Шэнсы сидел в одном из залов подземного лабиринта.
Напротив него расположились несколько человек. Все они были его подчинёнными — культиваторами секты Морской Разведки, пришедшими вместе с ним покорять этот мир, людьми уровня командиров средних отрядов. Сила каждого из них была весьма внушительной, и все они уже постигли силу законов.
За десять с лишним лет Шэнсы стал куда сдержаннее, чем прежде. Лицо, некогда хранившее отпечаток юности, теперь возмужало. Он был невысок, казался даже худощавым, но черты его были красивы. А больше всего запоминались глаза — бездонные, такие, что, заглянув в них, словно не видел дна.
Шэнсы спокойно посмотрел на сидевших напротив и произнёс низким голосом:
— Похоже, обитатели высшего мира начали против нас действовать. Названый отец давно говорил: они не смирятся. Взять все внешние миры — дело нелёгкое. Теперь видно, что это правда. Они и впрямь начали. К тому же сейчас мы потеряли связь с сектой.
Никто из сидевших внизу не удивился. Все сохраняли спокойствие. Их это не заботило. Обитателей высшего мира они не слишком боялись. Напротив, им хотелось увидеть, какими средствами те станут с ними расправляться. И они верили, что Чжао Хай непременно придёт их спасать.
Шэнсы внимательно следил за их лицами. Увидев, что все держатся так невозмутимо, он невольно улыбнулся:
— Хорошо. Я рад, что вы так спокойны. Хотя сейчас мы потеряли связь с сектой, думаю, она скоро это обнаружит. И тогда непременно придумает, как нас выручить. Так что бояться нечего.
Один из командиров улыбнулся:
— Старейшина, мы не боимся. Подумаешь, боги! Мало ли богов мы видели? Ничего особенного. Даже если секта не успеет нас спасти, с нашей силой мы сможем какое-то время тягаться с богом. А если мы и вправду погибнем, глава секты непременно за нас отомстит. Что нам боги? Мало ли богов пало от руки главы секты? Умереть за секту, умереть ради его цели — для нас это честь!
К концу речи лицо его уже пылало фанатичным восторгом, и выглядел он как истинный фанатик.
На деле он и был фанатиком — фанатичным верующим в Чжао Хая. Его можно было назвать одним из первых, кто начал поклоняться статуе Чжао Хая. И сила его возросла лишь после того, как он стал поклоняться этой статуе. Потому он считал, что всем своим могуществом обязан Чжао Хаю. Всё, что у него было, даровано Чжао Хаем. И он готов был в любой миг отдать ему всё.
Шэнсы, глядя на него, тоже не знал, что делать. Он прекрасно знал, кто это, и понимал, почему тот так говорит. Честно говоря, именно этому человеку он доверял больше всего. Тот был ему безгранично предан, ведь он был названым сыном Чжао Хая. Но у него имелся и недостаток: он готов был пожертвовать ради Чжао Хая всем. Потому он ничего не боялся. Даже если перед ним стоял бог, он осмелился бы броситься на него в лобовую. Смерть он не считал чем-то страшным. Напротив, видел в ней честь, ибо они умирали ради исполнения замысла Чжао Хая.
Но такие слова и впрямь подрывали боевой дух.
Для командира слышать подобное вовсе не радость. Им ещё не пришло время говорить о смерти. Своими силами они вполне могли выжить. Заводить речь о смерти сейчас — значит сильно вредить духу войска.
Однако, к удивлению Шэнсы, остальные не выказали ни малейшего отвращения. Напротив, сочли его слова совершенно верными и один за другим согласно кивнули.
Шэнсы, глядя на них, лишь беспомощно вздохнул. Он и сам не знал, когда секта Морской Разведки стала такой. Хотя это ему не претило, он всё же не мог привыкнуть. И Шэнсы отлично понимал: это не воля Чжао Хая. Более того, самому Чжао Хаю это не слишком нравилось. Но ничего не поделаешь — такова была самодеятельность нижних учеников. Остановить их пока не получалось. Досадно.
И тут внезапно раздался голос:
— Вам ничего не нужно делать. Довольно того, что вы позаботитесь о своей безопасности. В нашей секте Морской Разведки безопасность учеников всегда была на первом месте. Это правило неизменно, что бы ни случилось. Понятно?
Голос прозвучал совершенно неожиданно, и донёсся он от входа в зал.
Шэнсы радостно вскинул голову и посмотрел ко входу. Остальные тоже обернулись. А затем, разом поднявшись, все вскочили.
Потому что увидели: у входа в зал стоял Чжао Хай, и лицо его озаряла улыбка.
При виде Чжао Хая всех их охватило волнение. Особенно того, кто говорил прежде. Он тотчас опустился перед Чжао Хаем на колени и громко произнёс:
— У Вэньцзэ приветствует главу секты! Главе секты — благоденствия!
Чжао Хай, глядя на этого У Вэньцзэ, тоже не знал, что делать. Но ничего не сказал. Он понимал: если он и вправду станет упрекать У Вэньцзэ, для того это будет слишком большим ударом. Чего доброго, тот не выдержит и натворит бед. А ведь эти люди были ему безгранично преданы.
