Все боги смотрели на золотые монеты, и никто не заметил, как мелькнул и исчез кроваво-красный луч.
В следующий миг один из богов вдруг вскрикнул, а затем издал душераздирающий вопль. Когда остальные обернулись, он был уже мёртв — на груди появился след от меча, а шею пробил хвост Иного. Мёртв, окончательно мёртв.
Чжао Хай не взглянул на труп, а лишь обернулся к остальным богам.
Едва они увидели его взгляд, как лица у всех переменились. Бог Благовонного Дерева тут же громко произнёс:
— Все, не сдерживайтесь, бейте в полную силу!
Не успел он договорить, как в его ладони появилась палочка благовоний. Он взмахнул рукой — и благовоние зажглось само. Вверх поднялся сизый дым и медленно сгустился в огромного дымового зверя, который ринулся на Чжао Хая.
Это был дымовой зверь в облике тигра, невероятно свирепый, с рёвом бросившийся на Чжао Хая. Странно было то, что, хотя он и был соткан из дыма, его рёв звучал совершенно реально. Ещё удивительнее — в прыжке его тело постепенно уплотнялось, словно превращаясь в настоящего тигра.
Тем временем остальные боги тоже достали магические инструменты. Клинки, мечи, веера, молоты — самые разные, и каждый обладал немалой мощью. Но не все они направили их на Чжао Хая: четыре инструмента остались для защиты, а остальные ударили по Чжао Хаю.
Чжао Хай, увидев это, слегка улыбнулся. Он взмахнул рукой — и перед ним возникли бесчисленные золотые монеты, которые тотчас разделились на несколько групп и устремились навстречу инструментам. Обе стороны принялись управлять инструментами и схлестнулись.
Боги, увидев, что Чжао Хай тоже сражается инструментами, внутренне обрадовались. Чем больше он так поступал, тем лучше для них — они понимали, что Чжао Хай тратит силы на истощение. Они не верили, что восемь человек не переиграют одного Чжао Хая.
Однако, очевидно, они забыли об Иных.
Сила Иных была нешуточной, каждый был невероятно могуч. Поначалу они думали, что четырёх инструментов для защиты хватит и Иные уже не будут представлять угрозы.
Но едва они схлестнулись, как поняли, что всё не так просто.
Атаки Иных стали ещё яростнее, и четыре инструмента не сдерживали их. Пришлось выставить ещё несколько инструментов, чтобы едва сдержать натиск Иных, но и это лишь позволяло обороняться, о контратаке не могло быть и речи.
На деле их сила по-прежнему оставалась огромной. Но чем сильнее культиватор, тем сильнее обычно и его инструменты; а чем сильнее инструмент, тем больше психической силы он требует. Потому даже достигнув уровня богов, они не могли одновременно использовать много инструментов. Если использовать много разом, расход огромен, и даже их силы не выдержали бы.
Разумеется, их инструменты по мощи далеко превосходили инструменты низшего мира. Обычный инструмент низшего мира, столкнувшись с их инструментом, тотчас был бы уничтожен. В этом и была их уверенность в победе над Чжао Хаем.
Но они не думали, что у Чжао Хая найдутся такие создания, как Иные. Способность Иных к эволюции была слишком велика: съев божественные существа, они достигли поразительного уровня защиты и могли выдержать даже удары тех инструментов. Именно поэтому Бог Благовонного Дерева и остальные просчитались.
Они полагали: даже если Чжао Хай заполучил инструменты Бога денег и Бога Демонического Меча, он не сможет сразу ими воспользоваться — их нужно очистить. К тому же эти инструменты из высшего мира, и для управления ими требуется огромная энергия. Если Чжао Хай станет их использовать, расход будет стремительным, и уже через несколько раз его духовная энергия иссякнет.
А Иные под его началом, какими бы сильными ни были, стоит им достать инструменты — и они тотчас справятся. Но они и представить не могли, что их инструменты почти не действуют на Иных. Иные сдерживали атаки инструментов, а Чжао Хай уже очистил монеты «Согласие приносит богатство» Бога денег и пользовался ими без малейшего усилия. Они застряли в противостоянии с Чжао Хаем и даже начали понемногу уступать.
И тут один из богов вдруг почувствовал, что над головой потемнело, и в следующий миг уже ничего не сознавал.
А стоявший рядом бог видел всё отчётливо: чёрная тень упала с небес и лапой ударила того бога по голове. Голова тотчас раскололась — мёртв, окончательно мёртв.
Пока он был в ужасе, мелькнула кроваво-красная тень меча — и его голова слетела, он тоже погиб.
