Чжао Хай взглянул на собравшихся и произнёс низким голосом:
— Хорошо, решено. Вернувшись, я тотчас свяжусь со старшим братом-учеником Шэнь и посмотрю, что он скажет. Старший брат-ученик Сяо, ждите моей вести.
Не успел он договорить, как за дверью раздался стук. Затем послышался голос:
— Господа, я принёс вам вина и закусок.
Чжу Фанчэн поднялся открыть дверь. Но едва дверь отворилась, лицо его переменилось.
За дверью и вправду стоял слуга. За слугой шли ещё несколько человек, и у каждого в руках был поднос с вином и кушаньями. Само по себе это ничего не значило. Но Чжу Фанчэн только что заметил за спиной слуги одного человека.
Именно из-за него он и переменился в лице.
Впрочем, тот уже ушёл. Чжу Фанчэн не стал бросаться следом, лишь велел слугам внести вино и кушанья, затем закрыл дверь и, мрачно глядя на Сяо Юньлуна, произнёс:
— Старший брат-ученик Сяо, за нами следят. Только что я видел человека за теми слугами. Я его знаю — он недавно примкнул к старшему брату-ученику Чжугэ. Он думал, что я его не узнаю, а не знал, что все эти дни от скуки я сидел на крыше и наблюдал за Обителью Бесстрастия. Этого человека я видел давно, не ошибаюсь.
Лицо Сяо Юньлуна переменилось. Затем он холодно хмыкнул:
— Хорошо же, поистине хорошо. Не думал, что старший брат-ученик Чжугэ настолько нам не доверяет, что уже послал за мной людей. Прежде я чувствовал некоторую вину за то, что ухожу от него. Теперь же — ни малейшей.
Чжао Хай, однако, нахмурился:
— Старший брат-ученик Сяо, сейчас ваше положение может быть крайне опасно. Думаю, нам лучше быть осторожнее. Давайте так: я сейчас уйду и свяжусь со старшим братом-учеником Шэнь. А вы на всякий случай останьтесь здесь на несколько дней и дождитесь моей вести. Как вам?
Сяо Юньлун кивнул:
— Ладно, сейчас иначе нельзя. Чжао Хай, поручаю это тебе.
С этими словами Сяо Юньлун поднялся и сложил руки в поклоне Чжао Хаю. Остальные тоже встали и поклонились. Чжао Хай тоже поднялся, поклонился им в ответ, не стал даже есть и повернулся уходить.
Выйдя из постоялого двора «Каменная скала», Чжао Хай направился к телепортационной формации рынка, но внезапно ему преградили путь.
Чжао Хай опешил и взглянул на тех, кто его остановил. Все они были одеты в одежды секты Призраков Инь, четверо, и окружили его.
Чжао Хай нахмурился и, сложив руки, поклонился:
— Не знаю, зачем вы, почтенные, меня остановили?
На деле он уже догадался — эти люди остановили его, скорее всего, из-за дела Инь Цзюлина.
Сам Инь Цзюлин был не страшен. Страшен был его старший брат — Инь Цзюмэй. Тот был полноправным учеником секты Призраков Инь и, говорят, почти стал истинным учеником. Чжао Хай и Чжу Фанчэн убили его младшего брата, и он, разумеется, жаждал мести. Прежде случая, вероятно, не находилось, а теперь Чжао Хай вновь явился на рынок, и он послал людей его убить.
И точно: главарь четверых из секты Призраков Инь заговорил:
— Ты ведь убил здесь, на Одиноком Рынке, человека из секты Призраков Инь по имени Инь Цзюлин?
Чжао Хай взглянул на него:
— Верно, я убил здесь одного человека. И звали его Инь Цзюлин. Что, вы пришли за него мстить?
Чжао Хай уже отравил этих людей. Они уже были отравлены. Потому бояться ему было нечего.
Но сейчас Чжао Хай не хотел, чтобы кто-то узнал, что эти люди отравлены. Вздумай он всякий раз расправляться с другими ядом, окружающие узнали бы его приём и стали бы остерегаться. Потому он собирался дать яду в этих людях проявиться в решающий миг. Он хотел сразиться с ними, чтобы никто не разгадал его истинной силы.
Услышав, что Чжао Хай так легко признался, люди секты Призраков Инь немало удивились. Но всё же заговорили:
— Хорошо, раз признался. Тогда следующий год в этот день — твой поминальный день.
С этими словами все они повели руками и достали оружие — траурный жезл, чёрное знамя, скелетный посох и даже скребущую кости саблю. Всё это было любимым оружием учеников секты Призраков Инь.
Чжао Хай тоже повёл рукой, и в его руке появилась кроваво-красная длинная сабля. Это была штатная сабля периферийных учеников секты Кровавой Бойни.
Едва увидев оружие в руке Чжао Хая, ученики секты Призраков Инь опешили. Затем один из них громко расхохотался:
— Ты, периферийный ученик секты Кровавой Бойни, да ещё в Царстве Сокрытия Закона, смеешь с нами сражаться? Ха-ха-ха, поистине смешно! Сегодня я покажу тебе, что секта Призраков Инь не из тех, кого можно задевать!
С этими словами тот ученик секты Призраков Инь взмахнул чёрным знаменем и устремил его на Чжао Хая.
