Хотя Цзяо Цзиньфэн уже достиг стадии очищения ци и возвращения духа, общая сила банды Чёрного Цзяо всё же сильно уступала пяти великим бандам. Если бы они сейчас стали великой бандой, пять великих непременно ополчились бы на них. И тогда им пришёл бы конец.
Именно поэтому Цзяо Цзиньфэн скрывал свою силу и не раскрывал её. Он собирался ещё немного развить банду Чёрного Цзяо, сделать её сильнее, а уж потом стать великой бандой. Тогда, даже если пять великих банд захотят с ними разобраться, он не испугается.
Однако, хоть Цзяо Цзиньфэн и скрывал свою культивацию, его искусство маскировки было слишком слабым для Лю Цинжуя. Тот с первого взгляда разгадал его истинную силу. Потому, услышав, что Цзяо Цзиньфэн сам выйдет на бой, Лю Цинжуй не только не рассердился, но даже обрадовался.
Цзяо Цзиньфэн явно лишь недавно вошёл в стадию очищения ци и возвращения духа, и сила его была всего лишь на первом её уровне. А Лю Цинжуй уже достиг пика этой стадии. Стоило прийти подходящему случаю, и он мог войти в стадию возвращения духа к пустоте. Потому Цзяо Цзиньфэн никак не мог быть ему соперником.
Лю Цинжуй вышел в центр. Цзяо Цзиньфэн тоже вышел. Они посмотрели друг на друга. Цзяо Цзиньфэн по-прежнему сохранял спокойствие и уверенность. Конечно, он был уверен — он ведь мастер стадии очищения ци и возвращения духа, а в Трёхгорном городе это уже считалось немалой силой. У него не было причин сомневаться в себе.
Лю Цинжуй взглянул на него и слегка улыбнулся:
— Глава Цзяо, не скажете ли, сегодня вы выложитесь в полную силу? Не думал, что вы уже достигли стадии очищения ци и возвращения духа. Лю восхищён.
Едва эти слова сорвались с его губ, как все присутствующие опешили. Они и вправду не ожидали, что Цзяо Цзиньфэн уже достиг стадии очищения ци и возвращения духа. Это было поразительно.
Цзяо Цзиньфэн тоже сузил глаза. Он взглянул на Лю Цинжуя и серьёзно произнёс:
— Глава Лю, у вас хороший глаз. Только не знаю, как вы разглядели мою силу?
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— Просто. Сила у вас действительно немалая. Но и моя не хуже, потому я и смог её заметить. Глава Цзяо, думаю, нам не стоит больше скрываться. Давайте сегодня сразимся в полную силу.
С этими словами он двинулся и взмыл в воздух.
Увидев, что Лю Цинжуй взлетел, все опешили, а затем поднялся гул. Они не ожидали, что Лю Цинжуй окажется мастером стадии очищения ци и возвращения духа и сможет летать. Особенно люди банды Таньхай — все, кроме Лю Цинсуна, были поражены. Они всегда считали Лю Цинжуя культиватором очищения семени и превращения в ци, а он оказался мастером стадии очищения ци и возвращения духа. Как тут не изумиться?
Но после изумления они несказанно обрадовались. Чем сильнее Лю Цинжуй, тем лучше для банды Таньхай. Теперь он мастер стадии очищения ци и возвращения духа. Можно сказать, что после сегодняшнего дня в Трёхгорном городе найдётся немного банд, которые осмелятся тронуть банду Таньхай.
Цзяо Цзиньфэн, увидев, что Лю Цинжуй взлетел, тоже сузил глаза. Он прежде тоже считал Лю Цинжуя культиватором очищения семени и превращения в ци. Будь так, он бы непременно победил. Но Лю Цинжуй сразу назвал его силу, а теперь ещё и взлетел — значит, он сильнее. Ведь он разглядел силу Цзяо Цзиньфэна, а тот не разглядел его. В этом он уже проиграл.
Цзяо Цзиньфэн взглянул на Лю Цинжуя, двинулся и тоже взлетел. Он посмотрел на него:
— Не думал, что глава Лю тоже мастер стадии очищения ци и возвращения духа. Похоже, я проиграл один ход.
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— Странствующим культиватором достичь такого уровня — уже очень непросто. Я понимаю, почему вы скрывали свою силу. Сегодня я не хочу с вами враждовать. Но банде Таньхай нужно развиваться, чтобы стать великой бандой Трёхгорного города, и мне придётся действовать. Глава Цзяо, я знаю, зачем вы, пять банд, пришли сюда — вы хотите проглотить банду Таньхай. Честно говоря, я и сам собирался сделать то же самое. Я хотел разом проглотить все пять ваших банд и стать одной из сильнейших банд Трёхгорного города. Потому я прекрасно понимаю ваши намерения. Сейчас я даю вам выбор: либо вы сдаётесь банде Таньхай, либо я убиваю вас и постепенно присоединяю все пять банд к своей. Что скажете?
