— Ты прав. О боевой мощи расы Иных и расы насекомых и говорить нечего, яда они тоже не боятся, но к формациям у них нет никаких способностей. Думаю, можно перевести сюда несколько девятичисловых черепах, тогда в формациях у них не будет никаких проблем. Впрочем, я считаю, что им ещё не хватает одной способности — дальнобойных атак. Хм, я подумаю, что можно сделать, — выслушав Дин Чуньмина, Чжао Хай кивнул.
Дин Чуньмин и остальные больше ничего не сказали. Они не слишком хорошо знали положение расы Иных и расы насекомых, как и не слишком хорошо знали расу нежити. Потому что те представители расы нежити, которых выпустил Чжао Хай, обычно имели две стороны: с одной стороны, эти типы из расы нежити выглядели зловеще, несомненно принадлежа к расе нежити; с другой стороны, в них не было ни малейшей иньской ци, они выглядели совершенно нормально, как обычные люди. Столкнувшись с такой расой, Дин Чуньмин и остальные поистине не знали, что сказать. Им очень хотелось узнать, откуда Чжао Хай взял такую расу.
С расой Иных и расой насекомых было то же самое. Они вообще не знали, откуда взялись раса Иных и раса насекомых, и поначалу даже не знали, какими способностями они обладают. Но по мере общения с расой Иных они узнали, насколько эта раса страшна. Эта раса была поистине ужасна: она могла почти бесконечно наращивать свою силу, причём способ усиления был весьма странным — стоило напрямую съесть противника, и сила возрастала. Это было поистине страшно.
Они обнаружили, что, хотя и долго шли за Чжао Хаем, они его совсем не знали, совсем. Но чем больше это было так, тем больше они благоговели перед Чжао Хаем. Такие, как Дин Чуньмин, могли бы стать полноправными старейшинами секты Морской Разведки, и на самом деле раньше они и были полноправными старейшинами; но теперь они оставались при Чжао Хае телохранителями. Зато такие, как Теше, чья сила была не столь велика, уже заняли их место и стали полноправными старейшинами секты Морской Разведки.
Но если бы была возможность, Теше и остальные предпочли бы остаться при Чжао Хае, а не идти в полноправные старейшины. Ведь став полноправными старейшинами, они хоть и обрели большую славу, но не могли оставаться при Чжао Хае и постоянно слушать его наставления. Это было то, чего они меньше всего хотели.
И тут Шу Ли снова вернулся в главный зал и, поклонившись Чжао Хаю, сказал:
— Молодой хозяин, всё готово, формации установлены.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, дальше вам достаточно хорошо обороняться. Если противник придёт атаковать, можете не обращать внимания, как и раньше. Это формация слежения. Как только противник войдёт в зону действия формации, она оставит на нём метку. Тогда мы сможем отследить их по этой метке. Эти люди хоть и разделились, но у них наверняка есть место сбора. Как только они соприкоснутся, метка передастся от одного к другому. Тогда мы сможем найти расположение всех их и уничтожить одним ударом.
Шу Ли немного подумал и сказал:
— Молодой хозяин, у них с собой барьерные телепортационные формации. Такие формации позволяют прямо во время боя телепортироваться прочь. Это одна из самых опасных их особенностей. Потому я немного беспокоюсь.
Чжао Хай улыбнулся:
— Не беспокойся. Когда придёт время, достаточно будет активировать нашу барьерную формацию. Хочу посмотреть, чья барьерная формация сильнее — их или наша. Мне и самому любопытно взглянуть на формации в их руках. Через их формации мы, возможно, узнаем уровень формаций в их мире.
Услышав это, Шу Ли полностью успокоился. Он тотчас кивнул Чжао Хаю:
— Да, понял. Тогда, молодой хозяин, я пойду распоряжусь, чтобы все вели себя как обычно, чтобы противник не заметил ничего подозрительного.
Чжао Хай кивнул. Шу Ли повернулся и ушёл.
В последующие несколько дней подземные лабиринты секты Иных Зверей время от времени подвергались атакам Тао Цая и его людей. Разумеется, во время этих атак некоторые из них входили в зону действия формаций слежения, и на них, естественно, оставались метки. Но эти метки они не могли обнаружить. И, как и думал Чжао Хай, эти люди всё равно контактировали друг с другом, потому метки быстро распространились на всех.
Эта формация слежения, по сути, была экспериментальной. И эта экспериментальная формация была не обычной формацией, а проклятой формацией.
Искусство проклятий всегда было очень таинственным, при использовании имело различные ограничения. Но у таких формаций была одна очень сильная сторона: их было трудно снять, они были очень властными. Проклятый человек не только сам терпел неудачи, но и мог пострадать в следующей жизни. То есть, если проклятие не снять, человек будет терпеть неудачи несколько жизней — очень страшно.
