Всю дорогу Чжао Хай чувствовал, что атмосфера вокруг какая-то не та.
Ученики, знавшие его, словно намеренно или невольно избегали его. А когда их взгляд падал на него, в нём читался какой-то непонятный оттенок.
Этот оттенок не был ни страхом, ни ненавистью. Скорее — сочувствием.
Чжао Хай недоумевал всё сильнее.
Как раз в этот момент к нему подошёл человек и тихо произнёс:
— Младший брат Чжао, ты идёшь во Двор Истинного Убийства?
Чжао Хай обернулся и узнал его. Это был один из учеников Шэнь Наньчжэна, правда всего лишь внешний ученик, которого он видел однажды.
Он кивнул:
— Да. Это ведь старший брат Чжан? Есть ли у тебя ко мне дело?
Этого человека звали Чжан Буэ. Имя у него было странное, потому Чжао Хай его и запомнил. При Шэнь Наньчжэне он занимал невысокое положение, куда ниже Сяо Юньлуна и остальных. Чжао Хаю даже стало любопытно, зачем тот его ищет.
Чжан Буэ взглянул на Чжао Хая и негромко произнёс:
— Младший брат Чжао, ты всё это время был в затворничестве и, возможно, ещё не знаешь, что случилось. Я только что получил весть — говорят, с младшим братом Чжу беда.
Он смотрел на Чжао Хая, и в его глазах читалось сочувствие.
Чжао Хай на мгновение опешил. Затем лицо его помрачнело, а в глазах мелькнул холодный блеск:
— Ты говоришь о старшем брате Чжу Фанчэне?
Он прекрасно понимал: если Чжан Буэ увидит Чжу Мина, то назовёт его старшим братом. А младшим братом он назвал бы только Чжу Фанчэна. Потому Чжао Хай сразу догадался, что речь о Чжу Фанчэне, а не о Чжу Мине.
Чжан Буэ кивнул:
— Да, о старшем брате Чжу Фанчэне. Ступай во Двор Истинного Убийства и расспроси там. Я и сам знаю не всё.
Чжао Хай кивнул, поблагодарил Чжан Буэ и тут же ускорил шаг, направляясь к Двору Истинного Убийства.
Он и представить не мог, что с Чжу Фанчэном может случиться беда.
Пять дней назад он ещё видел Чжу Фанчэна. Все эти дни, пока он был в затворничестве, Чжу Фанчэн заходил к нему раз в несколько дней — то приносил лекарственные материалы, то забирал пилюли, то доставлял сырьё, то уносил готовые магические инструменты. Обычно он старался не беспокоить Чжао Хая, зная, что тот культивирует.
И вот — несколько дней не виделись, а с Чжу Фанчэном стряслась беда.
Чжао Хаю теперь не терпелось узнать, что же произошло. Он не следил за Чжу Фанчэном. Чжу Фанчэн был его другом, и следить за ним было бы неделикатно. Потому он и не знал, что случилось.
Вскоре Чжао Хай добрался до Двора Истинного Убийства.
Там его тоже все уже знали. Едва увидев его, люди стали отвешивать поклоны и сразу пропустили внутрь. Чжао Хай не стал церемониться и направился прямо в Сосновый двор — туда, где Шэнь Наньчжэн вёл дела.
Не успел он войти в Сосновый двор, как увидел Яньло.
Яньло как раз выходил оттуда. Увидев Чжао Хая, он сразу поспешил навстречу:
— Младший брат Чжао, ты пришёл. Я как раз собирался за тобой — у хозяина к тебе дело.
Говоря это, он смотрел на Чжао Хая с таким видом, будто хотел что-то сказать, но не решался.
Чжао Хай взглянул на Яньло и негромко произнёс:
— Старший брат Яньло, с Чжу Фанчэном что-то случилось?
Чжао Хай и Яньло были уже хорошо знакомы, потому он не стал церемониться и спросил прямо. Ему не терпелось узнать, что произошло. И он смутно чувствовал, что это может быть связано с Чжи Цайси.
Яньло, услышав вопрос, понял, что тот уже знает, и со вздохом произнёс:
— Войдём, там всё узнаешь.
