Кроваво-красное небо, кроваво-красные облака, кроваво-красное солнце.
В воздухе разлит сладкий аромат. Но в этой сладости сквозит оттенок сырости. Эта сырость немного напоминает запах моря, а немного — запах крови. Смешиваясь, они образуют новый, никому не ведомый запах — крайне странный.
Под небом — бескрайний кроваво-красный туман… нет, скорее облака. Эти облака тоже кроваво-красные, они парят там, словно вода, непрерывно клубясь и устремляясь вперёд, ни на миг не останавливаясь. Иногда над облаками пролетают птицы, и тела их тоже кроваво-красные.
Здесь словно целый кроваво-красный мир.
Но в этом кроваво-красном мире есть огромный остров.
Остров занимает огромную площадь — не менее нескольких сотен тысяч квадратных километров. На нём несколько больших гор, покрытых кроваво-красными растениями. Есть и города, сложенные из кроваво-красного камня.
В самом центре острова — огромная дыра.
Это крайне странная дыра. В ней ничего нет — ни воды, ни дна. В этой дыре видна пустота. И кроме пустоты — ничего. Это самое странное место.
Дыра занимает около десятой части площади острова.
По краям дыры стоят несколько городов. В этих городах кипит жизнь, они выглядят весьма оживлённо. Многие люди одеты в красное, некоторые — в чёрное. Кроме этих двух цветов, здесь почти не встретишь другой одежды.
Люди в городах, двигаясь, не перебирают ногами. Под их ногами — кроваво-красные облака, что несут их.
Если бы эти облака были белыми, а одежды — не чёрными и не красными, а белыми, люди в городах выглядели бы поистине как небожители, исполненные благородства. Но город сложен из красного камня. Люди в нём все до единого источают убийственную ауру. Одежды их либо красны, либо черны, а облака под ногами кроваво-красные. Это выглядит слишком странно. От этого в городе всегда ощущается убийственная аура, и становится крайне неуютно.
В городе на обратной стороне огромной ямы, обращённом к ней, открыты городские ворота.
Над этими воротами нарисован длинный клинок. Но клинок покрыт кровью. Под клинком — нечто вроде лужи: кровь стекает с клинка. Всякому сразу ясно, что это значит. Это клинок, только что убивший человека и обагрённый кровью; кровь уже капает с него, и зрелище это пробирает до дрожи.
В этом городе есть очень высокое строение.
Оно похоже не на обычные покои, а скорее на большую военную крепость. Во дворе этого строения стоит высокий шест. На шесте висит большое знамя. На знамени нарисован длинный клинок. Клинок ослепительно блестящ, но покрыт слоем красной крови. Одна капля крови стекает с клинка. Под клинком написаны два иероглифа — «Кровавая Бойня».
Если бы кто-то из этого мира увидел эти два иероглифа, он тотчас вспомнил бы одно имя — секта Кровавой Бойни.
Известный великий орден в Пределе Кровавого Моря. Люди этого ордена обладают огромной силой, но все до единого кровожадны. Каждый — убийца, чей клинок покрыт кровью. Во всём Пределе Кровавого Моря это весьма известный великий орден.
И этот город основан сектой Кровавой Бойни. Он называется городом Кровавой Бойни. А остров, на котором он стоит, зовётся островом Смертников.
Этот остров — единственный в Пределе Кровавого Моря, что появился там, куда возносятся люди из низшего мира. Огромная дыра в центре острова — то место, где появляются вознёсшиеся из низшего мира. Эта дыра называется Вратами Кровавого Дракона.
Врата Кровавого Дракона означают, что там — драконьи врата Предела Кровавого Моря. Стоит человеку из низшего мира перепрыгнуть через эти врата, как рыба обратится драконом и в один шаг вознесётся на небо.
Впрочем, это было прежде.
Раньше вознёсшиеся из низшего мира и вправду в один шаг возносились на небо. А теперь те, кто появляется здесь, можно сказать, в один шаг попадают в ад.
Во дворе секты Кровавой Бойни сидели несколько культиваторов.
Все они были одеты в кроваво-красное. На одежде каждого была вышита длинная капающая кровью сабля. Но под саблей число капель крови различалось. У кого-то ни одной, у кого-то одна, у кого-то две. Больше всего — три капли.
Одежды их были короткими воинскими одеяниями. Это придавало им весьма бодрый вид.
Главный среди них — тот, у кого под саблей было три капли крови.
Сейчас все они сидели вокруг каменного стола во дворе. Вокруг стола стояли каменные кресла. Несколько человек сидели за столом. Главный сидел на самом дальнем месте, и все смотрели на него.
Главный был весьма красив.
Чёрные волосы, чуть бледное лицо, ясные чёрно-белые глаза, мечевидные брови, тигриный взгляд. На вид лет двадцати с лишним, без бороды, отчего казался очень красивым. Но из-за мечевидных бровей и тигриного взгляда в нём не чувствовалось ни малейшей женственности. Напротив — ощущалась некая геройская удаль.
Двое, сидевшие рядом с ним, — один толстый, другой худой.
Толстый на вид весил около трёхсот цзиней, а ростом был около двух метров. Большое круглое лицо, глаз почти не видно. Улыбка во всё лицо, видом он походил на Майтрейю; к тому же совершенно лысый, отчего невольно вызывал симпатию.
