— Чжугэ Уцин может взяться за тебя, — Шэнь Наньчжэн сидел на месте и спокойно смотрел на Чжао Хая. — Сегодня я ходил к нему, сказал, что он отправится в Бисюэлинь. Я также прямо предупредил его, чтобы он тебя не трогал. Но он ответил, что сам не станет тебя трогать, однако если ты в Бисюэлинь попадёшь в беду, винить его не стоит. Судя по этим словам, он не оставит тебя в покое. Младший брат Чжао, если представится случай, разберись с ним. Я больше не хочу его видеть.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Я давно хотел с ним разобраться. Что ж, на этот раз есть случай. Не тревожься, старший брат, думаю, он не вернётся.
Чжао Хай не лгал. Он давно хотел смерти Чжугэ Уцина. Тот ещё тогда, когда Чжао Хай не представлял для него никакой угрозы, уже желал его смерти; более того, из-за Чжугэ Уцина погиб Чжу Фанчэн. Разве мог Чжао Хай смириться с этим? Будь это в низшем мире, от такого, как Чжугэ Уцин, давно остались бы только кости, по которым можно барабанить, — разве дожил бы он до сегодняшнего дня?
На самом деле убить Чжугэ Уцина Чжао Хаю было бы очень легко. Просто у него было много средств, которые нельзя было использовать на острове Кровавой Капли — он не хотел, чтобы тамошние люди знали слишком много его секретов. Но в Бисюэлинь всё иначе. Там Чжао Хая знают немногие, потому он может использовать все свои средства против Чжугэ Уцина. Так что Чжугэ Уцин обречён.
Шэнь Наньчжэн кивнул и с облегчением выдохнул:
— Меня беспокоит не то, что Чжугэ Уцин выступит против меня, а то, что он может сговориться с людьми секты Призраков Инь и вместе с ними взяться за тебя. Хотя прежде Чжугэ Уцин, кажется, не знал о связях Чжи Цайси с сектой Призраков Инь, но в таких делах ни в чём нельзя быть уверенным. Даже если раньше он не знал, теперь, узнав и питая такую ненависть к острову Кровавой Капли, он вполне может пойти на сговор с сектой Призраков Инь. Лучше быть осторожнее, иначе можем пострадать.
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Думаю, не стоит слишком тревожиться. Люди секты Призраков Инь не обязательно ему поверят. Не забывай, сейчас у нас с ними война на истощение. Если они решат, что Чжугэ Уцин — смертник-лазутчик, которого мы выставили, что тогда? Так что, полагаю, они вряд ли ему доверятся.
Шэнь Наньчжэн покачал головой:
— Нельзя терять бдительность. У секты Призраков Инь наверняка есть сведения о нас. Хотя секта и проводила чистку, не факт, что всех их лазутчиков вычистили. Потому они, скорее всего, знают, кто такой Чжугэ Уцин, и знают о его положении. К тому же им не обязательно вступать с ним в контакт — вполне достаточно, чтобы он напрямую передавал им сведения. Иногда сведения крайне важны. Так что будь осторожен.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Не тревожься, старший брат. Давай так: я почти готов, сегодня предупрежу Чжу Юна и смогу уйти. Я отправлюсь в Бисюэлинь и буду ждать там Чжугэ Уцина. Как только он прибудет, я сначала разберусь с ним, а потом займусь остальным. Как тебе?
Шэнь Наньчжэн подумал и не стал возражать, кивнул:
— Хорошо, решено. Если там что-то понадобится, сразу пришли нам весть, мы в кратчайший срок придём на помощь. Если совсем туго придётся — возвращайся. Никто не заставляет тебя идти в Бисюэлинь. Думаю, если учитель узнает, он, возможно, даже не позволит тебе идти. Потому будь осторожен, понял?
Чжао Хай кивнул.
В этот момент вошёл Яньло и, обратившись к Шэнь Наньчжэну, произнёс:
— Хозяин, Владыка острова прислал человека за младшим братом Чжао Хаем, говорит, есть дело, о котором нужно с ним поговорить.
От этих слов и Чжао Хай, и Шэнь Наньчжэн опешили. Они и не думали, что Лэй Ган вызовет Чжао Хая.
Шэнь Наньчжэн сразу поднялся:
— Хорошо, раз учитель тебя зовёт, иди скорее. Думаю, он, возможно, знает, что ты собираешься в Бисюэлинь. Иди.
Чжао Хай отозвался, встал, отвесил Шэнь Наньчжэну поклон и вышел. Снаружи он увидел двух слуг Лэй Гана. Отвесив им поклон, он последовал за ними в Обитель Трёх Сил.
Шэнь Наньчжэн, глядя вслед Чжао Хаю, вздохнул и негромко произнёс:
— Я не хотел его отпускать, а он всё равно идёт. Эх, не знаю, к добру это или к худу. Надеюсь, учитель отговорит его. Бисюэлинь только что стал основным полем боя войны на истощение, сейчас там опаснее всего. Идти туда сейчас — не лучший выбор.
Яньло негромко произнёс:
— Хозяин, не тревожься. Младший брат Чжао всегда был человеком с собственным мнением и очень осторожным. За дело, в котором нет уверенности, он вряд ли возьмётся. И думаю, Владыка острова тоже не станет ему запрещать. В конце концов, Владыка острова сам культиватор и возлагает на Чжао Хая большие надежды. Чем больше надежд, тем нужнее закалка. Потому, полагаю, Владыка острова позволит Чжао Хаю идти. Но, наверное, даст ему какую-то награду — ведь при нападении на секту Призрачного Духа Чжао Хай совершил великий подвиг.
