Вскоре ученики союзного войска обнаружили, что сражаться с лианами на земле невыгодно. Они тотчас взмыли в воздух, пытаясь уйти в небо. Но едва они оторвались от земли, как лианы, словно гибкие хлысты, метнулись вверх и стянули их обратно.
Тут ученики союзного войска поняли, что всё же недооценили длину лиан. Они думали, что лианы не слишком длинны, но когда те по-настоящему развернулись, стало ясно: лианы, лишь недавно пробившиеся из-под земли, могли дотянуться до культиваторов, поднявшихся на несколько сотен метров, а то и на тысячу. И тех стягивали вниз.
Это открытие ошеломило учеников. Они тут же взмыли выше — до полутора тысяч метров, и лишь тогда лианы перестали до них доставать.
Но даже поднявшиеся в небо ученики обливались холодным потом. Они и не думали, что лианы окажутся настолько сильны, что их натиск так быстро загонит их в такое положение.
А больше самих учеников изумились жрец Тан и остальные. Все они были мастерами уровня верховного старейшины, и лианы, разумеется, не могли с ними справиться. Но они заметили особенности лиан: чудовищная регенерация, мощный натиск и, что важнее всего, неплохая защита. Это обернулось для них большой бедой.
Жрец Тан прикинул: от этой атаки лиан они потеряли почти половину учеников. Такой урон заставил его лицо помрачнеть так, что, казалось, с него вот-вот закапает вода. Он невольно взглянул в сторону У Юйцзюэ и увидел, что тот тоже побледнел — даже мрачнее, чем он сам.
Увидев это, жрец Тан немного воспрянул духом. Ведь остались они здесь именно из-за У Юйцзюэ. Тот хотел этим делом укрепить свой авторитет, а затем отнять власть у жреца Тана, но выбрал неверный путь. Он не ожидал, что лианы окажутся настолько сильны и разрушат его планы. Ведь лианы были так мощны, что разом нанесли им такой урон. А этот урон непременно вменят в вину У Юйцзюэ. И тогда вряд ли кто-то станет смотреть на него благосклонно.
И тут жрец Тан увидел, как У Юйцзюэ вдруг холодно фыркнул, достал несколько маленьких флаконов и швырнул их на землю. Флаконы тотчас взорвались, и из них вылетел порошок. Едва порошок коснулся лиан, как раздалось шипение, словно он обладал сильнейшей едкостью.
Увидев это, жрец Тан невольно переменился в лице. Он понял: это наверняка яд из Мира Бога яда. Яды того мира были широко известны. Похоже, на сей раз У Юйцзюэ пустил в ход один из сильнейших ядов своего мира, иначе результат не был бы таким сильным.
Жрецу Тану очень хотелось узнать, подействует ли этот яд на лианы. Если да, это было бы прекрасно: в будущем можно было бы применять его против лиан. Потому он сосредоточил всё внимание на лианах.
Едкость стремительно распространялась по лиане, словно та вот-вот растворится целиком. Но затем лианы внезапно выделили бесчисленную слизь, которая медленно обволокла повреждённые места. Едкость постепенно остановилась, затем ослабла и вовсе исчезла. Лианы остались лианами, не осталось и следа повреждения.
Увидев это, У Юйцзюэ переменился в лице. Он снова холодно фыркнул и швырнул вниз ещё десяток флаконов. Те разбились, и на лианы попали порошки и жидкости. Поначалу лианы и впрямь реагировали, но стоило им выделить ту слизь, как через некоторое время все следы исчезали. Лианы оставались лианами без каких-либо изменений.
Увидев это, У Юйцзюэ помрачнел ещё больше. Он достал нечто похожее на чёрную пилюлю и швырнул её в лианы. Раздался грохот — лианы разом разорвало, и посреди них появилось огромное пламя. Огонь не гас, продолжая гореть на месте. Окружающие лианы сгорали.
Глядя на это неугасимое пламя, У Юйцзюэ невольно улыбнулся. Ведь этот огонь был добытым с трудом Особым огнём, который он в конце концов запечатал в ту пилюлю. Пилюля была не простой вещью — на самом деле это был магический инструмент, лишь принявший такую форму. Главная способность этого Особого огня — не гаснуть, и он сильно подавлял растения.
Но в этот миг лианы снова выделили слизь, причём в огромном количестве. Лианы вокруг пламени затряслись, и слизь полилась, словно дождь. Однако на пламя это не произвело никакого действия. Огонь горел, ничуть не собираясь гаснуть.