Чжао Хай всё время изучал искусство проклятий, но результат был не таким заметным, как у других искусств. Лишь после того, как у него появились Руны Неба и Земли, его изыскания в области проклятий дали большие плоды. Одновременно он обнаружил, что искусство проклятий поистине могущественно. Можно сказать, оно как вирус, что-то вроде компьютерного вируса. При первом применении его нужно запускать вместе с другим заклинанием, но на само заклинание оно не влияет. Например, ты выпускаешь огненный шар, но можешь добавить в него проклятие. Противник будет защищаться от огненного шара, но не от проклятия. В конце концов, незаметно для себя, он уже проклят.
А некоторые сильные проклятия действуют напрямую на душу. То есть такое проклятие проклинает твою душу и соединяется с ней, срастается навечно, жизнь за жизнью. Вот что самое страшное в таких проклятиях.
Но превратить проклятие в проклятую формацию не так-то просто. Хотя каждый вид проклятия можно превратить в проклятую руну, использовать эти руны полностью нелегко. Раньше Чжао Хай и его люди использовали такие руны, добавляя их в другие формации, и эффект был неплохим, но не таким, как хотел Чжао Хай. По мнению Чжао Хая, проклятия должны быть более атакующими. Нынешние проклятия — как убийцы: могут заставить тебя умереть беззвучно, но в открытом бою от них мало толку. А Чжао Хай хотел, чтобы в открытом бою проклятия тоже стали очень сильными.
Разумеется, то же самое с проклятыми формациями. Раньше проклятые руны можно было только добавлять в другие формации, усиливая их, по сути выполняя вспомогательную роль или роль убийцы. А Чжао Хай хотел, чтобы проклятая формация имела собственную мощь, чтобы попавший в неё враг сразу испытал её действие.
И эта формация слежения на самом деле была экспериментом. Вся формация состояла из проклятых рун, но её действие было очень ограниченным. У неё было две функции: первая — слежение, причём с возможностью передачи метки, чтобы носитель метки мог передать её другому. Это и было её страшной стороной.
Вторая — снижение удачи, можно сказать, везения, чтобы человек постоянно попадал в неприятности. Польза от такого вроде бы невелика, но при умелом использовании она действительно очень эффективна. Человеку для любого дела нужно немного везения. Если тебе не везёт, ты можешь поперхнуться даже водой, что уж говорить о другом. Так что везение действительно важно.
Этот эксперимент прошёл вполне успешно. Чжао Хай через формации ясно чувствовал местоположение Тао Цая и его людей. И это местоположение его несколько удивило — они находились не у великого построения в Мире Духа Зверей, а в море, на одном из морских островов. Этого Чжао Хай не ожидал.
Чжао Хай сразу созвал Шу Ли и остальных. Разумеется, он позвал и таких уроженцев Мира Духа Зверей, как Дун Пэнфэй. Что касается знания Мира Духа Зверей, Шу Ли и остальные уступали Дун Пэнфэю и другим местным. Потому Чжао Хай должен был их позвать.
Когда Дун Пэнфэй и остальные пришли, Чжао Хай взглянул на Дун Пэнфэя и негромко произнёс:
— Пэнфэй, я хочу узнать о положении на морских островах за пределами континента Мира Духа Зверей. Можешь рассказать?
Дун Пэнфэй, услышав, что Чжао Хай обратился к нему, сперва опешил, затем обрадовался:
— Да, глава секты. Вообще-то морских островов за пределами континента Мира Духа Зверей не так много, потому мы не слишком хорошо знаем их положение. Известно, что за пределами Мира Духа Зверей есть только тринадцать пригодных для использования островов. На этих тринадцати островах изначально тоже были секты. Но в этот раз те секты тоже участвовали в антиморском союзе, их главы и мастера погибли. Что сейчас на островах, мы не знаем. Потому что в последнее время мы всё время были заняты делами Тао Цая и не обращали внимания на острова.
Чжао Хай кивнул и продолжил:
— Кроме этих пригодных островов, сколько есть необитаемых? Таких, где нет ресурсов, и их можно использовать только для отдыха, но больше ни для чего? Знаешь?
Дун Пэнфэй покачал головой:
— Таких островов много, мы знаем далеко не все. Поскольку на них нет ресурсов, они обычно приписаны к тем тринадцати островам. Но, говорят, люди с тринадцати островов тоже редко бывают на тех островах, потому что там ничего нет, духовной энергии мало, для совершенствования они не подходят. Потому ученики тех сект не обращали на них внимания, и никто ими не интересовался.
Услышав это, Чжао Хай всё понял. Он также понял, почему Тао Цай выбрал для своего убежища именно те острова.
(Конец главы)