Едва те двое увидели Шу Ли, как в их глазах тотчас вспыхнула убийственная аура. Затем один из них что-то затараторил Шу Ли, но тот не понял ни единого слова.
Шу Ли опешил, затем изменился в лице. Он и вправду не ожидал, что есть язык, которого он не понимает. Если из-за этого случится что-то непредвиденное, последствия будут серьёзными.
Те двое, похоже, тоже поняли, что Шу Ли не понимает их речи. Они ничуть не удивились и не растерялись — просто взмахнули рукой. Те несколько обезьян тотчас бросились на Шу Ли.
Шу Ли холодно фыркнул, взмахнул рукой, и перед ним появилось несколько Иных. Затем эти Иные ринулись на обезьян.
Обезьяны были очень ловкими, сильными, с мощной атакой и острыми когтями. Против нескольких Иных они держались ничуть не хуже.
А те дикари, размахивая каменным оружием, бросились прямо на Шу Ли.
Шу Ли взглянул на них и тоже холодно фыркнул. Хоть он и недавно принял человеческий облик, культивация его была немала. В человеческом облике его сила уже достигла уровня очищения ци и возвращения духа — разве стал бы он бояться нескольких дикарей?
Вскоре Шу Ли схлестнулся с дикарями. Едва начав бой, Шу Ли обнаружил, что эти дикари весьма хороши в сражении: сила огромная, движения ловкие, мощь незаурядная.
Но первыми исход решился не здесь, а там, где бились Иные с обезьянами.
Хоть обезьяны и были неплохи в бою, с Иными им было далеко. Ведь Иные сами по себе ядовиты, и яд их чрезвычайно силён. Разве могли обезьяны тягаться с этими машинами для убийства? Вскоре одну обезьяну убили.
Освободившийся Иной бросился на помощь другим. Вскоре Иные перебили всех обезьян.
Расправившись с обезьянами, Иные повернули на дикарей.
Увидев это, дикари запаниковали. Один из них тотчас достал костяной свисток и засвистел. Свисток издал пронзительный крик, разнёсшийся далеко.
Вскоре с каменного лагеря на горе донеслись крики. Затем оттуда вылетела большая группа людей — мастера лагеря ринулись наружу.
Увидев это, Шу Ли изменился в лице. Он развернулся, вырвался из боя, вобрал Иных обратно и бросился бежать.
Дикари не могли его удержать и лишь беспомощно смотрели, как он уходит.
Вскоре Шу Ли скрылся из виду.
На самом деле Шу Ли не убежал далеко — он лишь вышел из поля зрения тех людей, затем нашёл место, активировал формацию на себе и исчез. Он был уверен, что маскировочная формация не даст дикарям его обнаружить.
С силой Шу Ли он мог, обернувшись Иным, легко перебить людей в том лагере. Но тогда ему пришлось бы убить всех до единого. Иначе могли раскрыть его сущность. Потому он и не стал с ними тягаться в открытую.
Впрочем, этот лагерь Шу Ли не собирался оставлять в покое.
Он и не думал разбираться с ним. Но раз его так встретили, церемониться он не станет. Он уже решил: сегодня создаст больше Иных и уничтожит этот лагерь.
Не то чтобы Шу Ли был так уж мстителен. Просто он прекрасно понимал: люди в этом лагере, не поняв ни слова из его речи, сразу на него напали — уже одно это доказывало, что они не добрые люди. К тому же он ощутил от них сильнейшую убийственную ауру. Такая аура бывает лишь у тех, кто убивал людей. Потому он и решил разом уничтожить этот лагерь.
И Шу Ли угадал.
Этот лагерь и вправду не был добрым местом.
Он пользовался дурной славой в окрестностях под названием деревня Людоедов. Жителей его звали людоедами-дикарями. Их речь другие деревни не понимали. Но при этом сила их была весьма велика.
А главное — жители деревни Людоедов ели людей.
Не то чтобы их демонические звери ели людей — те дикари сами ели людей. Они и вправду были людоедами.
В их деревне всегда держали людей из других деревень. Эти люди и были их запасом провизии. Стоило в деревне кончиться еде — и эти люди становились их пищей.
Хоть Шу Ли и скрылся, жители деревни Людоедов не собирались так просто его отпускать. Они искали долго, но так и не нашли.
Формации секты Морской Разведки — не шутка.
Не найдя Шу Ли, жителям деревни Людоедов пришлось вернуться.
А Шу Ли, после того как они вернулись, пробрался к деревне снаружи, внимательно следя за окружением и дожидаясь темноты.
