С этим истинным словом Чжао Хая рассечённый на части гигантский питон внезапно замер, кровяной свет забурлил — и он вновь обратился в кровавого демона.
Вот только на сей раз он не стал брать саблю и меч.
Кровавый демон развёл руки, выбросил обе ладони вперёд и вжал их в грудь зомби.
Едва ладони двинулись, как пространство вокруг будто застыло. Зомби вдруг обнаружил, что словно угодил в этот замкнутый мирок — всё тело одеревенело, даже пошевелиться было невероятно трудно.
И в этот миг обе ладони кровавого демона уже прижались к его груди.
Грохот!
Зомби отбросило ударом. Его огромное тело отлетело назад, а грудь прямо вдавилась — ясно, что эти две ладони нанесли ему тяжёлый урон.
Ли Жохая тоже сотрясло.
Этот удар кровавого демона нанёс немалый урон и ему. Ведь управляя зомби, он связывал с ним свою психическую силу. Зомби пострадал — и хоть тело самого Ли Жохая не пострадало, его психическая сила получила отдачу.
Чжао Хай, увидев это, не стал преследовать.
Потому что зомби отлетел слишком далеко. Вздумай он преследовать — и кровавый демон вышел бы за пределы формации. А стоит выйти из формации, как боевая мощь демона резко падает. Потому Чжао Хай и не стал преследовать. Фигура кровавого демона медленно растворилась в формации.
Ли Жохай смотрел на Чжао Хая, в глазах сверкал холодный свет.
Он и не думал, что Чжао Хай окажется настолько докучливым. Он полагал: стоит выпустить боевого зомби Царства Выплавления Закона — и Чжао Хай будет легко повержен. Но не тут-то было. Это поистине оказалось для него неожиданностью. И всё же сейчас он ничего не мог поделать с Чжао Хаем.
Чжао Хай взглянул на Ли Жохая и слегка улыбнулся:
— Молодой господин Ли, думаю, нам стоит оставить это. Ты сейчас ничего не можешь со мной сделать; я же, желая напасть на тебя, тоже, боюсь, не преуспею. Сила твоего боевого зомби слишком велика. Думаю, лучше тебе идти своей широкой дорогой, а мне — своей узкой тропой. Как тебе?
Ли Жохай взглянул на Чжао Хая и холодно усмехнулся:
— Хорошо. Сегодня я тебя отпущу. Но запомни, Чжао Хай: все, кто меня обидел, плохо кончают. В следующий раз, встретившись снаружи, ты не отделаешься так легко. Уходим!
С этими словами Ли Жохай двинулся и полетел прочь.
Боевой зомби тоже подлетел к Ли Жохаю. Вмятина на его груди уже восстановилась — очевидно, рана затянулась.
Самое сильное в боевых зомби — их способность к восстановлению.
Восстановление боевых зомби поистине ужасающе. Даже получив рану, они почти мгновенно восстанавливаются. Именно потому с ними так трудно справиться. И именно потому, что боевые зомби столь сильны в бою, секта Ши Мо могла царствовать в Пределе Кровавого Моря.
Увидев, что все удаляются, Чжао Хай наконец выдохнул с облегчением.
Он сел и горько усмехнулся:
— Опасное было дело. Но, к счастью, мы всё же сдержали их.
С этими словами он взмахом руки притянул кровавый лотос — тот поднялся из-под земли и лёг ему в ладонь. На лотосе лежало зеркало инь-ян.
Увидев это, Янь Бэй и Чжао Уцзи поняли: Чжао Хай установил формацию с помощью зеркала инь-ян. Впрочем, им всё ещё было странно — когда Чжао Хай успел опустить туда кровавый лотос?
Янь Бэй тоже сел и взглянул на Чжао Хая:
— Сяо Хай, в этот раз и впрямь было очень опасно. Кстати, когда ты опустил туда кровавый лотос? И зеркало инь-ян? Мы ведь даже не заметили.
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Как раз когда мы спускались с неба. Тогда я почувствовал неладное и сразу опустил кровавый лотос, чтобы он обернул зеркало инь-ян. Так можно и формацию установить, и через лотос управлять зеркалом, снабжая его энергией. Иначе с Ли Жохаем было бы не совладать.
Чжао Уцзи взглянул на Чжао Хая:
— Младший брат Чжао Хай, что означали твои прежние слова? Неужели ты и впрямь не боишься Ли Жохая? И что значило, что ему недолго осталось? Он ранен? Ты ещё сказал, что он что-то замышляет против кого-то. Что всё это значит?
Чжао Хай вздохнул, взглянул в сторону, куда ушёл Ли Жохай, и глухо произнёс:
— С самого начала я чувствовал, что с этим Ли Жохаем что-то не так. Иньская ци на нём слишком густая. У других учеников секты Ши Мо, практикующих те же техники, иньская ци не настолько сильна. Потому я и заподозрил неладное.
— Потом я вдруг вспомнил одну вещь — в одной древней книге нашей секты я видел технику под названием Великое искусство посева демона. Это искусство весьма странное, его создал один из предков школы демонов. Но неизвестно, удалось ли кому-нибудь его освоить. И я подозреваю, что Ли Жохай как раз практикует это Великое искусство посева демона.
— Великое искусство посева демона? Что это за техника? Почему я о ней не слышал?
Янь Бэй с недоумением взглянул на Чжао Хая. Он и впрямь не слышал о таком искусстве. Название звучало как-то жутко.
Янь Бэй обернулся к Чжао Уцзи:
— Ты слышал?