А худой поистине оправдывал поговорку «крысиная голова и заячьи глаза». Весь он был худой и сухопарый, с крысиными глазками, крысиными усиками, да вдобавок с парой огромных передних зубов. Эти зубы торчали наружу, и он походил на крысу, ставшую духом. На голове хоть и были волосы, но редкие, наперечёт. Выйди он на улицу, и если бы кто-то потерял вещь, то искать стали бы не кого-нибудь, а первым делом его.
И вот толстяк сказал главному:
— Старший брат Сяо, сейчас у секты Кровавой Бойни время собирать здесь смертников. Если на сей раз удастся собрать побольше смертников, будет просто замечательно. В последнее время мы потеряли слишком много людей. Старший брат-ученик сказал: если удастся набрать людей, он нас наградит.
Старшего брата Сяо звали Сяо Юньлун.
Он взглянул на толстяка и улыбнулся:
— Младший брат Чжу прав. В последнее время люди из других ветвей, кажется, хотят прижать нашу ветвь. Нам тоже надо быть осторожнее. Но одними смертниками не обойтись, придётся полагаться на себя. Смертники — всего лишь пушечное мясо. Впрочем, когда этого мяса много, от него тоже есть польза. Но ты и сам знаешь: те, кто возносится из низшего мира, силой не блещут. Боюсь, они и на пушечное мясо не годятся.
Все кивнули.
Худой кивнул и произнёс низким голосом:
— Старший брат Сяо, как, по-твоему, старший брат-ученик сможет разрешить это затруднение? Люди из других ветвей не слабее нас. Если они и вправду объединятся против нас, это будет большая неприятность. Одна ошибка — и мы сильно пострадаем.
Сяо Юньлун произнёс низким голосом:
— Не волнуйся. Старший брат-ученик уже придумал, как разорвать этот узел. Но сейчас суметь остаться здесь, на острове Смертников, — уже редкая удача. Если мы соберём нескольких неплохих смертников, в будущем они нам очень помогут. В прошлый раз, говорят, люди из секты Теневых Демонов взяли одного смертника, весьма искусного в ядах. Такие смертники крайне полезны. Прежде мы недооценивали яды. Помнишь ту отраву, что недавно вдруг появилась в пределах Облачного моря? Слишком уж безжалостная. Безжалостнее не бывает.
Все кивнули.
Толстяка звали Чжу Мин. Он сказал Сяо Юньлуну:
— Старший брат Сяо, неужели вести из пределов Облачного моря всё ещё доходят? Это поистине редкость. Через море Инь-Ян — и вести доходят? Разве не говорят, что через реку Инь-Ян ничего не передаётся?
Сяо Юньлун произнёс низким голосом:
— Хотя через реку Инь-Ян трудно что-либо передать, простейшие средства связи всё же можно использовать. В Пределе Кровавого Моря почти все ордена отправили своих учеников в пределы Облачного моря. Что бы там ни случилось важного, мы узнаём первыми. Ведь до тысячелетней войны осталось не так много времени. Не собирать сведения о пределах Облачного моря — как потом с теми справляться?
Худого звали Хоу Цзяюй. Услышав слова Сяо Юньлуна, он тотчас сказал:
— Старший брат Сяо, тогда расскажи нам о последних событиях в пределах Облачного моря, особенно об этой отраве. Неужели она и вправду настолько безжалостна?
У этого худого Хоу Цзяюя и толстяка Чжу Мина на одежде было вышито по две капли крови. Очевидно, здесь, кроме Сяо Юньлуна, они были самыми высокопоставленными. Потому и могли говорить с Сяо Юньлуном.
Сяо Юньлун кивнул:
— Хорошо, раз спрашиваете, расскажу. Говорят, некоторое время назад в пределах Облачного моря случилась беда. Неизвестно откуда распространилась одна отрава. Эта отрава слишком безжалостна. Отравленные сперва не знают, что отравлены, потому что никто не знает, как именно отравился. Среди отравленных есть связанные друг с другом, а есть и вовсе не связанные. И никто не знает, как они отравились. Они и сами, возможно, не знают. Ведь мгновение назад они ещё с кем-то говорили, а в следующее уже не могут двинуться. Затем их тела, начиная со ступней, медленно превращаются в воду. А вода эта тотчас испаряется. В конце концов человек полностью исчезает. И времени на это уходит очень мало. Даже если захочешь его спасти — не успеешь. К счастью, эта отрава появлялась лишь один день. Но за один этот день в пределах Облачного моря погибло несколько миллионов человек. Страшнее всего то, что даже когда отрава перестала появляться, никто так и не узнал, чем отравились те люди. Даже великие мастера не смогли ничем сдержать воду, в которую обращались тела. Вода сразу превращалась в пар — самый обычный воздух. Говорят, великие мастера уже проверяли, но в конце концов ничего не обнаружили.
Услышав это, все опешили. А затем на лицах их отразился ужас.
О такой безжалостной отраве они слышали впервые.
Толстяк не удержался:
— И вправду за один день погибло несколько миллионов? Те люди точно умерли от отравы?
(Конец главы)