Едва Инь Цзюлин это произнёс, Чжу Фанчэн невольно опешил. Затем взглянул на Чжао Хая и увидел, что тот не двинулся с места, лишь с улыбкой смотрит на Инь Цзюлина.
Чжу Фанчэн тотчас понял — яд применил именно Чжао Хай.
Он несказанно обрадовался. Затем двинулся, в один шаг оказался перед Инь Цзюлином и одним ударом отсёк ему голову.
Убив Инь Цзюлина, Чжу Фанчэн сразу убрал костяной жезл из его руки и пространственное снаряжение. Затем вместе с Чжао Хаем они быстро вернулись на рынок, сели в тамошнюю телепортационную формацию и прямо вернулись в секту Кровавой Бойни.
Выйдя из телепортационной формации секты Кровавой Бойни, Чжу Фанчэн тотчас сказал Чжао Хаю:
— Младший брат-ученик Чжао Хай, идём к тебе.
Чжао Хай отозвался, кивнул и, ведя Чжу Фанчэна, прямо направился в свою пещерную обитель.
Когда они сели в обители, Чжу Фанчэн громко расхохотался:
— Хорошо! Не думал, что пойти с тобой на задание окажется так легко! Хотя на сей раз мы с противником и не сражались, но сумели легко его убить. Для нас это, несомненно, благо. Мне вовсе не хочется и вправду биться с ним несколько сотен раундов — это слишком опасно. В конце концов, там не наши владения.
Чжао Хай думал, что Чжу Фанчэну такой способ не понравится, но не ожидал услышать такое.
Он невольно опешил, затем улыбнулся:
— Хорошо, что ты не винишь меня, старший брат-ученик Чжу. Ведь слава у тех, кто использует яды, нехорошая. В нашем ордене, помню, многие не любят яды, даже Владыка острова.
Чжу Фанчэн произнёс низким голосом:
— Я так не думаю. До какого уровня дошла наша сила? Если можно легко разобраться с противником, зачем непременно биться с ним несколько сотен раундов? Только ради опыта схваток? Сколько мы уже убили людей? Опыт схваток давно есть. Ещё раз сражаться с противником такого уровня — никакой пользы. Напротив, сейчас нам не хватает материалов для культивации. Быстро разделаться с врагом, да ещё и без единой раны — это, несомненно, благо.
Чжу Фанчэн и вправду был очень рад.
Так оно и было. Таким низкоранговым ученикам, как они, приходилось полагаться только на себя. Если бы они и вправду бились с противником несколько сотен раундов, а то и получали раны, прежде чем убить его и выполнить задание, то, получив награду, им всё равно пришлось бы покупать лекарства от ран и тратить время на лечение. Для низкоранговых учеников всё это было смертельно важно.
Чжу Фанчэн вздохнул:
— Те, кто гнушается ядами и презирает их, на деле делятся на два типа. Первые — те, кто не умеет пользоваться ядами, и потому виноград для них кислый. Они не то чтобы не хотят применять яды — они не умеют. Они слишком завидуют, но не могут этого показать, потому и говорят, что те, кто использует яды, плохи. Вторые — гении. Сила их огромна, у них есть всё, что нужно, они вовсе не тревожатся о материалах для культивации. Даже не выполняя заданий, они имеют чем культивировать. Потому и презирают тех, кто использует яды. Таким, как мы, не презирать тех, кто использует яды. Если бы каждое задание можно было выполнить так легко, я был бы счастлив до смерти.
Услышав это, Чжао Хай рассмеялся.
Он произнёс низким голосом:
— Хорошо, что ты меня не презираешь, старший брат-ученик. Старший брат-ученик, как думаешь, когда мы пойдём сдавать задание?
Чжао Хаю и вправду хотелось узнать, когда они пойдут сдавать задание. Сдав его, он сможет некоторое время отдохнуть.
Разумеется, Чжао Хай отдыхал не потому, что устал, а потому, что хотел как следует разобраться с положением Одинокого Рынка.
Существование Одинокого Рынка было слишком странным. Такое место обычно находится в руках великих орденов, а теперь — в руках странствующих культиваторов. Это слишком странно.
Он уже поместил насекомых-заклинаний на Одинокий Рынок, чтобы внести весь рынок в свою пространственную карту и как следует изучить. Разумеется, он ни в коем случае не мог позволить, чтобы кто-то узнал, что это он изучает Одинокий Рынок. Иначе ему несдобровать.
Чжу Фанчэн, услышав это, слегка улыбнулся:
— Не спеши. Сначала разделим это. Нам довольно сдать именную табличку Инь Цзюлина — и задание будет считаться выполненным. Орден сам пришлёт кого-то подтвердить. Так всё, что в пространственном снаряжении Инь Цзюлина, достанется нам. Знаешь, почему я взял это задание?
Чжао Хай покачал головой.
Он думал, что Чжу Фанчэн берёт задания, глядя лишь на силу — если противник примерно равен по силе и он уверен, что справится, то берёт, иначе нет. Но теперь, судя по словам Чжу Фанчэна, у него была и другая цель. Это разожгло любопытство Чжао Хая.
Чжу Фанчэн понизил голос и загадочно произнёс:
— Всё просто. Потому что на сей раз задание было на рынке. Культиваторы, что идут на рынок, либо покупают, либо продают. Если он шёл продавать, то при нём было много товара. Этот товар, естественно, попал к нам. Продадим — получим немало кристаллов. А если он шёл покупать, то ещё лучше — значит, при нём было немало кристаллов. Ха-ха-ха, тогда мы разбогатели.