Шэнь Наньчжэн кивнул и больше ничего не сказал.
Чжао Хай вместе со слугами Лэй Гана пришёл в Обитель Трёх Сил и вошёл прямо в малый храм. Все трое — Лэй Ган, Лэй Бинь и Лэй Сюань — были там. Отвесив им поклон, Чжао Хай замер на месте.
Лэй Ган посмотрел на Чжао Хая и негромко произнёс:
— Чжао Хай, я слышал, ты недавно собираешься в Бисюэлинь?
Чжао Хай кивнул:
— Да, учитель. Ученик считает, что ему следует отправиться на испытание, потому и хочет попробовать в Бисюэлинь.
Чжао Хай, разумеется, не стал скрывать от Лэй Гана. В этом не было нужды, потому он прямо всё сказал.
Лэй Ган кивнул и негромко произнёс:
— Испытание — дело хорошее, я не буду тебя останавливать. Но будь осторожен. На этот раз при нападении на секту Призрачного Духа ты снова совершил великий подвиг, потому секта решила тебя наградить. Возьми эти вещи.
С этими словами Лэй Ган достал нефритовую табличку, формационный диск и нефритовую подвеску и протянул их Чжао Хаю.
Чжао Хай сразу принял их и отвесил Лэй Гану поклон:
— Благодарю, учитель.
Хотя эти три вещи выглядели невзрачно, Чжао Хай верил, что они не простые. Потому он почтительно принял их, не выказав ни малейшего недовольства.
Лэй Ган кивнул:
— Хорошо, спрячь как следует. Та нефритовая табличка — от наставника, в ней записаны некоторые его размышления о культивации и основы буддийских техник. Изучи их, это пойдёт тебе на пользу. Тот формационный диск — неплохой, подходит для одного человека, поможет тебе лучше понять формации. Возьми, посмотри. А та нефритовая подвеска — в неё запечатаны три моих удара, для спасения жизни.
Чжао Хай отозвался, но в душе у него возникло странное чувство. Прежде, в низшем мире, он сам давал другим такие вещи; теперь же дают ему. Ощущение было действительно странным, и Чжао Хай не мог его понять. Но он ничего не сказал, лишь бережно убрал вещи.
Лэй Ган посмотрел на Чжао Хая и негромко произнёс:
— На испытании главное — твоя безопасность, не стоит слишком рисковать. Если станет по-настоящему опасно, возвращайся. Возможностей для испытаний ещё много, незачем рисковать жизнью. Запомнил?
Лэй Ган и вправду тревожился за Чжао Хая. Ведь сила Чжао Хая всё ещё на Царстве Применения Закона — с такой силой он едва мог защитить себя, но не считался мастером. А в Бисюэлинь сейчас наверняка очень опасно. Идти туда в такое время действительно рискованно.
Чжао Хай отозвался. Лэй Ган махнул рукой. Чжао Хай отвесил всем троим поклон и вышел.
Чжао Хай был очень благодарен Лэй Гану. Та нефритовая подвеска, что он дал, действительно была для спасения жизни. С ней у него было три шанса избежать опасности. Эта милость была велика.
Когда Чжао Хай ушёл, Лэй Бинь обернулся к Лэй Гану:
— Старший брат, я слышал, Наньчжэн выпустил Чжугэ Уцина и тоже отправил его в Бисюэлинь. А у Чжугэ Уцина с Чжао Хаем вражда. Если он пойдёт в Бисюэлинь, не будет ли Чжао Хай в опасности?
Хотя Чжугэ Уцин и был учеником истинной передачи Лэй Гана, честно говоря, в их сердцах он не шёл ни в какое сравнение с Чжао Хаем. К тому же своими поступками Чжугэ Уцин уже заставил их полностью от себя отказаться. Теперь их не заботила его судьба.
Лэй Ган покачал головой:
— За это я не тревожусь. Чжугэ Уцин не способен перехитрить Чжао Хая. Он куда слабее. Вот увидишь: как только Чжао Хай прибудет в Бисюэлинь, первым делом он убьёт Чжугэ Уцина. Не забывай, прежде Чжугэ Уцин несколько раз пытался убить Чжао Хая. Чжао Хай его не пощадит.
Лэй Сюань, услышав это, опешил:
— Разве? Неужели Чжао Хай способен на такую жестокость? По-моему, он обычно держится неплохо, всё делает с умом.
Лэй Сюань был о Чжао Хае хорошего мнения. Ему всегда казалось, что Чжао Хай чувствует меру. Хотя он и не исключал, что Чжао Хай разберётся с Чжугэ Уцином, но чтобы по прибытии в Бисюэлинь сразу его убить — в это Лэй Сюань не очень верил.
Лэй Ган слегка улыбнулся:
— Третий брат, зря ты не веришь. Чжао Хай вознёсся из низшего мира. Подумай: если бы он в низшем мире был добряком, разве вознёсся бы сюда, в Предел Кровавого Моря? И почему Сяо Юньлун и остальные перевели его в нашу секту Кровавой Бойни? Потому что при вознесении от него шёл кровавый свет до небес. Это значит, он убил слишком многих. Прежде у него не было сил справиться с Чжугэ Уцином; к тому же Чжугэ Уцин всё время сидел на острове Кровавой Капли и не выходил, и Чжао Хаю было бы слишком заметно с ним разбираться. Но теперь они идут в Бисюэлинь. Там даже если Чжугэ Уцин погибнет, ничего страшного, мы не станем разбираться. Потому он непременно прикончит Чжугэ Уцина. Вы, братья, не думайте, что Чжао Хай слишком добр — он не из мягкосердечных!
(Конец главы)