У Юйцзюэ с холодной усмешкой смотрел на лианы. Этот огонь был для него крайне важен, и он вовсе не хотел его доставать, но сейчас без этого было нельзя. Это дело было его ошибкой, и люди из других миров начали относиться к нему враждебно. Если бы он ничего не предпринял, это было бы совсем никуда не годится. Чего доброго, те миры ополчились бы против него. Потому пришлось достать огонь.
Этот огонь он давно очистил. Очищение означало вложение в огонь частицы психической метки, чтобы удобнее им управлять. Но он не мог поместить огонь в собственное тело — иначе тотчас сгорел бы дотла. Потому использовал пилюлю-инструмент, сжимая огонь и помещая его внутрь, чтобы никто не обнаружил. На сей раз пришлось его достать.
Именно поэтому У Юйцзюэ ничуть не тревожился. Он прекрасно знал: этот огонь не погасить водой. Это был истинный Особый огонь, вода его не берёт, и земля тоже. Даже если полностью его замкнуть, он будет гореть. Потому он и не беспокоился.
И лианы, похоже, это поняли. Они тотчас обволокли огонь, обратив его в огромный клубок. Увидев это, У Юйцзюэ усмехнулся ещё заметнее. Он верил: не пройдёт много времени, как клубок превратится в огромный огненный шар.
Но в этот миг он вдруг почувствовал, что потерял связь с огнём. Это его ошеломило. Он не понимал, что происходит и почему. Он взмахнул рукой, и белый свет ударил в клубок лиан. Клубок развалился, но огня внутри не было.
Тут лицо У Юйцзюэ переменилось окончательно. Он подлетел к клубку и, разрывая атакующие лианы, принялся искать огонь. Но огонь исчез бесследно, словно его никогда и не было. У Юйцзюэ попытался нащупать его психической силой, но тщетно — огонь больше не откликался.
Лицо У Юйцзюэ стало мрачнее некуда. Он, словно безумный, принялся крушить лианы вокруг. Хотя он перерубил бесчисленное множество лиан, толку не было. Лианы отрастали вновь. Даже если он разносил их вдребезги, из земли вырастали новые, словно им не было конца. Всё, что он делал, было напрасно.
Спустя какое-то время У Юйцзюэ поднялся в небо. Лицо его было мрачным, но он больше не атаковал лианы. Тут к нему подлетели жрец Тан и остальные. Все они видели, как У Юйцзюэ выпустил тот огонь. Им и впрямь было любопытно узнать, что это за пламя. По их меркам, это наверняка было сокровище — иначе оно не горело бы в воде, и У Юйцзюэ не тревожился бы о нём так сильно.
Однако жрец Тан не стал расспрашивать У Юйцзюэ, а заговорил:
— Жрец У, нам лучше уйти отсюда. Мы не можем вечно летать в небе. Если так продолжится, ученики не выдержат. Вернёмся, подумаем и решим, как быть с лианами.
У Юйцзюэ уже успокоился. Он кивнул:
— Иного выхода нет. Все наши большие магические инструменты остались на земле. Без их поддержки нам не продержаться в небе. Возвращаемся, подумаем и решим.
У Юйцзюэ понимал: сейчас не время думать о лице, нужно принять решение, иначе погибнет ещё больше людей. Потому он согласился со жрецом Таном.
Увидев, что тот не возражает, жрец Тан кивнул. Он и впрямь боялся, что У Юйцзюэ потеряет рассудок и останется. Тогда ему, вероятно, пришлось бы уводить остальных. Хотя жрец Тан и не выносил поведения У Юйцзюэ, он прекрасно понимал: ему нужно опираться на него, ведь его яд, возможно, и впрямь поможет против секты Морской Разведки. Потому он должен обеспечить безопасность У Юйцзюэ. Именно поэтому жрец Тан и говорил с ним так мягко.
Приняв решение, они тотчас приступили к действиям. Все созвали оставшихся учеников своих миров, затем войско вновь соединилось и медленно двинулось прочь с земель секты Морской Разведки. Оставалось лишь надеяться, что за их пределами таких лиан нет, иначе дело станет ещё хуже.
А Чжао Хай в это время смотрел на пламя в своей руке, и на его лице читалось изумление. То самое пламя, что он держал, и было огнём У Юйцзюэ. Чжао Хай заметил его через лианы. Обнаружив необычность огня, он велел лианам заслонить обзор У Юйцзюэ и его людям, а затем с помощью пространства забрал огонь в пространство. Потому У Юйцзюэ и обнаружил, что огонь исчез.
(Конец главы)