Лэй Ган сидел в своей комнате и не покидал арены.
Соревнование ещё не закончилось. Последней партии участников предстоял решающий бой — последняя битва на выживание. Победители этой битвы вместе с теми, кто, как Чжао Хай, уже получил место досрочно, отправятся на последующее дело.
Лэй Ган сидел и, глядя на Чжао Хая, заговорил:
— Чжао Хай, в этот раз ты поступил хорошо. Ты уже получил место в первой сотне, так что теперь я могу рассказать тебе о том, что будет дальше. Вы, эти люди, отправитесь на одно дело. И дело это — исследование древних руин.
Чжао Хай, услышав это, невольно опешил. Впрочем, он ничего не сказал, лишь откликнулся. Он и не думал, что последующее дело окажется исследованием руин. Что же это за руины? Насколько знал Чжао Хай, такие соревнования в секте Кровавой Бойни проводились не раз и не два. И руины исследовали тоже наверняка не впервые. Даже самые обширные руины давно должны были быть изучены. Зачем же их снова отправлять туда?
Лэй Ган глухо произнёс:
— Руины, которые вам предстоит исследовать, — это руины некогда очень известной в древности великой секты под названием Линчжэнь. Секта Линчжэнь была широко известна в древности. Все её люди занимались формациями. Они изучали формации, создавали их, применяли, даже их магические инструменты были формациями, а техники культивации были связаны с формациями. Но потом эта секта прогневала кого-то из высшего мира, и тот обрушил на неё великую кару, уничтожив секту целиком. Остров, на котором она стояла, тоже ушёл под землю.
Тут Лэй Ган помолчал и со вздохом продолжил:
— Когда секту только уничтожили, секты Предела Кровавого Моря посылали людей на поиски её руин, но не нашли. Потом однажды один странствующий культиватор в нескольких десятках тысяч ли от Линчжэнь, под землёй, обнаружил руины. Эти руины были огромны и покоились под землёй. Странствующий культиватор изрядно поразился. Затем он принялся их исследовать и в конце концов понял, что это руины Линчжэнь. Он добыл там несколько формационных дисков и несколько методов культивации пути формаций, и сила его сильно возросла. Но из-за слишком быстрого роста силы дух его стал нестабилен, он сделался заносчив, нажил врагов, которых нельзя было наживать, и его начали преследовать. Лишь перед смертью он открыл тайну руин. Потом о руинах узнали десять великих сект. И весь Предел Кровавого Моря узнал. Тогда все начали объединяться, чтобы исследовать эти руины.
Тут Лэй Ган взглянул на Чжао Хая и глухо произнёс:
— Но не думай, что раз секту Линчжэнь уничтожили, в ней не осталось запретов. Этих запретов там бесчисленное множество. Все они очень опасны, потому в руинах очень рискованно. А главное — снаружи руины окружены огромной формацией иллюзий, которую до сих пор никто не смог разрушить. И эта формация, возможно, из-за событий тех лет, повреждена. Вся формация действует с циклом в пять лет, и каждые пять лет в ней появляется трещина. Эта трещина, должно быть, и возникла из-за повреждения. Потому ученики разных сект пользуются случаем и проникают в руины за сокровищами.
«Но когда в руины входят мастера разных сект, потери слишком велики. К тому же внутри руин есть ограничения, поэтому войти могут только ученики Царства Утончения Закона. Это тоже результат общего решения сект. Так постепенно и появилось это соревнование. Сегодня уже двадцать первый раз, когда люди входят в руины. Прежде ученики разных сект, побывав в руинах, выносили немного. Говорят, большая часть руин ещё не исследована. Ваша задача — продолжить исследование и вынести побольше сокровищ. Ты к тому же неплохо разбираешься в формациях, потому в этот раз я и отправил тебя на соревнование. Понимаешь?»
Чжао Хай кивнул:
— Да, наставник, понимаю. Я непременно хорошо исследую руины, прошу наставника не беспокоиться.
Теперь Чжао Хай понял, в чём состоит их задача. По правде говоря, эта секта, специализировавшаяся на формациях, вызывала у него любопытство. Но главное — Чжао Хаю было ещё интереснее: как эту секту уничтожили? Неужели и впрямь люди из высшего мира? Но что могла сделать секта формаций, чтобы прогневать высший мир настолько, что тот решил её уничтожить? Это казалось необъяснимым.
Лэй Ган взглянул на Чжао Хая и глухо произнёс:
— Будь осторожен. Войдя в руины, ты столкнёшься не только с запретами, но, что важнее, с теми, кто войдёт туда вместе с тобой. В этот раз в руины войдут не только ученики нашей секты Кровавой Бойни. Туда могут попасть люди из всех сект Предела Кровавого Моря, даже некоторые странствующие культиваторы. Они и есть самое опасное.
Чжао Хай глухо произнёс:
— Да, наставник, не беспокойся, я знаю, что делать.
