Чжао Хай и прежде приглядывался к тому скелету. Раньше он казался живым существом, но, похоже, не обладал сознанием — весьма странно. А после этой схватки божественное чувство в скелете словно тоже исчезло — то есть он вновь обратился в мёртвую вещь. Впрочем, Чжао Хай не собирался оставлять его себе. Пока скелет оставался живым существом, от него была хоть какая-то польза; но стоило ему стать мёртвой вещью, как он утратил всякую ценность. Потому Чжао Хай решил отдать скелет Лэй Гану: он считал, что хоть божественное чувство из скелета и ушло, материал, похоже, неплох.
Сюань Чжэн и остальные не стали возражать и кивнули. Они тоже чувствовали, что этот скелет странен. Обычный скелет — мёртвая вещь, без духовного разума, без божественного чувства, и установить с культиватором связь вроде Искусства единого сердца он, естественно, не может. А этот скелет мог — значит, он непрост.
К тому же у тех, кто ходит на задания, всё добытое остаётся им. Если и вправду удастся найти что-то полезное и подарить учителю — тоже хорошо. Учитель обрадуется и, глядишь, наградит чем-нибудь.
Кроме скелета, у старшего брата У было ещё одно пространственное снаряжение. Все не придали этому значения и просто убрали его. И вот, когда они уже повернулись уходить, Чжао Хай вдруг остановился и обернулся к телам Чжи Цайси и его людей неподалёку, словно увидел что-то неладное.
Сюань Чжэн и остальные опешили, с недоумением глядя на Чжао Хая. Шэнь Наньчжэн к этому времени тоже растворил лекарство, и тело его почти поправилось. Он подошёл к Чжао Хаю, проследил за его взглядом, но ничего не заметил и спросил:
— Чжао Хай, что случилось? Что ты там рассматриваешь в этих телах?
Чжао Хай негромко произнёс:
— Старший брат Хоу, будь добр, переверни те тела. Мне всё время кажется, что что-то не так.
Он не ответил Шэнь Наньчжэну, а обернулся к Хоу Цзяюю. Тот не стал возражать, подошёл к телам и быстро перевернул их. Но тела не изменились, и он ничего не заметил.
Шэнь Наньчжэн и остальные тоже недоумевали. А лицо Чжао Хая переменилось. Он пристально смотрел на тела, потом на землю под ними и лишь спустя долгое время заговорил:
— Старший брат Хоу, взгляни: крови в этих телах, кажется, сильно поубавилось?
Хоу Цзяюй не понял, но всё же взглянул. И, взглянув, невольно изменился в лице. Он обернулся к Чжао Хаю:
— Верно, кровь из их тел, похоже, вся исчезла. По идее, в таком случае тела должны были бы сильно усохнуть, но они не выглядят усохшими — напротив, словно наполнены воздухом. Кстати, когда я их переворачивал, тела показались мне на удивление лёгкими. Вот, значит, в чём дело.
Чжао Хай, глядя на землю, заговорил:
— Кровь из тел исчезла, кровь с земли тоже исчезла, а цвет земли ничуть не изменился. Хотя земля здесь и красная, человеческая кровь всё же отличается по цвету от земли. К тому же земля здесь твёрдая, как камень, и кровь не могла за такое короткое время вся уйти в землю, тем более исчезнуть полностью, не оставив ни малейшего следа цвета. То есть эта кровь не впиталась в землю — или, даже если и впиталась, то не просто впиталась, а была чем-то поглощена. А если так, это поистине ужасно.
Шэнь Наньчжэн и остальные слушали внимательно, и, услышав это, лица у всех переменились. Шэнь Наньчжэн тут же подбежал к телам рода Чжи и принялся внимательно их осматривать. В этих телах и вправду почти не осталось крови — вся кровь словно исчезла.
Тем временем Чжао Хай всё смотрел на тело убитого старшего брата У. И действительно, он заметил неладное и тут же произнёс:
— Старший брат Шэнь, скорее сюда!
Он звал Шэнь Наньчжэна, не сводя глаз с одной из ран на теле, и на лице его читалось потрясение, словно он увидел нечто ужасное.
Шэнь Наньчжэн и остальные тоже подошли, привлечённые его зовом, и с недоумением проследили за его взглядом. И, увидев, все застыли, а лица их стали крайне мрачными. На теле старшего брата У из одной раны непрерывно текла кровь. Кровь стремительно уходила в землю, словно что-то в земле высасывало её. С такой скоростью, пожалуй, уже скоро вся кровь из тела старшего брата У вытечет.
Это было совершенно ненормально. Шэнь Наньчжэн и остальные понимали: такое может происходить лишь под действием внешней силы. Иначе не слыхано, чтобы после смерти человека кровь из него вытекала вся. Так что же это за внешняя сила? И что это за сила?
При этой мысли лица у всех стали крайне мрачными. Чжао Хай оглядел всех и негромко произнёс:
— Возможно, это и есть величайшая тайна этой могилы, и это и есть наше настоящее задание. Разобраться в этом месте, найти эту тайну, а затем доложить в секту — только тогда мы по-настоящему выполним задание.
