Шэнь Наньчжэн смотрел на Чжи Цайси. На губах его играла лёгкая улыбка, но взгляд был холоден, как лёд.
— Лучше бы тебе, младший брат Чжи, понимать, о чём я говорю. Иначе — непременно пожалеешь.
Он сделал паузу и произнёс, чеканя каждое слово:
— Запомни: три дня. Если через три дня ты не вернёшь тело Чжу Фанчэна на остров Кровавой Капли в целости и сохранности, то я обещаю — среди твоих людей или людей рода Чжи каждый день будет кто-то умирать.
— Не веришь — попробуй. Даже если учитель станет выговаривать, я всё равно это сделаю.
— Вот только не знаю, осмелишься ли ты рискнуть.
С этими словами Шэнь Наньчжэн бросил на Чжи Цайси глубокий взгляд и повернулся, уходя.
Чжао Хай и остальные последовали за Шэнь Наньчжэном.
Но, оборачиваясь, Чжао Хай ещё раз взглянул на Чжи Цайси. Взгляд был ледяным, словно покрытым инеем. Но в следующее мгновение он улыбнулся. Он слегка улыбнулся Чжи Цайси и поспешил за Шэнь Наньчжэном.
Чжи Цайси стоял на месте, лицо его потемнело.
— Старший брат, чего добивается Шэнь Наньчжэн? Неужели он и вправду посмеет на нас напасть?
Не Жэньту, едва Шэнь Наньчжэн отошёл, тут же заговорил. Прежде он молчал, а увидев, что те обменялись всего несколькими ударами и разошлись, не разглядел никакого подвоха и в душе был недоволен.
Чжи Цайси, однако, с облегчением выдохнул.
Он медленно протянул правую руку. Два пальца были неестественно искривлены — сразу видно, что сломаны. Это были те самые пальцы, которыми он наносил удар в поединке с Шэнь Наньчжэном.
— Похоже, я всё это время недооценивал мастерство Шэнь Наньчжэна.
Он негромко произнёс:
— И не думал, что он освоил Кулак Ваджры.
Пальцы были сломаны, но на лице не отразилось ни малейшей боли. Будучи культиватором, он умел терпеть и не такое.
Чжугэ Уцин и Не Жэньту, увидев его пальцы, невольно изменились в лице.
Чжи Цайси бил пальцами против кулака — казалось бы, невыгодно. Но те, кто культивирует, знают: сила ладони обычно уступает силе кулака, а сила кулака уступает силе пальца. Если силу пальца довести до высокого уровня, её мощь огромна, она свирепее обычной силы кулака. Потому что сила пальца острее, чем сила ладони или кулака. Попади такой удар в человека — он почти не уступит удару меча или клинка.
Чжугэ Уцин посмотрел на Чжи Цайси:
— Старший брат Чжи, что нам теперь делать?
Он прекрасно понимал: на этот раз Шэнь Наньчжэн и вправду разъярился. Это означало разрыв — он отбросил последние приличия и пришёл прямо к дверям. А такое положение было самым трудным. Это не интрига и не открытый вызов — это прямое действие. И чем прямее, тем труднее ему противостоять.
Чжи Цайси обвёл взглядом округу. Увидев, что в отдалении стоят ученики и смотрят, он лишь произнёс:
— Поговорим внутри.
С этими словами он повернулся и вошёл в Обитель Чжиша. Его люди тоже всё поняли и последовали за ним. Остальные, увидев, что зрелище закончилось, разошлись.
Но это дело с быстротой ветра разнеслось по всему острову Кровавой Капли.
Учеников истинной передачи на острове было не только две группы. Остальные ученики истинной передачи тоже были не слабы. Узнав, что эти двое схлестнулись напрямую, они принялись наблюдать за зрелищем. Особенно некоторые ученики Лэй Биня и Лэй Сюаня — они знали, что у них нет шансов занять место Владыки острова, но всё же хотели сохранить независимость. Потому они не помогали ни одной стороне и лишь смотрели. Теперь — тем более.
Но большинство обычных учеников думало иначе. В этом деле они разглядели немало.
Первое: Шэнь Наньчжэн сильнее Чжи Цайси. Не будь Шэнь Наньчжэн сильнее, он не дал бы Чжи Цайси три дня на то, чтобы вернуть тело Чжу Фанчэна. И Чжи Цайси не позволил бы Шэнь Наньчжэну уйти невредимым. Значит, сила Шэнь Наньчжэна непременно выше.
Второе: Чжи Цайси и вправду использовал силы рода Чжи против людей острова Кровавой Капли. Это вызвало недовольство у части учеников. Но в то же время у части учеников укрепило веру в Чжи Цайси. В их глазах за Чжи Цайси стоял род Чжи, а значит, совокупная сила его выше и шансы получить остров Кровавой Капли больше.
Так ученики острова начали вынашивать каждый свои мысли. Раз Шэнь Наньчжэн и Чжи Цайси порвали отношения, им следовало выбрать сторону.
Третье: Шэнь Наньчжэн очень заботится о своих подчинённых. Иначе он не пошёл бы прямо к дверям Чжи Цайси из-за смерти одного подчинённого. С таким старшим можно не бояться, что тебя обидят.
Потому Шэнь Наньчжэн благодаря этому делу приобрёл некоторую репутацию.
Оттого-то на острове Кровавой Капли теперь всё бурлило. Бесчисленные ученики начали действовать, желая воспользоваться случаем и устроить своё будущее получше. Многие уже раздумывали, не пора ли выбрать сторону.
Вернувшись в гостиную Обители Чжиша, Чжи Цайси посмотрел на Чжугэ Уцина и Не Жэньту:
— Похоже, на этот раз мы и вправду довели Шэнь Наньчжэна до крайности. Иначе он не рискнул бы явиться сюда, рискуя наказанием.