Чёрное знамя в его руке отличалось от тех магических инструментов вроде Знамени Десяти Тысяч Призраков, что Чжао Хай видел прежде.
Знамя Десяти Тысяч Призраков обычно делится на два вида. Один — как большое знамя: древко очень длинное, около двух чжанов, нижние четыре чи — древко, а выше — огромное чёрное полотнище. Развернёшь — и оно закрывает небо, десять тысяч призраков воют, зрелище страшное. Другой вид тоже высок, но всего около чжана с лишним: нижние четыре чи — древко, сверху — чёрное полотнище, но прикреплённое к древку и сверху, и снизу, с поперечными перекладинами для крепления. Такое знамя тоже магический инструмент: стоит магическим знаком взмахнуть полотнищем, как заточённые в нём злые духи вылетают и ранят врага. В отличие от первого вида, этот — более низкий, обычно им пользуются низкоранговые ученики.
А чёрное знамя этого ученика секты Призраков Инь не походило ни на один из тех. Оно было ближе к первому: на конце древка — поперечная перекладина, на ней висит чёрное полотнище, но совсем небольшое, длиной около метра, с нарисованной демонической личиной. И способ применения у него был иной. Знамя Десяти Тысяч Призраков — магический инструмент для ловли злых духов, которыми потом ранят врага. А чёрное знамя этого ученика секты Призраков Инь использовалось как оружие, длиной всего около чжана, словно оружие цимэнь.
Сейчас этот ученик секты Призраков Инь размахивал чёрным знаменем и шёл прямо на Чжао Хая. Знамя, словно длинное копьё или большая алебарда, устремилось к Чжао Хаю. Надо знать: чёрное знамя весит куда больше обычного копья или алебарды — сразу видно, что оружие тяжёлое. К тому же демоническая личина на полотнище при взмахах словно оживала, потрясая душу.
Чжао Хай, увидев такой приём, невольно улыбнулся. Он и вправду не ожидал, что в секте Призраков Инь есть ещё и телесные техники. Это было поистине незаурядно.
Тем временем остальные тоже взмахнули оружием и устремились на Чжао Хая. Все они использовали ближний бой. Искусство гнать мертвецов и изгонять духов, которым славилась секта Призраков Инь, не применялось вовсе. Это поистине удивило Чжао Хая.
На деле Чжао Хай не знал: хотя секта Призраков Инь славится гоном мертвецов и изгнанием духов, в её рядах есть и школы ближнего боя, притом весьма сильные. Есть даже отдельный зал ближнего боя. Все в нём культивируют техники ближнего боя. Их ближний бой основан на телесной практике, а метод телесной практики называется «Тайный тёмный закал тела» — весьма мощная техника, известная в Пределе Кровавого Моря.
Люди, пришедшие разобраться с Чжао Хаем, все культивировали телесные техники. Все они были из зала ближнего боя секты Призраков Инь. Потому и использовали против Чжао Хая ближний бой.
Чжао Хай этого не знал. Но, увидев, что все они применяют ближний бой, громко расхохотался:
— Искусство гнать мертвецов и изгонять духов в секте Призраков Инь и вправду с секретом. А вот что до ближнего боя — тут уж лучше не тягаться с нашей сектой Кровавой Бойни.
С этими словами Чжао Хай мысленно двинулся. Дхарма-образ Гор Трупов и Морей Крови всплыл в его сознании. Безбрежная убийственная аура вырвалась наружу.
Едва Чжао Хай выпустил свою убийственную ауру, как над Одиноким Рынком словно поднялось кровавое облако. Это облако разом накрыло половину рынка.
Все, кого накрыло это облако, почувствовали, будто перенеслись в ад. Кругом — всевозможные трупы. Земля залита кровью, кровь течёт реками, собирается в моря!
Весь Одинокий Рынок погрузился в хаос.
И тут раздался ясный голос:
— Реки крови!
С этим голосом кровавое облако обратилось в реку крови. Все невольно схватились за оружие, глядя перед собой с налившимися кровью глазами.
И тут река крови внезапно исчезла. Всё вокруг вновь стало ясным. Все тотчас очнулись. Они недоумённо огляделись и обнаружили, что ничего не произошло. Это их крайне озадачило. Но они всё же убрали оружие и продолжили свои дела.
Однако некоторые знающие люди резко переменились в лице. Они прекрасно понимали, что только что случилось — на них повлияла убийственная аура. А таких, кто способен достичь подобной мощи убийственной ауры, в Поднебесной немного. Тот, кто выпустил эту ауру, должен обладать чудовищной силой.
А в это время у северных ворот рынка Чжао Хай стоял с саблей в руке.
Четверо учеников секты Призраков Инь тоже стояли с оружием. Но тела их словно обездвижило — они стояли неподвижно.
Впрочем, вскоре все они повалились на землю. Горла им всем перерезала сабля Чжао Хая — они были мертвы, не оставив сомнений.
Чжао Хай глубоко выдохнул, взглянул на тех людей из секты Призраков Инь и холодно хмыкнул. Затем убрал всё их оружие и пространственное снаряжение, двинулся, вошёл в северные ворота рынка, встал на телепортационную формацию и покинул Одинокий Рынок.
(Конец главы)