С этими словами он повёл Чжао Хая в Сосновый двор.
Едва они вошли, как раздался гневный голос Шэнь Наньчжэна:
— Как только Чжао Хай придёт, я сразу соберу всех и пойду уничтожу род Чжи! Я ведь только что говорил Чжао Хаю, что ничего не случится, а теперь с Фанчэном беда. Как я посмотрю ему в глаза? К тому же теперь у нас есть приказ Владыки острова — можно спокойно разобраться с родом Чжи, не церемонясь!
Раздался голос Гао Цзышуня:
— Старший брат, не гневайся. Дождёмся Чжао Хая и всё обсудим. С родом Чжи непременно нужно разобраться. Если так продолжится, никто из нас не будет в безопасности. Но как бы там ни было, нужно всё рассказать Чжао Хаю. В конце концов, он был ближе всех с Фанчэном.
Тут Чжао Хай и Яньло вошли во двор.
Все сразу услышали их шаги. Затем Чжао Хай почувствовал, как по нему скользнула психическая сила. Увидев, что это он, люди в комнате сразу вышли.
Во главе был Шэнь Наньчжэн. Рядом с ним — Гао Цзышунь, Гао Линфэн, Сюань Чжэн, а также Сяо Юньлун, Чжу Мин и Хоу Цзяюй.
Шэнь Наньчжэн, увидев Чжао Хая, невольно исполнился стыда.
Чжао Хай быстро подошёл к Шэнь Наньчжэну и отвесил ему поклон:
— Старший брат Шэнь, что стряслось с братом Чжу? Расскажи мне подробно.
Он был уже хорошо знаком с Шэнь Наньчжэном, потому не церемонился и спросил прямо.
Шэнь Наньчжэн вздохнул и негромко произнёс:
— Пойдём, поговорим внутри.
С этими словами он повернулся и вошёл в комнату. Все последовали за ним.
Чжао Хай тоже взглянул на Чжу Мина и увидел, что глаза у того налиты кровью, а лицо покрыто убийственной решимостью. Очевидно, на этот раз он и вправду жаждал мести. Но с его силой отомстить будет трудно.
Чжао Хай не успел перемолвиться с ним и словом, как уже вошёл в комнату.
Усевшись, Шэнь Наньчжэн взглянул на Чжао Хая и со вздохом произнёс:
— Чжао Хай, это я, старший брат, перед тобой виноват. Мы только что получили весть — Фанчэн, занимаясь делами на Одиноком Рынке, подвергся нападению. Он погиб, и тела не нашли.
Чжао Хай на мгновение опешил. Затем лицо его переменилось. Он посмотрел на Шэнь Наньчжэна:
— Старший брат Шэнь, брат Чжу и вправду был атакован на Одиноком Рынке? Не может быть. Я ведь говорил брату Чжу, чтобы он вёл дела только внутри рынка и не выходил за его пределы. Как кто-то посмел убить человека прямо на рынке? Они что, жить не хотят?
Чжао Хай ещё когда Чжу Фанчэн взял на себя торговлю, сказал ему не выходить за пределы рынка. Выйдя с рынка — сразу возвращаться в секту. Потому что каждый день он совершал сделки и при нём было много кристаллов. А на рынке собирались отчаянные странствующие культиваторы. Увидев у Чжу Фанчэна столько кристаллов, они непременно попытались бы отнять. Потому, если бы Чжу Фанчэн покинул рынок, это было бы опасно. К тому же за ним следили Чжи Цайси и его люди. Потому Чжао Хай и предупредил Чжу Фанчэна, чтобы тот не выходил за пределы рынка.
Как же его могли атаковать на рынке? Неужели прямо внутри?
Шэнь Наньчжэн вздохнул и негромко произнёс:
— Фанчэн вёл дела на рынке, и в последнее время дела его разрослись. Ради некоторых товаров ему приходилось бывать и в других местах. К тому же он торговал так долго и без происшествий, что бдительность его притупилась. На этот раз кто-то сказал ему, что хочет заказать изготовление магического инструмента, но нужно встретиться с самим заказчиком. Тот не хотел идти на рынок, и Фанчэн пошёл с ним. А выйдя за пределы рынка, он так и не вернулся.
