Ду Ваньша сидел в своей комнате, Ха Цзин — рядом с ним. Эти двое из восьми великих старейшин были в довольно хороших отношениях, но из-за разных подведомственных областей за год им редко удавалось собраться вместе. Даже для таких культиваторов, как они, встретиться раз в несколько лет было обычным делом. Они давно к этому привыкли. И вот теперь, воспользовавшись случаем, они снова сидели вместе, пили чай и беседовали.
Ду Ваньша отпил глоток чая, взглянул на Ха Цзина и с улыбкой произнёс:
— Младший брат Ха, твой ученик-внук и вправду хорош. Надо же, так разбирается в формациях. Где ты его нашёл?
Разумеется, он говорил о Чжао Хае. Впечатление о нём у Ду Ваньша было довольно сильным, потому что он и прежде приглядывался к Чжао Хаю и заметил, что тот умеет чувствовать меру и к тому же очень умён. Такие люди и вправду хороши.
Ха Цзин знал, о ком говорит Ду Ваньша, потому сразу с улыбкой ответил:
— Ты о Чжао Хае? О, его история довольно занятна. Он вознёсся из низшего мира и должен был вступить в секту Гигантских Демонов, но при вознесении его убийственная аура оказалась слишком сильной, и один человек с острова моего ученика перевёл его в нашу секту. Правда, те ребята, чтобы лучше его контролировать, обучили его Технике Убийства Богов Кровавого Моря. Но кто же знал, что Чжао Хай окажется мастером ядов и владеет ими весьма искусно. Когда мой ученик захотел обратить на него внимание, было уже поздно — он уже освоил Технику Убийства Богов Кровавого Моря, и с дальнейшим развитием у него, боюсь, большие трудности.
Ду Ваньша, услышав это, тоже вздохнул:
— Да, Техника Убийства Богов Кровавого Моря... Освоив её, дальше развиваться и вправду очень трудно. Жаль. Кстати, ты сказал, он владеет ядами? А как же искусство формаций? Почему и в нём так силён? Если бы не он, мы бы, пожалуй, не взяли остров Лингуй.
Ха Цзин кивнул:
— Верно, если бы не он, мы бы не разрушили ту великую формацию. Но о том, что он разбирается в формациях, я, честно говоря, не знал. В прошлый раз, когда разбирались с Ли Даогу, он тоже отличился — именно он обнаружил слабости обитателей Мира Теней. Я тогда его наградил. Но тогда он не проявил таланта к формациям.
Ду Ваньша с улыбкой сказал:
— Уже неплохо. Выходит, среди вознёсшихся, возможно, и вправду есть способные люди. Впредь стоит обращать на них внимание. А что до этого Чжао Хая — присмотрись к нему, если можно, расти его. Кстати, пусть твои люди впредь будут осторожнее, выходя наружу, — война на истощение уже официально началась. Их будут подстерегать опасности.
Ха Цзин кивнул:
— Не тревожься, старший брат Ду, я распоряжусь. Но, по словам моего ученика, этот Чжао Хай ещё и очень мыслящий человек. Когда я хотел его наградить, мой ученик попросил меня передать Чжао Хаю несколько техник. Я тогда обучил его своей ручной печати девяти истинных слов. Говорят, сейчас он уже неплохо ею владеет. Жаль, в этот раз не довелось увидеть.
Ду Ваньша, который уже не собирался продолжать разговор о Чжао Хае, услышав это, опешил, а затем с улыбкой произнёс:
— Это и вправду отлично. Твоя ручная печать девяти истинных слов — ортодоксальная буддийская техника, и он смог так хорошо её освоить? Ведь соединить эту печать с техниками нашей секты Кровавой Бойни совсем не просто.
Ха Цзин кивнул и продолжил:
— Эту ручную печать девяти истинных слов я хоть и применяю неплохо, но ещё не постиг до конца. А мой ученик прямо сказал Чжао Хаю, что эта печать вмещает всё сущее и, возможно, позволит соединить Технику Убийства Богов Кровавого Моря с этой печатью. Чжао Хай, кажется, движется в этом направлении. Если у него получится, то нашу Технику Убийства Богов Кровавого Моря, возможно, и вправду можно будет практиковать.
Ду Ваньша, услышав это, слегка опешил, а затем с улыбкой сказал:
— Если бы так, это было бы прекрасно. Но, думаю, не стоит возлагать слишком большие надежды — ведь за столько лет никто не добился успеха. Чжао Хай на этот раз снова совершил великий подвиг, так что, полагаю, ты можешь его ещё раз наградить.
Ха Цзин кивнул. Ду Ваньша негромко произнёс:
— На этот раз мы начали войну с сектой Призраков Инь, и это привлекло всеобщее внимание. Хотя сейчас дело перешло в войну на истощение, мы должны защищаться от секты Призраков Инь. Прошлая наша атака нанесла им скрытый урон. Ты знаешь, эти типы не из тех, кто стерпит обиду. Они непременно придут мстить, только неизвестно когда. Но мы обязаны быть начеку. И вам там тоже стоит быть осторожнее — люди секты Призраков Инь коварны, нельзя давать им ни малейшего шанса.