Чжао Уцзи подумал и покачал головой:
— Нет. Я тоже не слышал. Великое искусство посева демона? Что это за техника? Будь она известной, я бы непременно о ней знал.
Чжао Уцзи тоже был озадачен — об этой технике он и впрямь ничего не слышал.
Чжао Хай глухо произнёс:
— Великое искусство посева демона — техника весьма особенная. Практикуют её лишь великие мастера. Потому что сила их столь велика, что они могут создать нечто под названием демоническое семя. А затем они внедряют это семя в тело другого культиватора.
— А тот культиватор, в кого внедрено семя, должен отвечать двум условиям. Первое — быть его кровным родственником. Второе — его духовный корень должен быть разновидностью под названием нефритовый духовный корень.
— Нефритовый духовный корень — это красивое название. На деле это мутировавший земляной духовный корень. И в нём есть иньская природа, особенно подходящая для практики техник пути призраков. Но странность в том, что, хоть он и подходит для техник пути призраков, скорость культивации с ним невысока. Если только не внедрить демоническое семя — тогда его скорость культивации становится невероятно высокой, быстрее, чем у обычных высших духовных корней.
Тут Чжао Хай помолчал и продолжил:
— Культиваторов с нефритовым духовным корнем и так мало. А чтобы он оказался ещё и твоим кровным родственником — вероятность ещё меньше. Потому это Великое искусство посева демона так редко практикуют.
— Для того, в кого внедрено семя, эта техника не несёт ничего хорошего. Хоть его культивация и быстра, но как только его сила достигнет Царства Выплавления Закона, демоническое семя пробудится. А пробуждённое семя попросту поглотит его духовную душу и превратится во внешнее воплощение того, кто его посеял, — иначе говоря, во второго изначального духа!
Услышав это, Янь Бэй и Чжао Уцзи всё поняли.
Оба были поражены. Они и не думали, что существует такая техника.
Янь Бэй заговорил:
— Выходит, в Ли Жохая кто-то посеял демоническое семя. А посеявший — скорее всего, сам глава секты Ши Мо. Именно потому скорость культивации Ли Жохая внезапно возросла. А когда он достигнет Царства Выплавления Закона, семя пробудится, и он станет внешним воплощением главы секты Ши Мо, его вторым изначальным духом. А сам Ли Жохай исчезнет — считай, умрёт. Так?
Чжао Хай кивнул и глухо произнёс:
— Верно, именно так.
— Когда-то эту технику создали потому, что тот великий мастер был на пороге смерти. Но умирать он не хотел, а вознестись не мог. Потому и создал эту технику — чтобы посеять демоническое семя в своём кровном родственнике. Как только семя пробудится, у него появится второй изначальный дух. И даже если его собственный срок жизни истечёт, он сможет жить в этом внешнем воплощении и даже получит шанс вознестись.
— А почему говорят, что неизвестно, удалось ли кому-нибудь освоить эту технику, — так это потому, что тот великий мастер, создавший её, в конце концов скончался. А тот, в кого он посеял семя, тоже пропал. Никто не знает, где он, и никто не знает, удалось ли ему достичь успеха.
Тут Чжао Хай взглянул в сторону, куда ушёл Ли Жохай, и глухо произнёс:
— То, что Ли Жохай стал жертвой посева демона, я понял по двум причинам. Во-первых, по слухам, его скорость культивации внезапно возросла. Это очень странно. Во-вторых, иньская ци на нём слишком густая. А это тоже одно из внешних проявлений Великого искусства посева демона.
— К тому же он, будучи молодым господином секты Ши Мо, явился в такое место, как секта Линчжэнь. Потому я и заподозрил. Я решил его испытать — и понял, что угадал. По его ответам, по его лицу было видно, что я прав. Его и впрямь сделали жертвой посева демона. А пришёл он сюда, чтобы найти способ спастись.
Чжао Уцзи с недоумением взглянул на Чжао Хая:
— Найти способ спастись? Какой способ? Неужели в секте Линчжэнь есть техника, способная обуздать демоническое семя?
Чжао Уцзи не понимал. Секта Линчжэнь — секта, где главным было культивирование формаций. Откуда у неё техника против демонического семени?
Чжао Хай глухо произнёс:
— Думаю, есть. Методы культивации секты Линчжэнь весьма необычны. Их Дхарма-образ — формации. И когда они выгравируют формации в своём божественном сознании, они впитывают силу иньхуни. Эта сила укрепляет их божественное сознание. А раз в их сознании ещё и выгравированы формации, возможно, это сделает их сознание настолько сильным, что оно сможет поглотить демоническое семя.
Чжао Уцзи и Янь Бэй кивнули.
Но Янь Бэй всё же заговорил:
— А разве Ли Жохай не боится, что глава секты Ши Мо узнает об этом? Если тот узнает о его замысле, то, боюсь, не пощадит его. Для главы секты Ши Мо уничтожить его — дело одного движения руки.
Чжао Хай глухо произнёс:
— Глава секты Ши Мо, должно быть, не знает, зачем он сюда пришёл. Думает, что тот просто хочет испытать себя. Впрочем, о моём разговоре с Ли Жохаем он, скорее всего, узнает. Как только Ли Жохай вернётся в секту Ши Мо, выйти ему снова будет трудно.
— Но тут есть и другая морока: глава секты Ши Мо наверняка не хочет, чтобы кто-то узнал о его практике Великого искусства посева демона. Теперь мы знаем. Станет ли он с нами разбираться — неизвестно.
(Конец главы)