Всего около часа они летели вперёд, как вдруг впереди послышались звуки схватки.
В любом другом месте, услышав, что кто-то сражается, они наверняка обошли бы стороной и не стали приближаться. Но здесь был Бисюэлинь. Сражаться впереди могли ученики секты Кровавой Бойни с людьми из других сект; если даже не ученики секты Кровавой Бойни, то, возможно, ученики секты Призраков Инь. А если ученики секты Призраков Инь бились с кем-то из других сект, они тоже подошли бы помочь — но помогли бы, разумеется, людям из секты Призраков Инь.
Вскоре они добрались до места схватки.
Увидев сражающихся, Чжао Хай невольно опешил. Он никак не ожидал встретить здесь этих людей.
Во главе стоял монах, а рядом с ним — восемь человек. Эти восемь выстроились в построение и окружили трёх культиваторов, что бились в центре. Все трое были культиваторами меча, и каждый взмах клинка сопровождался стонами призраков — это были люди из Секты Ли Цзянь.
Но Чжао Хая поразили не люди из Секты Ли Цзянь, а те несколько человек из секты Кровавой Бойни. Этих людей из секты Кровавой Бойни он знал. Монах во главе был Сюань Чжэн из секты Кровавой Бойни, а остальные восемь — сами Восемь Цзюнь. Как они забрели в Бисюэлинь?
Тут и Сюань Чжэн увидел Чжао Хая. Едва заметив его, Сюань Чжэн сначала опешил, а затем на его обычно бесстрастном лице появилась тень улыбки. Глядя на Чжао Хая, он громко рассмеялся, подошёл и хлопнул его по плечу:
— Младший брат Чжао Хай? Ты цел? Ха-ха-ха, прекрасно, ты цел!
Чжао Хай, глядя на Сюань Чжэна, немного растерялся, а затем спросил:
— Старший брат Сюань Чжэн, что случилось? Как ты здесь оказался? Прибыл в Бисюэлинь на испытание?
Он и впрямь не понимал, как Сюань Чжэн здесь очутился. Ведь Сюань Чжэн был учеником истинной передачи Лэй Гана, Владыки острова Кровавой Капли, — как он здесь оказался?
Сюань Чжэн с улыбкой ответил:
— Нет, я пришёл за тобой.
Он с улыбкой смотрел на Чжао Хая. Сюань Чжэн обычно редко улыбался и почти не занимался посторонними делами — всё время посвящал культивации. Лишь когда Наньчжэн поручал ему что-то, он помогал. А когда брался за дело, то говорил мало, и улыбки на его лице не было. Сегодня же он улыбался беспрестанно — видно, и впрямь был очень рад.
Чжао Хай взглянул на Сюань Чжэна:
— За мной? Зачем я тебе понадобился, старший брат? А, наверное, старший брат Шэнь беспокоился, что со мной что-то случится, и послал тебя за мной? Ха-ха-ха, всё в порядке, старший брат, правда, со мной ничего не случилось.
Услышав слова Сюань Чжэна, Чжао Хай почти сразу понял, в чём дело. Он пришёл сюда на испытание, и ни Наньчжэн, ни Лэй Ган не хотели, чтобы с ним что-то стряслось, потому и послали Сюань Чжэна — это было вполне естественно.
Сюань Чжэн кивнул, и лицо его вновь обрело спокойное выражение — словно только что улыбался вовсе не он. Он глухо произнёс:
— Старший брат Шэнь беспокоился, что с тобой что-то случится.
И больше не сказал ни слова. Впрочем, Чжао Хай понял его: Наньчжэн беспокоился, что с ним что-то стрясётся, и послал Сюань Чжэна с остальными за ним.
Чжао Хай улыбнулся:
— Благодарю старшего брата Шэня, что побеспокоился обо мне. Со мной и впрямь всё в порядке. Несколько дней назад у меня было озарение, я ушёл в затворничество и только что вышел из него. Кстати, это тоже ученик нашей секты Кровавой Бойни, старший брат Хань Фэн. Старший брат Хань, а это ученик истинной передачи с острова Кровавой Капли, старший брат Сюань Чжэн.