Шэнь Наньчжэн, услышав это, сначала опешил, а затем глаза его загорелись, и он кивнул:
— Верно, младший брат Чжао прав. Возможно, это и есть наше настоящее задание. Смотреть здесь на всё это бесполезно. Дальше нам нужно искать — найти истинную причину этого, тогда и выполним задание.
Все кивнули. Они верили Шэнь Наньчжэну. Он был прав: смотреть здесь бесполезно. Чтобы выйти, нужно разрушить великую формацию; а разрушив её, возможно, и узнаешь, что произошло. Потому нужно идти дальше.
Чжао Хай, глядя на них, слегка улыбнулся:
— Хорошо, тогда идём дальше. Мне теперь очень любопытно, что это за место. И теперь я могу с уверенностью сказать: тот, кто распустил весть об этом месте, сделал это, чтобы заманить нас сюда. А зачем заманить — теперь, думаю, я тоже знаю. Вот зачем!
С этими словами Чжао Хай указал на тело старшего брата У, точнее — на кровь на теле.
Чжао Хай оглядел всех и продолжил:
— Возможно, здесь нужна эта кровь как катализатор или нужно кровавое жертвоприношение. Но хозяин этого места не слишком силён или не может выйти наружу, чтобы самому ловить культиваторов и приносить их в жертву. Потому он и прибег к такому способу: заманить нас сюда и заставить убивать друг друга. Так естественным образом появится много крови. И тогда он сможет совершить хоть кровавое жертвоприношение, хоть что угодно.
Услышав это, все изменились в лице. Шэнь Наньчжэн произнёс:
— То есть, если мы пойдём дальше, мы снова встретим людей из других сект, и они вполне могут на нас напасть?
Шэнь Наньчжэн и остальные теперь в основном верили словам Чжао Хая. Они не были глупы — просто не думали об этом раньше. Теперь, после слов Чжао Хая, они сразу всё поняли.
Чжао Хай кивнул:
— Да, если мы пойдём дальше, нас непременно снова атакуют. Ведь в таком месте люди из других сект не станут нам доверять — как и мы. Разве мы легко доверимся людям из других сект? Очевидно, нет. Потому столкновений не избежать.
Шэнь Наньчжэн негромко произнёс:
— Как бы там ни было, выйти можно только одним путём. Идём дальше. Кто бы это ни был, если посмеет нас тронуть — без разговоров, убивать! Хочу посмотреть, кто это нас сюда заманил. Вперёд!
Шэнь Наньчжэн был человеком решительным и, услышав слова Чжао Хая, сразу принял решение.
Чжао Хай, разумеется, не стал возражать. Он прекрасно понимал: сейчас им остаётся только идти вперёд, пути назад нет. Отступление — верная смерть, так что остаётся лишь один путь. Чжао Хай оглядел всех:
— Друзья, позвольте мне идти первым. Я уже кое-что понимаю в этой формации, я поведу.
С этими словами он пошёл вперёд, остальные поспешили за ним, и Шэнь Наньчжэн снова оказался в середине, под защитой.
Впрочем, Шэнь Наньчжэн вскоре подошёл к Чжао Хаю. Он оглянулся на остальных и тихо спросил:
— Младший брат Чжао, ты ведь прежде использовал ручную печать девяти истинных слов? Говорят, это прославленное искусство наставника Ха Цзина. Откуда ты его узнал?
Шэнь Наньчжэн, как старший ученик Лэй Гана, естественно, узнал ручную печать истинных слов, которую использовал Чжао Хай, потому и спросил.
Чжао Хай знал: стоило ему применить ручную печать истинных слов, как Шэнь Наньчжэн и остальные это заметят. Обычно он мог её не использовать, но в нужный момент непременно применит. К тому же его «Канон Девяти Превращений Золотого Лотоса» был создан на основе девяти истинных слов. Чем чаще он применял ручную печать девяти истинных слов, тем полезнее это было для него — так он мог проверить, насколько его канон пригоден в бою и нет ли в нём изъянов.
Потому Чжао Хай, услышав вопрос Шэнь Наньчжэна, не удивился, а с улыбкой ответил:
— Да, это ручная печать истинных слов. После того как мы выполнили задание на острове Кровавой Сгущёнки, учитель, чтобы я мог дальше идти по пути культивации, специально попросил наставника Ха Цзина передать её мне. Правда, передал он мне лишь основы, главным образом буддийские техники. Ведь буддийские техники несколько подавляют убийственную ауру и полезны для моей практики Техники Убийства Богов Кровавого Моря.
Шэнь Наньчжэн кивнул:
— Хорошо. Судя по тому, как ты применяешь ручную печать истинных слов, выглядит вполне достойно. Не думал, что ты так быстро освоишь буддийские техники.
Чжао Хай покачал головой:
— Куда мне. Моя ручная печать истинных слов годится лишь как вспомогательное средство для атаки, до совершенства ещё далеко.
(Конец главы)