Цзяо Цзиньфэн сверкнул глазами:
— Глава Лю, замысел у вас хороший. Но не забывайте: в Трёхгорном городе пять великих банд, и любая из них сильна. Если они начнут нас давить, боюсь, нам не справиться.
Лю Цинжуй слегка улыбнулся:
— Давить — это ещё надо посмотреть, хватит ли у них сил. Одна банда надавит — мы с ней сцепимся. Если несколько банд объединятся, у нас будет не меньше шести тысяч учеников. Не верю, что они осмелятся драться насмерть. А если осмелятся, потери у них будут немалые. Не думаю, что другие великие банды станут смотреть на это сложа руки. Пять великих банд живут мирно лишь потому, что силы у них схожи и никто не может одолеть другого. Если одна вдруг ослабнет, остальные не упустят случая. Если же пять банд объединятся против нас, всё просто — сцепимся с одной. Даже если погибнем, заберём кого-то с собой.
Цзяо Цзиньфэн просиял. Он взглянул на Лю Цинжуя:
— Глава Лю говорит верно. Но одного я не пойму: если всё так, как вы сказали, и мы объединимся, то кто будет во главе?
Лю Цинжуй серьёзно произнёс:
— Тогда мы все станем одной семьёй, и не будет речи о том, кто главный. Главой, разумеется, буду я. Главы остальных банд станут старейшинами с реальной властью. Людей перетасуем и распределим заново.
Цзяо Цзиньфэн слегка улыбнулся:
— Не понимаю, почему главным должны быть вы?
Лю Цинжуй громко рассмеялся:
— Цзяо Цзиньфэн, не думай, что, став мастером стадии очищения ци и возвращения духа, ты сравнялся со мной. Даже среди мастеров этой стадии есть сильные и слабые. Ты только что вошёл в неё и хочешь тягаться со мной? Не слишком ли ты себя переоцениваешь?
Цзяо Цзиньфэн по-прежнему смотрел на него:
— Я себя не переоцениваю. Просто не понимаю, с какой стати наши тысячи учеников должны сдаваться банде Таньхай? Даже если вы сильны, разве вы одолеете тысячи?
Лю Цинжуй изменился в лице:
— Ты хочешь сказать, что бросишь на нас тысячи учеников всех пяти банд?
Цзяо Цзиньфэн с улыбкой ответил:
— Таков был наш изначальный план. Разве это неправильно? Если и есть ошибка, то она ваша, глава Лю. Вы не должны были рассказывать мне, как собираетесь разбираться с великими бандами. Тогда я, возможно, не решился бы становиться великой бандой. А теперь решился.
Лю Цинжуй, глядя на его улыбку, вдруг тоже рассмеялся:
— Цзяо Цзиньфэн, не думал, что ты на такое способен. Думаешь, с тысячами учеников сможешь со мной справиться? Забыл тебе сказать: я никогда не делаю того, в чём не уверен, не отдаю свою судьбу в чужие руки и не полагаюсь на удачу. У тебя тысячи, но ручаюсь: если ты сейчас пошлёшь их на меня, погибну не я.
Цзяо Цзиньфэн сузил глаза:
— Хотел бы я знать, как вы справитесь с тысячами.
Лю Цинжуй серьёзно произнёс:
— Глава Цзяо, похоже, ты меня плохо знаешь. Сила у меня неплохая, но по-настоящему я силён в ядах. Ты, может, знаешь, что на следующий день после того, как вы прислали нам вызов, я вышел из города и пришёл на Циншипин. Вы думали, я пришёл осмотреть местность? А я уже отравил здесь всё. Всё вокруг, вдоль и поперёк, отравлено. Теперь вы все уже отравлены, включая тебя. Я затеял эти пять боёв, чтобы поднять дух банды Таньхай и показать, что мы способны с вами сразиться, а заодно чтобы вы все отравились сильнее. Но этому яду нужен толчок. Стоит его запустить — и вы сразу потеряете силы. Как думаешь, если я оставлю за городом глав пяти банд и эти тысячи, сможет ли ваши пять банд справиться с бандой Таньхай?
Цзяо Цзиньфэн изменился в лице, но всё же холодно усмехнулся:
— Красиво говоришь. Не слышал, чтобы какой-то яд разом отравил тысячи людей. Не в том месте хвастаешься.
Лю Цинжуй холодно усмехнулся:
— Узко мыслишь. Что ты вообще видишь? Не то что тысячи — десятки тысяч можно отравить. Думаешь, я обычный яд использовал? Ладно, толчок уже дан. По времени пора. Хе-хе, глава Цзяо, советую тебе опуститься на землю, не то упадёшь и разобьёшься.
Цзяо Цзиньфэн холодно усмехнулся:
— Хотел бы я посмотреть, что за яд...
Он не договорил: вдруг почувствовал, что духовная энергия застопорилась, скорость её течения резко упала. Всё тело обмякло, и он не смог удержаться в воздухе — его потянуло вниз. Лицо его переменилось, он страшно испугался.
(Конец главы)