— Младший брат Чжао, ты пришёл.
Шэнь Наньчжэн, едва увидев Чжао Хая, тут же громко расхохотался:
— Все эти дни ты прячешься в своей пещерной обители и даже не заходишь повидать старшего брата. А я по тебе очень скучал.
Он был в прекрасных отношениях с Чжао Хаем и знал, что тот теперь все помыслы обратил к культивации. Это его, разумеется, радовало. Но столько дней не видеть Чжао Хая — и он не удержался от шутки.
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Старший брат Шэнь, ты шутишь. Приветствую, старший брат Чжи.
С этими словами он отвесил поклон Чжи Цайси. Затем обернулся к Шэнь Наньчжэну:
— Говорят, старший брат Шэнь, ты все эти дни тоже очень занят. Я бы зашёл к тебе, да боюсь, у тебя нет времени. К тому же в последнее время старший брат Чжу так меня теребит, что я никуда не могу выйти. Право, ничего не поделаешь.
Чжи Цайси ответил Чжао Хаю поклоном, но промолчал.
Шэнь Наньчжэн ничуть не обеспокоился тем, что Чжао Хай поклонился Чжи Цайси. Он громко расхохотался:
— Этот Чжу Фанчэн — просто скряга. Я уже решил: пожалуй, отдам ему все свои счета. С его характером я в будущем непременно озолочусь.
Шэнь Наньчжэн вовсе не шутил.
Он обнаружил, что у Чжу Фанчэна, похоже, и вправду есть талант к торговле. Когда они вернулись, Чжу Фанчэн снова сдал ему более ста тысяч кристаллов. А ведь за это время Чжао Хай не брал заказов ни на кузнечное дело, ни на алхимию — и лишь на пилюлях Хуньюань сумел заработать столько. Парень и вправду не промах.
На самом деле Шэнь Наньчжэн не знал, что Чжу Фанчэн занимается перекупкой и перепродажей. Место действий — Одинокий Рынок и несколько внутренних торговых кварталов секты Кровавой Бойни.
Во внутренних торговых кварталах секты Кровавой Бойни тоже есть неплохие вещи, а также то, что нужно ученикам секты. А Одинокий Рынок вмещает всё — там есть что угодно. Чжу Фанчэн разглядел в этом выгоду. Перебрасывая товар между несколькими кварталами, он заработал немало денег и обзавёлся кое-какими связями. Что ж, и это немало.
Чжао Хай, услышав это, тоже невольно улыбнулся:
— Да. Я и сам прежде этого не замечал, только недавно понял. Но теперь старший брат Чжу никого не признаёт. Стоило мне вернуться, как он тут же нагрузил меня работой. У меня до сих пор лежит несколько недоделанных вещей. И при этом каждый раз при встрече он всё торопит. Просто зло берёт.
— Ха-ха-ха-ха, это ты сам виноват. Ведь это ты его втянул. Теперь ты сам себя опутал коконом, некого винить.
Шэнь Наньчжэн, услышав это, невольно расхохотался.
На самом деле он был весьма доволен Чжу Фанчэном. Прежде и не подозревал, что тот окажется таким талантом в этом деле.
Как раз в этот момент ворота Обители Трёх Сил внезапно распахнулись.
Все трое поспешно выпрямились.
Тут из Обители Трёх Сил вышел старик лет восьмидесяти-девяноста. Одет он был в одежду слуги и на вид не обладал ни малейшей магической силой — даже стоя у ворот, он тяжело дышал.
Он взглянул на троих и негромко произнёс:
— Молодой хозяин Шэнь Наньчжэн, Владыка острова просит тебя войти.
Шэнь Наньчжэн тут же отозвался:
— Да, благодарю, дядя Чэн.
Он отвесил старику поклон и направился внутрь.
Чжао Хай уже знал, кто этот старик. Он и прежде слышал о нём от Шэнь Наньчжэна и остальных.
Этот старик был слугой Лэй Биня, и все звали его дядя Чэн. Он служил Лэй Биню неведомо сколько лет и был безгранично предан. Даже Лэй Ган и Лэй Сюань очень его ценили и относились к нему с некоторым уважением. Остальные, разумеется, не смели им пренебрегать.