Он сделал паузу и добавил:
— На самом деле эта моя выходка была проверкой Шэнь Наньчжэна. Чжу Фанчэн — хороший друг Чжао Хая. Убив Чжу Фанчэна, я бросал вызов Чжао Хаю, а заодно и Шэнь Наньчжэну. Я хотел увидеть, как он отреагирует. По его реакции можно понять, насколько он дорожит Чжао Хаем.
— И теперь видно: он и вправду очень дорожит Чжао Хаем.
Чжугэ Уцин негромко произнёс:
— Хоть у меня с Чжао Хаем и вражда, теперь приходится признать: прежде я его недооценивал.
— Чжао Хай за столь короткое время удостоился внимания учителя и стал полноправным учеником, а затем и Шэнь Наньчжэн приблизил его, сделав своей правой рукой. Этого достаточно, чтобы судить о его способностях.
— На этот раз я и вправду поступил неправильно. Ни за что отдал Чжао Хая в руки Шэнь Наньчжэна.
Чжи Цайси покачал головой:
— Тебя винить не в чем. Я чувствую, что этот Чжао Хай и вправду очень глубок.
— Пусть Шэнь Наньчжэн сейчас и торжествует, пока Чжао Хай рядом с ним, покоя ему не будет. Чего доброго, однажды Чжао Хай обернётся против него.
— Он тогда поступил правильно. Будь я на его месте, я бы сделал так же. Потому что теперь я вижу: этот человек страшнее, чем мы думали.
Чжи Цайси в конечном счёте был таким же, как Чжугэ Уцин. И именно потому, что они были одинаковы, Чжи Цайси и держал Чжугэ Уцина при себе.
Чжугэ Уцин больше ничего не сказал.
А Не Жэньту заговорил:
— Старший брат, а как же то, что сказал Шэнь Наньчжэн? Раз он сегодня осмелился прийти к нам, значит, подготовился. Если он и вправду станет мстить, что делать? Не пора ли нам заранее подготовиться?
Не Жэньту вовсе не был глуп. Просто он не хотел показывать свой ум, потому многое говорил лишь наполовину. Так и сейчас.
Чжи Цайси негромко произнёс:
— Не «возможно», а непременно.
— Если мы не сделаем так, как он сказал, он непременно станет мстить. Я уверен. Ведь он сказал это при стольких людях. Если он не выполнит — потеряет лицо. Потому он непременно станет мстить.
— Выходит, сейчас нам остаётся лишь временно уступить его натиску.
Чжугэ Уцин негромко произнёс:
— Старший брат хочет сказать, что мы вернём им тело Чжу Фанчэна?
Он тоже считал, что Чжи Цайси поступает правильно. Бесполезное тело — вернуть Шэнь Наньчжэну и всё. Держать его нет смысла. Так можно избежать натиска Шэнь Наньчжэна, а потом уже искать случай отомстить.
Чжи Цайси кивнул:
— Да. Вернём им тело. Тогда у Шэнь Наньчжэна не будет повода с нами разбираться.
— Если он всё равно придёт, тогда мы сможем сражаться с ним в полную силу. И даже если учитель спросит, нам будет что сказать.
— Они тогда забрали тело именно для того, чтобы не оставить доказательств. Теперь держать его тоже незачем. Тело и есть тело. Вернём — и всё.
Чжугэ Уцин кивнул и негромко произнёс:
— Вернуть им — и ладно. Судя по виду Шэнь Наньчжэна, он уже подготовился. Если мы не вернём, они непременно нападут.
— И на этот раз, думаю, они, пожалуй, не станут нападать на род Чжи, а ударят по нам.
Чжи Цайси негромко произнёс:
— Непременно по нам. Они, скорее всего, уже догадались. Род Чжи давно подготовился. Даже если они нападут, им это ничего не даст.
— Потому если он станет мстить, то придёт именно к нам.
— И таким поступком он убьёт двух зайцев. Во-первых, покажет ученикам острова свою силу и заодно — своё отношение к подчинённым: погиб подчинённый, и он тут же идёт мстить. Видно, как он о них заботится. Во-вторых, покажет учителю свои способности. Учитель не запрещает нам бороться, он хочет увидеть нашу силу. Если Шэнь Наньчжэн и вправду начнёт с нами войну и возьмёт верх, учитель, чего доброго, не станет его осуждать, а обрадуется.
— Разве это не два зайца разом?
Он сделал паузу и добавил:
— Думаю, этот способ придумал не он сам. Кто-то ему подсказал.
Чжугэ Уцин негромко произнёс:
— Чжао Хай. Этот план наверняка придумал Чжао Хай.
— Чжао Хай очень умён. Такой план мог придумать только он.
— Старший брат, на этот раз, возвращая им тело, стоит быть с ними осторожнее, чтобы они не нашли другого повода с нами разобраться.
— Как думаешь, не пригласить ли нам несколько человек из рода Чжи в помощь? С мастером рядом нам будет надёжнее противостоять Шэнь Наньчжэну.
Чжи Цайси подумал и кивнул:
— Это выход. Но придётся подождать.
— Сначала вернём тело Шэнь Наньчжэну, а потом посмотрим, что он предпримет. Если он ещё что-то сделает, тогда и позовём людей из рода Чжи.
— Иначе лучше никого не звать. Род Чжи — чужаки. Если они слишком глубоко вмешаются в дела острова, это может вызвать недовольство учителя. А это ни к чему.
Чжугэ Уцин и Не Жэньту кивнули, сочтя слова Чжи Цайси весьма разумными.
(Конец главы)