Чжао Хай, разумеется, понимал: самое опасное в руинах — это люди. И не только чужие, но и свои. Там не действовал устав секты. Вошедшие смели делать всё, что угодно.
Лэй Ган взглянул на Чжао Хая:
— Ладно, дело это простое. Я не говорил тебе раньше, потому что руины держатся в тайне. Хоть туда и ходит много людей, но по-настоящему знают об этом немногие. Учеников разных сект ставят в известность лишь тогда, когда решено отправить их на исследование. Со странствующими культиваторами то же самое: только те, кто участвовал в прошлом исследовании, имеют право выбрать преемника, который войдёт в руины. Остальным нельзя. Кто разболтает о руинах — того будут преследовать все великие секты. Это делается, во-первых, чтобы руины стали нашим достоянием и десять великих сект получали наибольшую выгоду; во-вторых, чтобы защитить тех, кто слаб. Узнай слабые ученики расположение руин — и, даже с формацией иллюзий, они, возможно, понадеются на удачу и отправятся за сокровищами. А оттуда не возвращаются. Потому об этом нельзя разглашать.
Чжао Хай кивнул и глухо произнёс:
— Да, наставник, понимаю.
Чжао Хаю было всё равно, зачем они это скрывают. Он и сам не станет рассказывать. Что до сокровищ в руинах, по правде говоря, Чжао Хай не питал особых амбиций. Даже если там что-то есть, ему не слишком интересно. Всё обычное у него и так есть. Чего нет в его пространстве — то почти всё небесные сокровища. Даже обычных небесных сокровищ у него в пространстве немало. Потому ему это безразлично.
Узнав всё, Чжао Хай вернулся в свою комнату. Он хорошенько обдумал это дело. Он решил, что главная выгода для него — возможность посетить руины. Сокровища его не интересовали, а вот сразиться с учениками других сект — очень даже. Вот чего ему хотелось.
О случае с Вань Юном он и не думал. Он понимал, что, возможно, нажил себе врагов среди всех семей секты Кровавой Бойни. Но его это не волновало. Даже если он нажил врагов среди всех этих семей — что с того? Нажил так нажил. Захотят они с ним разобраться — ему всё равно.
Сейчас Чжао Хай только достиг Царства Применения Закона, но боевая мощь его уже соответствовала Царству Утончения Закона, и даже среди мастеров этого царства мало кто мог с ним тягаться. Особенно если он бился в полную силу. А семьи, чтобы с ним разобраться, пошлют максимум мастеров Царства Утончения Закона, в крайнем случае — Царства Выплавления Закона. Неужели они смогут привлечь мастера уровня Владыки острова? Пока они посылают мастеров Царства Выплавления или Утончения Закона, ему не о чем беспокоиться.
Чжао Хай также чувствовал, что скоро поднимется до Царства Утончения Закона. Стоит ему достичь его — и сила его значительно возрастёт. Тогда даже мастер Царства Выплавления Закона не сможет с ним ничего сделать. Разумеется, он всё ещё не соперник мастеру уровня Владыки острова. Но станет ли мастер уровня Владыки острова с ним связываться? Чжао Хай в это не верил.
Впрочем, теперь Чжао Хай по-новому взглянул на положение дел в секте Кровавой Бойни. Снаружи секта казалась спокойной, но Чжао Хай чувствовал: под поверхностью клубятся тёмные течения. И эти течения исходили от тех семей. Когда секта Кровавой Бойни давила на эти семьи, не следовало оставлять их. Вырвать бы их с корнем — и не было бы этого. А теперь эти семьи снова осмелели, значит, у них уже что-то готово. Возможно, у них уже есть право голоса, чтобы тягаться с верхушкой секты Кровавой Бойни. Иначе их отпрыски не вели бы себя так нагло. И главное, Чжао Хай заметил: среди учеников истинной передачи из этих семей их, кажется, слишком много.
Чжао Хай не верил, что все эти семейные отпрыски — гении. Это невозможно. Сколько людей в одной семье? Разве сравнится с огромным числом обычных людей? Но почему тогда они становятся учениками истинной передачи? Возможно, потому что их скорость культивации выше, чем у других. Почему их скорость выше? Пилюли, ресурсы — всё это ускоряет культивацию. Но разве Владыки островов этого не знают? Сила, взращённая на пилюлях, и сила, выкованная в суровой практике, — разве они одинаковы? Очевидно, нет. Владыки островов — люди опытные, разве они этого не понимают? Очевидно, понимают. И всё же они делают этих людей своими учениками истинной передачи. Разве это не странно? Не влияет ли на них какая-то сила? Это очень важный вопрос.
Если все догадки Чжао Хая верны, значит, эти семьи годами терпели и шаг за шагом плели свою сеть. Тогда их сила сейчас куда больше, чем кажется. И возможностей у них больше. Значит, впредь нужно быть с ними осторожнее.
(Конец главы)