Потому такие, как Шэнь Наньчжэн, все называли старика дядя Чэн.
Старик, дождавшись, пока Шэнь Наньчжэн войдёт во двор, вернулся и закрыл ворота, оставив Чжао Хая и Чжи Цайси стоять перед Обителью Трёх Сил.
Тут Чжи Цайси обернулся и взглянул на Чжао Хая, затем слегка улыбнулся:
— Младший брат Чжао, твоё имя я в последние дни слышал немало. Я и сам давно хотел с тобой хорошенько поговорить. Но, к сожалению, случая всё не было. А теперь вот выдался редкий случай.
Чжао Хай, услышав это, невольно улыбнулся:
— Старший брат Чжи, ты слишком любезен. С твоей силой, если бы ты захотел со мной поговорить, это было бы проще простого. Я всего лишь периферийный ученик и не стою такого внимания старшего брата Чжи.
Чжао Хай, едва услышав это, понял, что Чжи Цайси скажет дальше.
Но он ни за что не стал бы помогать Чжи Цайси. Потому что тот ни при каких обстоятельствах не станет Владыкой острова Кровавой Капли. Потому в словах Чжао Хая звучал отказ.
Но Чжи Цайси, казалось, этого не заметил.
Он посмотрел на Чжао Хая:
— Младший брат Чжао, ты слишком скромен. Твоё имя теперь, боюсь, известно не только людям нашего острова Кровавой Капли. Люди с других островов, вероятно, тоже о нём знают. Ведь за столько лет ты первый периферийный ученик, которого удостоил встречи старейшина Ха Цзин. Было бы странно, если бы люди с других островов не обратили на тебя внимания.
Он сделал паузу и добавил:
— Младший брат Чжао, не буду с тобой церемониться. Не согласишься ли ты помочь мне? Если согласишься, в будущем станешь вторым человеком среди моих людей. А твоя вражда с младшим братом Чжугэ будет предана забвению. Как тебе такое?
Чжао Хай и вправду не ожидал, что Чжи Цайси будет столь прямолинеен.
Он считал Чжи Цайси человеком с глубокими замыслами. Даже если тот захочет его переманить, то сначала будет долго говорить, потом ходить кругами и лишь затем перейдёт к делу. А тот взял и сказал прямо.
Это поистине оказалось для Чжао Хая неожиданностью.
На самом деле Чжао Хай не знал, что Чжи Цайси был столь прямолинеен поневоле.
Чжи Цайси прекрасно понимал: упусти он этот момент, и в будущем переманить Чжао Хая станет куда труднее.
Несмотря на то что обычно у него, казалось бы, много возможностей увидеть Чжао Хая, в последнее время тот жил затворником. Увидеть его было и вправду непросто.
Если бы он пошёл прямо в пещерную обитель Чжао Хая, тот вполне мог бы его не принять и вдобавок привести с собой Шэнь Наньчжэна. Тогда переманить Чжао Хая было бы уже невозможно.
А сейчас выдался удобный случай.
Шэнь Наньчжэн вошёл во двор, Чжао Хай остался снаружи один — как раз момент, когда они наедине. Сейчас можно говорить без помех.
К тому же он боялся: если говорить слишком много и ходить вокруг да около, Шэнь Наньчжэн вот-вот выйдет, и тогда случай будет упущен. Потому и сказал прямо.
Чжао Хай взглянул на Чжи Цайси и негромко произнёс:
— Старший брат Чжи, ты слишком любезен. Но я не могу согласиться. Право, прости.
С этими словами Чжао Хай замолчал.
Чжао Хай, разумеется, не мог пойти за Чжи Цайси. Это не принесло бы ему ни малейшей выгоды. Разве что у него в голове завелись черви — только тогда он пошёл бы за Чжи Цайси.
Чжи Цайси, услышав это, невольно приподнял бровь.
Затем он посмотрел на Чжао Хая:
— Младший брат Чжао, лучше не говори таких решительных слов. Советую тебе разузнать, что я за человек. Если ты не пойдёшь мне помогать, не пеняй на меня.
Он сделал паузу и добавил:
— Ты и твои друзья прежде все были моими людьми. Вы, можно сказать, нас предали. Как бы я с вами ни поступил, всё будет мало.
