семьи в главный зал.
Ученики секты Демонического Меча хоть и не понимали, в чём дело, но те, у кого семьи были снаружи, вернулись домой и привели родных в главный зал. Если их семьи всё ещё были верны секте Демонического Меча, им говорили, как истинный глава секты Демонического Меча не ставил их ни в грош.
А после того как эти ученики привели свои семьи в главный зал секты Демонического Меча, Дин Чуньмин прямо повёл войско на зачистку оставшихся простых людей в секте Демонического Меча.
На этот раз это была настоящая зачистка.
Все простые люди, осмелившиеся прежде нападать на новопереселённых, были казнены. И снова ввели ещё более строгую круговую поруку: сопротивляется одна семья — убить сто окрестных семей и истребить девять поколений её рода.
В главном зале секты Демонического Меча тотчас полилась кровь рекой, покатились головы.
Сдавшиеся ученики секты Демонического Меча тоже это заметили. Они невольно возблагодарили судьбу — хорошо, что не перешли черту. Не сдайся они — им был бы конец.
Чжао Хай со спокойным лицом сидел в кабинете секты Демонического Меча. Через некоторое время он обратился к Гуйинцзы:
— Гуйинцзы, сейчас Чуньмин убивает. Остальное — на тебе. Обработай тела, используй всё, что можно. Впредь таких возможностей может быть немного.
Гуйинцзы откликнулся.
На этот раз было переведено много учеников из разных сект школы демонов. Они тоже видели, как Дин Чуньмин убивает. Честно говоря, эти ученики школы демонов были поражены. Им стало страшно, даже жутко. Они поняли, что им повезло, что они сдались. Не сдайся они — и в один прекрасный день, если секта Морской Разведки войдёт в их секты, не постигнет ли их участь простых людей в заповедной земле секты Демонического Меча?
Чжао Хаю было не до них.
Мятеж секты Демонического Меча назревал давно. Можно сказать, Чжао Хай с самого начала понял, что секта Демонического Меча сдалась неискренне, и сделал соответствующие приготовления. Среди людей секты Демонического Меча были и те, кто хотел сдаться искренне. Их отправили в другие филиалы. А тех, кто не хотел сдаваться, отправили в заповедную землю секты Демонического Меча. Старейшина Чжэн и его люди, посланные сюда Чжао Хаем, были лазутчиками, чтобы следить за Мосянцзы. И Чжао Хай приказал: не следить слишком явно, при необходимости можно покинуть заповедную землю секты Демонического Меча. Именно поэтому старейшина Чжэн и его люди так легко покинули заповедную землю, дав Гуйинцзы возможность поднять мятеж.
А вот о Святом Владыке Демонического Меча он не подумал. Это стало неожиданной добычей.
(Конец главы)