Потому Чжао Хай лишь слегка улыбнулся и взмахнул рукой. У Вэньцзэ тотчас поднялся. Остальные тоже отвесили Чжао Хаю поклон. Шэнсы же подошёл к нему и проводил его на главное место. Затем Чжао Хай махнул рукой, велев Шэнсы сесть неподалёку.
Шэнсы посмотрел на Чжао Хая:
— Названый отец, ты так быстро заметил, что здесь что-то неладно? Значит, ты всё это время следил за нами?
Шэнсы не знал, что предпринимает Чжао Хай. За эти годы тот появлялся всё реже, и встречи с ним становились всё реже. Потому о его передвижениях Шэнсы не ведал.
Чжао Хай покачал головой:
— Я пришёл не потому, что заметил неладное. Я всё время шёл с вами. Точнее, все эти годы я сопровождал каждый поход секты Морской Разведки во внешние миры. Просто не показывался. Пока обитатели высшего мира не появляются, вы и сами легко покоряете эти миры. Потому мне вовсе незачем было показываться.
Услышав это, все невольно взволновались. Они и вправду не ожидали, что Чжао Хай столько лет молча следовал за ними. Недаром стоило здесь случиться беде, как он тотчас явился.
Шэнсы посмотрел на него:
— Названый отец, значит, ты давно обнаружил противника?
Чжао Хай улыбнулся:
— Да, давно. Прежде он один раз прощупал этот мир психической силой, вероятно желая убедиться, здесь ли я. Я тогда укрылся с помощью силы законов. Он, должно быть, решил, что меня нет, и начал атаковать пространственный барьер этого мира. Хех, не знаю, каким способом, но при его атаке на барьер здесь не появилось чёрных облаков. Я тогда не сказал вам, потому что тот бог, похоже, меня опасается. Скажи я вам — и вы вели бы себя не так естественно. Заметь он это — и они, возможно, не пришли бы. Потому я и ждал до сих пор.
Шэнсы холодно хмыкнул, затем произнёс низким голосом:
— Эти твари наверняка знают, что столько богов пало от твоей руки, потому и опасаются тебя. Прежде чем действовать, они захотели проверить, здесь ли ты. Убедились, что тебя нет, и только тогда начали. Названый отец, как сейчас снаружи? У нас все формации вышли из строя, кроме формации природной энергии.
Чжао Хай произнёс низким голосом:
— Это его рук дело. Но ничего страшного. Я как раз его и жду. Теперь он уже должен скоро появиться. Вам довольно ждать в подземном лабиринте и не выходить. Когда вернёмся, надо будет сказать людям из Палаты магических формаций: впредь наши формации должны быть устойчивее к помехам.
Шэнсы поспешно сказал:
— Названый отец, позволь мне выйти с тобой. Наша сила тоже немала. Давай на этот раз я с ними схлестнусь. Хочу посмотреть, какова сила противника.
За эти годы сила Шэнсы росла очень быстро, потому он был весьма уверен в себе. Он верил, что уже мало уступает тем богам.
Чжао Хай взглянул на Шэнсы и слегка улыбнулся:
— Ты, малец, ещё далеко не дорос. Думаешь, с богами так просто сладить? Ладно, потом сам поймёшь. А сейчас сиди смирно в подземном лабиринте. Не воображай, будто, раз сила твоя возросла, ты стал чем-то великим. Тебе ещё далеко.
С этими словами Чжао Хай поднялся и обратился ко всем:
— Все занимайтесь своим делом. Без моего приказа никто не выходит наружу. Бог, с которым нам предстоит столкнуться, может оказаться куда сильнее тех, с кем мы имели дело прежде. Потому сидите смирно в подземном лабиринте.
Все отозвались. Лишь тогда Чжао Хай двинулся и исчез из зала.
Увидев, что Чжао Хай ушёл, Шэнсы беспомощно сказал всем:
— Ладно, все ступайте по делам. И запомните: держите учеников в узде, не позволяйте им бегать где попало и тем более выходить наружу. Кто ослушается приказа и выйдет — того я строго накажу.
Все отозвались и удалились.
А Чжао Хай в это время уже оказался снаружи.
Он смотрел на пространственную брешь в небе и чувствовал, что оттуда что-то спускается. И, похоже, немало. Это вызвало у Чжао Хая любопытство. Ему и вправду хотелось узнать, что именно явится на сей раз.
Вскоре из бреши хлынула группа чёрных теней.
Чжао Хай присмотрелся и увидел: все эти чёрные тени оказались людьми. Их было не слишком много — меньше тысячи. Все в чёрных одеяниях, с холодными лицами. Это тем сильнее заинтересовало Чжао Хая. Он и вправду не ожидал, что тот бог разом пошлёт сюда столько людей.
Чжао Хай всё ещё оставался невидимым, потому те, скорее всего, не могли его видеть. Он внимательно разглядывал чёрные тени. И при этом разглядывании Чжао Хай слегка опешил.
Потому что только теперь заметил: все эти люди были на одно лицо!
Это было поистине жутко.
Если бы двое походили друг на друга почти как две капли воды, это ещё можно было бы объяснить близнецами. Но когда столько людей на одно лицо — это уже слишком странно.
(Конец главы)