Хань Фэн тут же отвесил поклон Сюань Чжэну:
— Внесённый в списки ученик острова Кровавой Тени Хань Фэн приветствует старшего брата Сюань Чжэна.
Хань Фэн и впрямь был поражён. Прежде он полагал, что Чжао Хай — всего лишь внесённый в списки или внешний ученик какого-то острова. Но теперь ученик истинной передачи держался с Чжао Хаем без малейшей спеси. Это его изрядно озадачило. Теперь он уже не мог с уверенностью сказать, кто такой Чжао Хай.
Сюань Чжэн кивнул Хань Фэну, затем повернулся к Чжао Хаю. Чжао Хай понял его взгляд — тот, должно быть, хотел спросить, что это за человек. Чжао Хай поспешил с улыбкой объяснить:
— Я раньше встретил старшего брата Хань Фэна, его как раз окружили трое из секты Бин Фу. Мы сообща убили тех троих из секты Бин Фу, вот и пошли дальше вместе.
Сюань Чжэн кивнул и повернулся к месту схватки. Теперь Восемь Цзюнь полностью одолевали противника. Трое из Секты Ли Цзянь ещё сопротивлялись, но, судя по всему, продержаться им оставалось недолго. По силе они были примерно равны Восьми Цзюнь, а те вдобавок отлично владели техникой совместного удара — тягаться с ними было невозможно. Потому троих уже прижали спина к спине, и дела их шли неважно: все трое были ранены.
После ещё десятка с лишним схваток всех троих из Секты Ли Цзянь убили.
Увидев, что те трое убиты, Восемь Цзюнь собрали их пространственные снаряжения и подошли к Чжао Хаю. Чжао Хай же слегка улыбнулся и взмахом руки убрал и три трупа.
Сюань Чжэн с недоумением взглянул на Чжао Хая:
— Зачем ты забираешь эти трупы?
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Изучаю кое-какие техники секты Призраков Инь, нужны трупы. Старший брат, куда мы теперь?
Ему и впрямь хотелось знать, куда они направятся дальше. Раз Сюань Чжэн пришёл за ним, он уж точно не позволит ему оставаться в Бисюэлине. Потому Чжао Хай и хотел узнать, что предпримет Сюань Чжэн.
Сюань Чжэн глухо произнёс:
— Назад. Сначала на остров Братского союза, а потом в секту. Идём.
Сюань Чжэн сказал именно то, что Чжао Хай и предполагал. Чжао Хай, услышав это, ничего не сказал, лишь кивнул. Ответ Сюань Чжэна он предвидел давно. Раз Сюань Чжэн пришёл за ним лично, он уж точно не оставит его здесь — забрать его назад было вполне разумно.
Чжао Хай повернулся к Хань Фэну:
— Старший брат Хань, какие у тебя планы? Вернёшься с нами или хочешь ещё побродить по Бисюэлину? Если вернёшься с нами, то мы сейчас же отправимся на остров Братского союза. А если хочешь ещё задержаться здесь, то нам придётся распрощаться.
Хань Фэн подумал и глухо произнёс:
— Пойдём вместе. Я тоже не хочу здесь оставаться. Оставаться дальше слишком опасно. Сейчас Бисюэлинь уже не слишком подходит для одиночной культивации.
Хань Фэн и сам всё прекрасно понимал: дальше в Бисюэлине будет только опаснее. Пока секта Кровавой Бойни и секта Призраков Инь не объявят об отказе от Бисюэлиня как от главного поля боя или о перемирии, здесь будет так же опасно. А он, культиватор Царства Применения Закона, в одиночку — какая уж тут безопасность.