Он сделал паузу и добавил:
— Я уже просил командира Паня с рынка помочь с расследованием. Командир Пань сказал, что, едва Чжу Фанчэн вышел с рынка, на него напали и убили на месте. А потом тело Чжу Фанчэна забрали.
Чжао Хай на мгновение опешил, затем негромко произнёс:
— Можно ли с уверенностью сказать, что это связано с родом Чжи? На рынке слишком неспокойно. Нельзя попадаться в ловушку рода Чжи. Если это не связано с родом Чжи, они могут использовать это дело и обернуть его против нас. Тогда у нас будут неприятности.
Шэнь Наньчжэн вздохнул:
— Можно. Я просил командира Паня проверить. Это и вправду дело рук людей рода Чжи. Нападали старейшина рода Чжи и несколько приглашённых советников. Иначе человека с таким достатком, как Фанчэн, не убили бы так легко.
Чжао Хай тоже кивнул.
С тех пор как Чжу Фанчэн занялся торговлей, у него появилось бесчисленное множество кристаллов. Теперь он был совсем не тем, кем прежде. У него было немало хороших вещей — талисманные бумажки и магические инструменты высшего качества. Справиться с ним было непросто. К тому же на Одинокий Рынок не пускали слишком сильных. Обычный странствующий культиватор, столкнувшись с Чжу Фанчэном, вряд ли одолел бы его.
Шэнь Наньчжэн посмотрел на Чжао Хая и негромко произнёс:
— Младший брат Чжао, не тревожься. Это дело не останется безнаказанным. Я сейчас же соберу людей и пойду уничтожу род Чжи!
Шэнь Наньчжэн на этот раз и вправду разгневался.
Раньше Чжи Цайси с ним соперничал, но не заходил слишком далеко. А на этот раз перешёл границы.
Он убил Чжу Фанчэна, во-первых, потому что тот прежде был человеком Чжугэ Уцина, то есть, можно сказать, предал его, и потому Чжи Цайси хотел с ним разобраться. А во-вторых — из-за Чжао Хая. Ведь Чжао Хай прежде не оказал Чжи Цайси уважения. Тогда Чжи Цайси и сказал, что отомстит Чжао Хаю и чтобы тот остерегался, покидая остров Кровавой Капли. И вот теперь он и вправду перешёл к делу.
Чжу Фанчэн был лучшим другом Чжао Хая, и это знали многие. Более того, после того как Чжао Хай прославился, об этом узнал весь остров Кровавой Капли. Чжи Цайси, убив Чжу Фанчэна, явно бросал вызов Чжао Хаю.
А Шэнь Наньчжэн тогда обещал Чжао Хаю, что ничего не случится и что с Чжу Фанчэном и остальными тоже ничего не случится. Ведь Чжао Хай тогда беспокоился, что Чжи Цайси может взяться за Чжу Фанчэна и остальных. Но Шэнь Наньчжэн не придал этому значения. Он думал, что Чжи Цайси не тронет Чжу Фанчэна и его людей. И не ожидал, что Чжи Цайси и вправду перейдёт к делу.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Месть — это непременно. Но мстить сейчас — слишком рано.
Он сделал паузу и добавил:
— Люди рода Чжи тоже знают, что, убив брата Чжу, они навлекут нашу месть. Потому сейчас они ждут, когда мы придём мстить. Возможно, они уже всё подготовили и только и ждут нас. Потому нельзя действовать немедленно. Иначе мы попадём прямо в ловушку рода Чжи.
Чжао Хай прекрасно понимал: раз люди рода Чжи осмелились напасть в такой момент, значит, они уже подготовились.
Хотя род Чжи теперь и в упадке, но всё же это был некогда известный род секты Кровавой Бойни. У него оставались кое-какие скрытые силы. Если сейчас пойти мстить, это непременно даст повод для пересудов. И тогда род Чжи обернёт дело против них. Ведь прямых доказательств, что Чжу Фанчэна убили люди рода Чжи, у них нет. Одного расследования Пань Ваньцзяна недостаточно.
(Конец главы)