Ха Цзин негромко произнёс:
— А место? У войны на истощение должно быть основное поле боя? Если действовать где попало, можно нажить врагов. Нужно выделить какую-то территорию, верно?
Слова Ха Цзина отражали обычную практику в Пределе Кровавого Моря. Когда две секты ведут войну на истощение, помимо случайных стычек, у них есть и основное поле боя. Ученики обеих сект отправляются туда, чтобы охотиться друг на друга. Это место обычно выбирают обе секты. Они не посылают туда слишком сильных мастеров, позволяя ученикам сражаться. Это своего рода неписаное правило, которого придерживаются все секты.
Для такого места обычно выбирают малонаселённый район или область на границе двух сил. Там обе стороны могут сражаться вволю. Разумеется, хотя это и война на истощение, стороны обычно соблюдают меру и не допускают, чтобы их силы были серьёзно подорваны. В конце концов, война на истощение отличается от обычных боёв. Если одна сторона сочтёт потери слишком большими, она может запретить своим ученикам участвовать.
Ду Ваньша негромко произнёс:
— Определили — Бисюэлинь.
Бисюэлинь, о котором говорил Ду Ваньша, было одним из довольно необычных мест в Кровавом море. Это был один из немногих необитаемых естественных островов Предела Кровавого Моря, к тому же очень большой. Там было несколько больших гор, покрытых красными лесами, потому место и называлось Бисюэлинь — Лес Изумрудной Крови.
Его никто не занимал потому, что секта, попытавшаяся бы это сделать, подверглась бы нападению кровяных облачных зверей, причём в большом количестве и очень сильных. Несколько сект пытались занять это место, но в конце концов отказались.
Если ты не претендуешь на владение Бисюэлинь, культиваторы там редко подвергаются нападениям кровяных облачных зверей. Более того, там иногда удавалось поймать живого кровяного облачного зверя. Для культиваторов это было очень заманчиво. Потому многие культиваторы бывали в Бисюэлинь — там росло много лекарственных трав и можно было найти руды и другие материалы. Многие из этих руд были неплохим сырьём для кузнечного дела.
Бисюэлинь был очень большим. Можно сказать, он превышал по площади главный зал любой секты. Его уже нельзя было назвать островом — скорее, это был континент. Впрочем, в Пределе Кровавого Моря не было понятия «континент», все земли назывались островами.
Бисюэлинь располагался довольно далеко. И секте Кровавой Бойни, и секте Призраков Инь, чтобы добраться туда, нужно было сначала телепортироваться на несколько маленьких островков у его окраин, а оттуда лететь в сам Бисюэлинь. Потому что в Бисюэлинь, кроме культиваторов, не было никаких построек, никто там не торговал, только культиваторы приходили и уходили. Разумеется, они строили там пещерные обители, но редко кто оставался в Бисюэлинь дольше года. Если ты задержишься там больше года, на тебя нападут кровяные облачные звери. Потому культиваторы не задерживались там надолго.
Выбрать Бисюэлинь местом для войны на истощение было неплохо. Ведь ежегодно туда отправлялось немало учеников обеих сект для испытаний. Теперь сделать это место полем боя было вполне разумно. Правда, другим культиваторам, которые придут туда за опытом, не позавидуешь.
Ха Цзин, услышав «Бисюэлинь», лишь кивнул и негромко произнёс:
— Я сообщу ученикам, чтобы были осторожнее, особенно те, кто отправится в Бисюэлинь. Старший брат, тогда я пойду.
Ду Ваньша кивнул и не стал его задерживать. В конце концов, Ха Цзин тоже был великим старейшиной и имел много дел, не мог же он бездельничать.
Вернувшись на свой остров, Ха Цзин сразу вызвал Лэй Гана и остальных, сообщил им, что Бисюэлинь становится основным полем боя войны на истощение, и велел быть осторожнее. Разумеется, это не значило, что при встрече с людьми секты Призраков Инь в других местах нельзя на них нападать. На самом деле и в других местах можно было с ними разбираться. Но на некоторых островах, где есть управление, нападать нельзя — иначе навлечёшь неприятности на свою секту, как, например, на Одиноком Рынке. В таких запретных для боя местах ученики обеих сторон не могли сражаться. Потому и нужно было место, где обе стороны могли бы дать волю рукам, — Бисюэлинь. Там можно было сражаться свободно, никто не вмешивался.
Разумеется, если ученики обеих сторон желали, они могли отправиться на территорию противника и охотиться на его учеников. Но те, кто шёл на чужую территорию, пусть не пеняют на противника. Тот мог выслать мастеров, чтобы разобраться с тобой, и даже вмешательство мастера уровня Владыки острова не исключалось.
Раньше бывало, что во время войны на истощение стороны посылали учеников-смертников, переодетых в одежды вражеской секты, чтобы проникнуть на территорию противника и убить кого-то из высокопоставленных лиц или учеников истинной передачи. Но результаты обычно оказывались неважными. Из-за разных техник культивации аура человека отличается, и его легко раскрыть. Потому появилось правило: если ученик одной стороны заберётся на территорию противника, тот может любыми способами с ним разобраться. Теперь таких учеников почти не осталось, ведь это равносильно самоубийству. Так что никто больше так не делал.
(Конец главы)