Говоря это, он достал пространственный мешок Инь Цзюлина.
Пространственный мешок Инь Цзюлина вытряхнули. Внутри, кроме нескольких магических инструментов, нескольких нефритовых табличек и нескольких флаконов пилюль, были сплошь кристаллы — те самые кровавые кристаллы, что прежде Чжу Фанчэн показывал Чжао Хаю. Их было очень много — несколько тысяч.
Такое количество кристаллов и вправду удивило Чжу Фанчэна.
Чжу Фанчэн, глядя на эти кристаллы, не выказал особой радости — напротив, лицо его стало мрачным. Он пробормотал:
— Не так, не должно быть. Откуда у него столько кристаллов? Неужели у этого Инь Цзюлина есть предыстория? Если у него в роду и вправду есть мастер, будет беда.
Чжао Хай, глядя на Чжу Фанчэна, с недоумением произнёс:
— Старший брат-ученик Чжу, что такое? Что-то не так?
Выражение лица Чжу Фанчэна было крайне странным. Это удивило Чжао Хая. Получив столько кристаллов, тот должен был радоваться, почему же у него такое лицо?
Чжу Фанчэн тотчас пришёл в себя. Взглянул на Чжао Хая, затем на кровавые кристаллы на земле и произнёс низким голосом:
— Младший брат-ученик Чжао Хай, дело неладно. Тот Инь Цзюлин всего лишь периферийный ученик. По идее, у него не может быть столько кристаллов. Надо знать: такие периферийные ученики, как мы, обычно не копят столько кристаллов. Были бы кристаллы — давно потратили бы на материалы для культивации. Столько кристаллов быть не должно. А у Инь Цзюлина их столько — это совершенно ненормально.
Тут он умолк, затем заговорил:
— Неладно, слишком неладно. Будь он обычным периферийным учеником без предыстории, у него никак не могло быть столько кристаллов. А если у него и вправду есть предыстория, у нас большие неприятности. Люди секты Призраков Инь тоже своих не выдают. Если мы и вправду убили ученика какого-нибудь мастера секты Призраков Инь, он нас не пощадит. Быть может, когда мы убивали Инь Цзюлина, на нас поставили какую-то метку. По ней он сможет нас найти. А если так, будет беда. Впредь, выйдя из ордена, мы можем попасться ему на глаза — и тогда конец.
Чжао Хай опешил.
Он и вправду об этом не подумал.
Но он мог утверждать: до сих пор он не обнаружил на себе никакой метки. Он владеет искусством проклятий — любая психическая метка может считаться разновидностью проклятия. Потому он к таким вещам крайне чувствителен. Но никакой психической метки он не обнаружил. Значит, на нём не ставили метку.
Но он не мог сказать этого Чжу Фанчэну. Чжу Фанчэн не поверил бы.
Потому Чжао Хай сказал Чжу Фанчэну:
— Старший брат-ученик Чжу, сейчас думать об этом поздно. Не думай, лучше заняться культивацией. Всё равно дело сделано, чего бояться.
Чжао Хай не боялся людей секты Призраков Инь. Хотя он верил, что секта Призраков Инь непременно выяснит, кто убил Инь Цзюлина, он не тревожился.
Чжу Фанчэн, услышав это, опешил. Затем взглянул на Чжао Хая и глубоко выдохнул:
— Ты прав, это я слишком разволновался. Всё равно дело сделано, поздно сожалеть. Хорошо, делим. Как договорились: кристаллы четыре к шести. Магические инструменты я сначала заберу, потом продам их, тоже четыре к шести. Что в нефритовых табличках — не знаю, отдам тебе, а себе сниму копию. Пилюли тоже тебе. Как?
Чжао Хай улыбнулся:
— Благодарю, старший брат-ученик Чжу. Старший брат-ученик Чжу, я тоже очень интересуюсь кузнечным делом. Давай так: магические инструменты Инь Цзюлина оставь все мне, а сколько за них причитается кристаллов — запиши, потом кристаллы разделим четыре к шести. Остальное поступи, как ты сказал. Что до награды от ордена, просто дай мне из этих кристаллов лишних триста штук, а награду от ордена забери себе. Как?
Чжу Фанчэн, услышав это, опешил. Затем произнёс низким голосом:
— Нет, так ты слишком в убытке. Эти магические инструменты всё равно много не выручат. К тому же награда — тысяча кристаллов, а ты хочешь только триста. Это же три к семи выйдет. Нет.
Чжао Хай улыбнулся:
— Ничего, старший брат-ученик Чжу. Ты же знаешь, для техники, которую я культивирую, много материалов не нужно. К тому же на сей раз все расходы в пути были на тебе. Бери, так и решим. Не будем церемониться. Такого количества хватит нам на какое-то время для культивации. Давай как следует культивировать, не будем выходить, переждём шум. Как?
Чжу Фанчэн подумал и кивнул:
— Ладно, так и решим. Считай, я один раз тебя объехал.
С этими словами Чжу Фанчэн принялся делить вещи. Все магические инструменты Инь Цзюлина отдал Чжао Хаю, кристаллов дал Чжао Хаю больше двух тысяч. В нефритовых табличках оказались какие-то методы культивации секты Призраков Инь — их тоже отдал Чжао Хаю. Пилюли Чжао Хай не взял, все отдал Чжу Фанчэну. Чжу Фанчэн знал, что тот умеет заниматься алхимией и в пилюлях не нуждается, потому не стал церемониться, забрал все пилюли и лишь тогда покинул обитель Чжао Хая.
(Конец главы)