Чжао Хай с насмешкой смотрел на Бога денег.
А Бог денег не понимал, что происходит. Он лишь чувствовал, что золотое сияние его Закона алчности уже падает на спину гигантской черепахи. Это сияние управляло психической силой, потому сколь бы крепка ни была телесная защита, против него она была бесполезна.
Его атака и впрямь была необычайно свирепой. Если твоя защита — физическая, против его сияния она совершенно бесполезна; помогает лишь защита духовная. А обычный человек, если только он не посвятил себя особой культивации психической силы, не мог тягаться в духовной защите с теми, кто этим занимался специально.
Именно поэтому их атаки были столь сильны. Но была у них и слабость: если противник использовал защиту энергетической природы, действенность такой атаки сильно снижалась. Впрочем, обычная энергетическая защита помогала мало.
Но Бог денег не знал, что на сей раз выбрал цель совершенно неправильно.
Выбери он с самого начала мишенью Чжао Хая — возможно, ещё мог бы с ним потягаться. Но он нацелился на черепаху. А положение черепахи было слишком особенным.
Черепаха и была Сюаньу. Но из-за чьей-то козни он угодил в формацию, стирающую духовную душу, и его душа была полностью уничтожена. Однако тело его было невероятно крепким, потому он остался жив, превратившись в бездушную оболочку. Иначе говоря, остался лишь панцирь, а внутри — никаких мыслей.
Проще говоря, атака Закона алчности Бога денег была как вирус, действующий на программы в компьютере. А Сюаньу сейчас был как компьютер со всем железом, но без единой программы. Потому даже самый сильный вирус для него был бесполезен.
Чжао Хай, увидев, что Бог денег изо всех сил применяет силу законов, пытаясь подчинить Сюаньу, слегка улыбнулся. Но одновременно в его руке сложился весьма сложный магический знак. С движением руки перед ним возникли чёрные руны. Затем Чжао Хай указал вперёд — и чёрные руны мгновенно исчезли. А его движение, скрытое золотой рунной формацией, Бог денег не заметил.
Бог денег всё ещё недоумевал. Он не понимал, почему его сила законов, оказавшись внутри черепахи, не ощущает никакой духовной силы. Словно он столкнулся не с живым существом, а с камнем, с деревом — ни малейшей духовной силы.
И в тот миг, когда он недоумевал, он вдруг почувствовал, будто в его тело что-то проникло.
Ощущение было отчётливым, и он невольно опустил взгляд на своё тело. Но тело оставалось прежним, никаких следов атаки. Это озадачило Бога денег.
И тут он вдруг обнаружил неладное — он перестал чувствовать всё, что ниже пояса. Совершенно. Словно нижняя половина тела исчезла. Двигалась лишь верхняя.
Это открытие ошеломило Бога денег.
Он тут же направил духовную энергию к нижней половине тела, пытаясь выяснить, в чём дело. Он не знал, что ноги потеряли чувствительность из-за прежней схватки с Чжао Хаем — слова Чжао Хая разъярили его. Потому он атаковал Чжао Хая, причём в полную силу.
Он полагал, что хоть законы пространства и подавляют его, не позволяя нанести удар в полную силу, тех сил, что остались, хватит, чтобы атаковать Чжао Хая. Ведь большую часть силы в теле он всё равно тратил на подавление яда и мог её не трогать.
Но он не знал, что законы пространства подавляют его силу целиком. Не то чтобы запирают её внутри и не дают использовать, а подавляют всю его мощь. Этого он никак не ожидал.
Потому, атакуя Чжао Хая, он уже не имел сил сдерживать проклятие. А не сдержанное проклятие тотчас вырвалось наружу. Теперь оно захватило его ноги и всё, что ниже пояса, — всё было занято проклятием. Потому он и перестал чувствовать нижнюю половину тела.
Но это было ещё не всё.
Едва он попытался подавить проклятие духовной энергией, как вдруг ощутил, что все основные точки его тела разом онемели. А ведь эти точки — важнейшие средоточия его духовной энергии. Теперь, когда они онемели, словно все средоточия разом закрылись. Его духовная энергия потеряла цель и направление и начала метаться по телу.
Лицо Бога денег переменилось.
Он тут же сосредоточился и попытался подавить бушующую энергию. Но быстро обнаружил, что от метаний энергии всё тело перестало слушаться. Пришлось подавлять её психической силой, чтобы направить в должное русло.