Чжао Хай кивнул и глухо произнёс:
— Хорошо, тогда идём вместе. Старший брат Сюань Чжэн, в путь.
Сюань Чжэн кивнул и повёл Чжао Хая и остальных прочь из Бисюэлиня. Летя наружу, Чжао Хай невольно вздыхал. В этот раз их пребывание в Бисюэлине оказалось совсем недолгим. Чжао Хай полагал, что Бисюэлинь на несколько лет вперёд станет полем боя. Теперь же выходило, что уже скоро здесь всё утихнет.
Вообще, насчёт положения в Бисюэлине Чжао Хай и сам не знал, что сказать. Он решительно не понимал, зачем остальные восемь сект вмешались. Стоило им вмешаться — и всё переменилось. У секты Кровавой Бойни и секты Призраков Инь была вражда, дело доходило даже до больших сражений. Но вмешательство восьми великих сект означало лишь одно: они говорили секте Кровавой Бойни и секте Призраков Инь — мы всё время следим за вами, мы хотим, чтобы вы грызли друг друга, чем сильнее, тем лучше.
Люди из секты Кровавой Бойни и секты Призраков Инь не были глупцами. В такой ситуации с какой стати им было насмерть биться друг с другом? Стоило двум сектам остановиться — и остальным здесь делать было нечего. Бисюэлинь быстро вернётся к спокойствию.
По мнению Чжао Хая, если восемь сект хотели нанести секте Кровавой Бойни и секте Призраков Инь больший урон, им не следовало вмешиваться. Им стоило просто наблюдать за побоищем. Если бы две секты продолжали грызться, учеников становилось бы всё меньше. Пусть даже появились бы сильные мастера, потери среди низкоранговых учеников были бы огромны. Так, постепенно, развитие обеих сект пошатнулось бы, и они бы сами собой отстали от остальных восьми.
Против таких сект, как секта Кровавой Бойни и секта Призраков Инь, есть лишь два пути: либо у тебя хватает силы раздавить их одним ударом, либо приходится медленно плести заговор и подтачивать их корни. Стоит корням сгнить — и они рухнут сами. Но это долгий процесс.
А восемь великих сект на сей раз поступили слишком торопливо, погнавшись за скорой выгодой. Они думали лишь о том, чтобы послать учеников, перебить побольше людей из двух сект и разжечь между ними большую войну — тогда те легко погибнут. Но они и не подумали, что две секты заметят их уловки и просто прекратят бой. Так они не только не достигнут цели, но и заставят секту Кровавой Бойни и секту Призраков Инь насторожиться. Люди из обеих сект поймут, что за ними следят. И впредь, даже если столкновения возобновятся, они будут куда осторожнее.
Впрочем, всё это Чжао Хая уже не касалось. Теперь у него были и техники секты Бин Фу, и, вернувшись, он собирался ещё раз их постичь, чтобы усовершенствовать собственное мастерство. Хотя с учениками нескольких сект он ещё не сталкивался, это не беда — случай представится, они всегда найдут друг друга. К тому же Чжао Хай не собирался вечно отсиживаться в секте Кровавой Бойни: он хотел ещё побродить по свету, пройти испытания. Тогда он встретит не только людей из остальных великих сект, но и культиваторов из средних и малых школ. А у тех тоже есть свои особые техники. Чжао Хай желал перенять лучшее у всех — упускать такое не стоило. Возможностей сразиться будет ещё много, спешить некуда.
По правде говоря, в Бисюэлине Чжао Хай приобрёл немало. Он постиг множество вещей, и даже его магическая сила почти достигла Царства Утончения Закона — сейчас он уже был на девятом слое Царства Применения Закона. Всё это — заслуга того месяца затворничества. Месяц уединения позволил ему постичь не только изменения в некоторых ударах, но и применение ручных печатей, а вместе с тем возросла и его сила. И всё же он скрывал свою мощь: на вид он по-прежнему оставался на первом слое Царства Применения Закона.
(Конец главы)