— И не думайте, что, пойдя за старшим братом Шэнь, вы в полной безопасности. Говорю тебе: старший брат Шэнь может обеспечить вам безопасность на острове Кровавой Капли, но за его пределами — безопасны вы или нет, решаю я.
— Потому советую тебе хорошенько подумать.
Чжао Хай, услышав это, невольно изменился в лице.
Он пристально взглянул на Чжи Цайси и негромко произнёс:
— Что значит, старший брат Чжи?
Чжао Хай уже понял, что имеет в виду Чжи Цайси.
Шэнь Наньчжэн был человеком острова Кровавой Капли, но за его пределами не имел никакой силы. А Чжи Цайси — другое дело.
Чжи Цайси хоть и был с острова Кровавой Капли, но также принадлежал к роду Чжи. А у рода Чжи за пределами острова были свои люди.
Чжи Цайси хотел использовать людей рода Чжи, чтобы расправиться с ними.
Не только с ним — Чжу Фанчэн, Сяо Юньлун и остальные, вероятно, тоже значились в списке тех, с кем Чжи Цайси собирался разобраться.
Но Чжао Хай полагал: если Чжи Цайси и вправду так поступит, то смерть его не за горами.
Лэй Ган мог позволять им бороться друг с другом на острове Кровавой Капли, но если Чжи Цайси и вправду напустит людей рода Чжи на учеников острова за его пределами, то Лэй Ган, чего доброго, уже не станет его терпеть. А то и весь род Чжи будет вычеркнут из Предела Кровавого Моря.
Однако, очевидно, Чжи Цайси об этом не подумал.
Он взглянул на Чжао Хая и холодно усмехнулся:
— Что означают мои слова, ты должен понимать лучше меня. Лучше хорошенько обдумай сказанное. Иначе придёт время пожалеть.
Едва он договорил, как ворота Обители Трёх Сил отворились.
Из Обители Трёх Сил с улыбкой вышел Шэнь Наньчжэн.
Чжи Цайси замолчал.
А лицо Чжао Хая по-прежнему оставалось мрачным.
Шэнь Наньчжэн был в прекрасном настроении, но, увидев лицо Чжао Хая, сразу понял: что-то случилось.
Он невольно обернулся и взглянул на Чжи Цайси, затем подошёл к Чжао Хаю.
Тут дядя Чэн произнёс:
— Молодой хозяин Чжи Цайси, Владыка острова просит тебя войти.
Чжи Цайси отозвался, отвесил дяде Чэну поклон и шагнул в Обитель Трёх Сил.
Едва дядя Чэн закрыл ворота Обители Трёх Сил, Шэнь Наньчжэн тут же обернулся к Чжао Хаю:
— Чжао Хай, что случилось? Отчего у тебя такое лицо? Чжи Цайси тебе что-то сказал? Говори.
Шэнь Наньчжэн очень дорожил Чжао Хаем.
Чжао Хай пробыл с Чжи Цайси совсем недолго, а лицо у него уже стало таким мрачным — значит, Чжи Цайси что-то ему сказал. Это нужно было выяснить.
Если Чжи Цайси осмелился перейти границы, он не станет с ним церемониться.
Чжао Хай негромко произнёс:
— Старший брат Чжи предложил мне помогать ему. Я отказался. Тогда он сказал, что я и мои друзья — вероятно, он имел в виду старшего брата Сяо и остальных — прежде были его людьми, а теперь будто бы его предали. И что как бы он с нами ни поступил, всё будет в его праве. А если мы не станем ему помогать, то за пределами острова Кровавой Капли нас будет ждать опасность.
Услышав это, Шэнь Наньчжэн невольно изменился в лице.
Затем он холодно фыркнул:
— Чжи Цайси в последнее время и вправду обнаглел. Когда он выйдет, я непременно сделаю ему серьёзное предупреждение. А если он посмеет вас тронуть, пусть не пеняет на меня.
— Наставник не позволит нам открыто сражаться. Но если он и вправду меня разозлит, я тоже не стану церемониться.
— Чжао Хай, не тревожься, он не посмеет тебя тронуть. А если он и вправду напустит людей рода Чжи на вас, я уничтожу род Чжи!
(Конец главы)