Но вскоре Бог денег обнаружил, что его психическая сила словно замедлилась. Это его ошеломило.
Он понял: вероятно, всё его тело отравлено. То, что тело не двигалось, было не из-за бушующей энергии, а из-за яда. И яд этот был настолько свиреп, что заразил даже психическую силу.
Психическая сила — всего лишь энергия, к ней яд пристать не может. Но против этого яда Бог денег не смел быть беспечным. Потому и отозвал психическую силу.
И тут же понял, что совершил огромную ошибку.
Едва психическая сила вернулась в его море сознания, как он ощутил, что вместе с ней туда проник сгусток чёрной энергии. Он тотчас окрасил море сознания в чёрный цвет. Бог денег почувствовал, что теряет способность мыслить.
— Это вовсе не яд!
Теперь он понял: то, что его поразило, — не яд, а особый способ энергетической атаки. Будь это яд, он не был бы столь свиреп.
Но он осознал это слишком поздно.
Едва эта мысль возникла, как море сознания заполнилось чёрной энергией. Он полностью утратил способность мыслить и застыл на месте. Золотые монеты над его головой тоже остановились и начали падать на землю.
Чжао Хай, увидев это, понял: Богу денег конец.
Он взмахнул рукой и собрал все монеты Бога денег. Он видел, что тот, вероятно, вложил в эти монеты все силы. А монеты были непростыми — каждая могла использовать силу законов. А ведь сила законов необычайно своевольна: обычные инструменты её не удерживают, для неё нужны особые магические инструменты законов. Прочие не годятся.
А Бог денег из этих монет выстроил целый огромный дворцовый комплекс. Значит, монет было несметное множество. И каждая, взятая отдельно, могла служить инструментом законов. А у него их столько! Ясно, сколь драгоценны эти монеты.
Такие сокровища Чжао Хай, разумеется, не стал бы тратить впустую. Он собирался оставить их себе.
Но он не ожидал: едва он убрал монеты в пространство, как там тотчас появилось более десятка видов руд, причём сами собой образовались рудные жилы. Все эти руды в пространстве отсутствовали. Чжао Хай изумился. Он и не думал, что эти монеты, с виду будто из золотой эссенции, окажутся настолько сильны и сделаны из стольких сплавов. Это было полной неожиданностью.
Но он обрадовался ещё больше.
Все эти рудные жилы были высокоуровневыми, из тех, что используют в высшем мире. А это огромная редкость. Ведь Бог денег не был бедняком. Его закон — Закон алчности. Потому всё, что он доставал, было наилучшим. Тем более такие монеты — его жизненный магический инструмент. Значит, материалы в них — высшего сорта. И всё это досталось Чжао Хаю.
Затем Чжао Хай подошёл к Богу денег.
Тот по-прежнему спокойно стоял, и на лице его играла улыбка. Но лицо его уже почернело, глаза закрылись, и он не подавал признаков жизни — словно умер.
Но Чжао Хай знал: тот ещё не умер. Он всё ещё сопротивлялся. Иначе давно бы упал. А раз не упал — значит, жив.
И тут тело Бога денег рухнуло на землю.
Чжао Хай взмахнул рукой — тело застыло в воздухе. Он внимательно осмотрел его и проверил психической силой. Теперь он мог с уверенностью сказать: Бог денег мёртв, мёртв окончательно.
От этой мысли Чжао Хай взмахнул рукой — из тела Бога денег вылетел сгусток чёрной энергии и был убран в пространство. Этот сгусток ещё послужит оружием.
Затем осталось тело. Чжао Хай убрал его в пространство, желая превратить в нежить и выведать у него кое-что о высшем мире. Но, к его удивлению, ничего не вышло.
Чжао Хай опешил. Затем понял: Бог денег действительно мёртв, и умер он от проклятия. Проклятие уничтожило даже его душу. Без души нежить не получится.
Можно сказать, положение Бога денег было даже хуже, чем у Сюаньу. Сюаньу лишился души и не мог восстановиться, но тело его жило. А Бог денег умер и душой, и телом. Он стал совершенно бесполезен. Даже если попытаться вложить в его тело новую душу, ничего не выйдет. Ведь тело его слишком сильно, и душа нужна невероятно могущественная. А такой души Чжао Хаю взять неоткуда. Видно, останется только отдать его расе Иных.
(Конец главы)