Затем ещё один бог, которого окружили несколько Иных, с воплем рухнул — его ударили золотые монеты, грудь раздроблена, а хвост Иного пронзил его. Мёртв.
Четверо погибли подряд, и оставшиеся боги запаниковали.
Они не думали, что Чжао Хай так силён и разом убьёт четверых. Теперь осталось четверо, и с такой скоростью их всех скоро уничтожат. Что делать?
И тут над их головами вновь появилась чёрная тень. Они в ужасе попытались увернуться, но не успели. Ещё одному богу раздробило голову.
На сей раз стоявшие рядом наконец разглядели: голову того бога раздробило нечто вроде когтя. Коготь был невероятно длинным — конца не видно — и необычайно острым.
Тут они вспомнили, что над ними всё это время стоит гигантская черепаха. Раз она может сковать это пространство, её сила поистине чудовищна. Прежде они всё время забывали о черепахе, потому она двумя ударами и убила двоих.
Но теперь было поздно. Осталось трое: двое были окружены четырьмя Иными, а один противостоял Чжао Хаю.
В этот миг оба убрали инструменты и пристально смотрели друг на друга.
Перед Чжао Хаем стоял Бог Благовонного Дерева. Он взглянул на Чжао Хая, лицо его было мрачным, и глухо произнёс:
— Чжао Хай, не думал, что у тебя такая сила. Я тебя недооценил.
Чжао Хай взглянул на Бога Благовонного Дерева и слегка улыбнулся:
— Вы и не такого не ожидали. Иначе не снизошли бы. Впрочем, хорошо, что снизошли, — я ещё боялся, что вы не спуститесь. Сейчас я не хочу возноситься, потому, не спустись вы, я бы ничего не смог с вами сделать. А если бы вы потом стали нам мешать, было бы ещё больше хлопот. Хорошо, что вы спустились.
Бог Благовонного Дерева взглянул на Чжао Хая странным взглядом:
— Чжао Хай, ты и впрямь думаешь, что можешь нас убить? Говорю тебе: нас называют богами именно потому, что мы не умираем и не исчезаем. Хоть это тело и умрёт, мы возродимся. И тогда вашей секте Морской Разведки всё равно не будет покоя.
Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Смело говоришь. Вы всё ещё думаете, что сможете воскреснуть? Говорю вам: это невозможно. Чтобы воскреснуть, есть лишь несколько способов: во-первых, если ваше тело обладает силой возрождения из капли крови — достаточно уцелеть одной капле крови с вашим духовным отпечатком, и вы возродитесь; во-вторых, захват тела — с вашей силой он вполне может удаться. Но у обоих способов есть одно условие: ваш духовный отпечаток должен быть цел и не разрушен. Иначе воскреснуть невозможно. Я прав?
Услышав это, лицо Бога Благовонного Дерева переменилось окончательно.
Чжао Хай сказал чистую правду. Таким культиваторам, как они, для возрождения доступны лишь эти два способа, и оба связаны с духовным отпечатком. Духовный отпечаток — самое изначальное в человеке. Какие бы техники ни культивировали эти люди, всё ради укрепления и защиты своего духовного отпечатка, чтобы жить дольше, чтобы захватить тело, чтобы возродиться из капли крови.
Но если духовный отпечаток разрушен, стёрт из мира, то, будь они хоть сильнейшими при жизни, возродиться не смогут. Если нет души, что возрождать? Разумеется, невозможно. Потому Бог Благовонного Дерева, услышав это, так переменился в лице.
Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Я тоже культиватор. Даже если вы сильны и условия культивации у вас лучше, вам не выйти за рамки системы культивации. Всё сводится к одному. Для воскрешения есть лишь эти способы. И, к сожалению, я не только знаю их, но и владею всеми. Неужели ты думаешь, что я дам вам возродиться и снова выступить против меня? Впрочем, тебе не нужно так удивляться, будто ты и впрямь испугался. В душе ты, наверное, посмеиваешься, так? Ведь на сей раз ты явился не истинным телом, а двойником. Из всех этих богов только ты пришёл сюда двойником. Возможно, много лет назад ты уже использовал двойника, потому остальные боги и не замечали, что это лишь двойник, а истинное тело не здесь. Я прав?
На сей раз лицо Бога Благовонного Дерева окончательно помрачнело. С холодным блеском в глазах он взглянул на Чжао Хая:
— Откуда ты знаешь? Я считал, что маскировка безупречна, остальные никогда не замечали, что это двойник. Как ты узнал?
(Конец главы)