Вскоре стало смеркаться. Жители деревни тоже легли спать.
Но Шу Ли не спешил. Он всё ждал.
Вскоре совсем стемнело. Лишь тогда Шу Ли начал действовать.
Он взмыл в воздух, осторожно подлетел к деревне сверху и сбросил гнездо Иных внутрь.
Как и думал Шу Ли, в этой деревне не было никакой защитной горной формации. Потому гнездо Иных запросто упало на землю.
Затем гнездо Иных медленно ушло в землю.
Впрочем, на сей раз Иные появлялись долго. Лишь спустя час с лишним после того, как гнездо ушло в землю, Иные начали выбираться.
Вылезло их тоже немало. Едва выбравшись, они сразу напали на жителей деревни.
Людоеды деревни Людоедов и не думали, что на них нападут. Все в панике повскакивали. Некоторые стали сопротивляться, другие заметались.
А Иные не церемонились — сразу набрасывались на людей. Все, кто оказывался у них на пути, подвергались атаке.
Чем больше людей убивали Иные, тем сильнее становились.
Хоть Иных на сей раз было меньше тысячи, жители деревни Людоедов обнаружили, что им, похоже, не убежать.
Резня длилась до рассвета.
К рассвету в деревне не осталось ни одного живого людоеда. Всех перебили.
Но кроме людоедов, люди из других деревень, которых они держали в плену, выжили. Это Шу Ли сделал нарочно. Он оставил их.
Шу Ли обратил на них внимание потому, что их речь он понимал. К тому же они, похоже, сидели запертыми. Увидев, как напали на людоедов, они пришли в возбуждение и радость. Потому Шу Ли не дал Иным их тронуть.
Когда все людоеды деревни Людоедов погибли, Шу Ли спустился в деревню. Затем подошёл к темнице, где держали пленников.
Темница была огромной — в ней сидело несколько сотен человек: мужчины, женщины, старики, дети. Большинство было полуголыми, но худыми не выглядели — некоторые даже были белыми и пухлыми.
Шу Ли смотрел на пленников, пленники смотрели на Шу Ли. Едва увидев его, они с испугом упали на колени и хором поклонились:
— Благодарим вас, господин, за спасение!
Шу Ли смотрел на них. Он заметил, что среди них и вправду есть умные люди. Сразу поблагодарили, поставили его в положение спасителя. Так он не станет с ними слишком суров.
Впрочем, Шу Ли не придал этому значения. Он лишь взглянул на них и мрачно произнёс:
— Кто вы такие? Почему вас здесь держат?
Тотчас заговорил один старик:
— Отвечаю, благодетель: мы из деревни Цицзя. Месяц назад на нашу деревню напали эти людоеды. Они взяли нашу деревню, привели нас сюда, чтобы держать как запас провизии.
— Как провизию? Неужели они и вправду едят людей?
Услышав это, старик опешил. Затем произнёс:
— Разве господин не знает, что это за место? Это деревня Людоедов. Все её жители — людоеды-дикари. Они и вправду едят людей. Они взяли нашу деревню и притащили людей сюда. Когда зимой у них кончится еда, они нас съедят.
Услышав это, Шу Ли опешил. Затем покачал головой:
— Я и вправду не знал, что это за место. Но, похоже, я не ошибся, убив их. Днём эти жители напали на меня. Я всего лишь хотел разузнать обстановку, а они, не говоря ни слова, набросились. Но днём я по некоторым причинам не мог сражаться в полную силу, потому пришлось уйти. Сегодня ночью я вернулся отомстить. И, похоже, отомстил правильно. Они и вправду заслуживали смерти, раз едят людей. Ладно, выходите все. Жителей деревни я перебил. Теперь вы в безопасности.
С этими словами Шу Ли повернулся и вышел из темницы.
Остальные тоже вышли.
Хоть они и видели ночной бой, что сталось с людоедами, они не знали. Думали, выйдут и увидят горы трупов.
Но, выйдя из темницы, они не увидели тел.
Они увидели лишь странных, свирепых демонических зверей, расхаживающих туда-сюда, но ни одного трупа людоеда. Зато повсюду была кровь — сразу видно, что здесь произошла жестокая битва.
Люди из деревни Цицзя со страхом смотрели на Иных. Таких ужасных демонических зверей они никогда не видели.
Глядя на их страшный вид, на кровь на их хвостах, когтях и мордах, как было не испугаться?
Потому люди из деревни Цицзя, хоть и вышли из темницы, всё же сбились в кучу, дрожа, смотрели на Иных и боялись даже дышать.
(Конец главы)