Положение, в котором оказались нынешние семьи, было, прямо сказать, до крайности неловким.
Они вложили все силы и вырастили государя. Но стоило этому государю взойти на престол, как он перестал их слушать. Мало того — он, наоборот, стал им приказывать и угрожать. А они всё равно вынуждены были идти за ним. Не пойдут — и он обернётся против них.
Люди этих семей забыли одну истину: ты можешь создать государя, но у тебя непременно должна быть сила, чтобы этого государя удержать. А нет у тебя силы его удержать — так выкинь эту мысль из головы и не создавай никакого государя. Иначе лишь сам себе навредишь.
Именно поэтому эти семьи теперь так хотели вырастить мастера уровня Владыки острова из собственного рода. Только так они обрели бы настоящий голос. Иначе никакого голоса у них не было. Такие, как Бай Синь и Инь Учан, в такое время их слушать ни за что не станут.
Но вся беда была в том, что семьи никак не могли объединиться. Они строили козни друг против друга, их интересы переплетались, но каждый таил своё. Для них это не сулило ничего хорошего. Семьи это понимали, но среди них не было никого, чья сила позволила бы объединить все семьи. Потому всё так и оставалось.
Сейчас на острове Кровавого Льва были ученики всех семей. И они тоже строили козни друг против друга. Потому что на остров Кровавого Льва каждая семья прислала учеников, а при тех учениках, разумеется, были и свои люди. Эти люди тоже были силой семей. Все хотели, чтобы другая семья потеряла побольше, потому взаимные козни были неизбежны.
Чжао Хай поговорил с У Цзяном о нынешнем положении на острове Кровавого Льва. Остров Кровавого Льва — лишь один из островов передовой. На других островах положение было схожим. Люди семей никак не могли объединиться. У Цзян даже прямо сказал: не опасайся люди секты Кровавой Бойни Убивающего Богов — их давно бы уже уничтожили.
Семьи, когда поднимали мятеж, всё рассчитали хорошо. Они полагали, что Бай Синь и остальные будут их слушать. Они считали, что сила их уже немала и можно тягаться с сектой Кровавой Бойни. Потому, узнав, что секта собирается на них давить, они сразу захотели отколоться. Поговорили с Бай Синем и остальными — те поддержали. Так все семьи и откололись. Заодно отдали Бай Синю Убивающий Богов.
Убивающий Богов изначально хранился у этих семей, а не у Бай Синя. Семьи полагали, что с Убивающим Богов и поддержкой Бай Синя и остальных они смогут отколоться от секты Кровавой Бойни и стать независимыми. Но не подумали, что Бай Синь, получив Убивающий Богов, сразу вышел из-под их контроля. Теперь они жалели, да поздно.
Только тогда семьи поняли, что Бай Синь их обманул. У Бай Синя были свои амбиции. Но он знал, что Убивающий Богов — у них. Он хотел заполучить клинок, он хотел стать главой секты. Потому, узнав, что семьи задумали отколоться, он сразу их поддержал. Ведь он знал: секта Кровавой Бойни ни за что не позволит этим семьям отколоться. Узнав об этом, секта непременно нападёт. А тогда они не устоят и будут вынуждены отдать ему Убивающий Богов. А раз клинок попадёт ему в руки — он его. И вернуть его семьи уже не смогут.
План Бай Синя удался полностью. Теперь Бай Синь стал фактическим правителем Союза Морей Кровавого Домена. Хоть Инь Учан его и не боялся, но с Убивающим Богов в руке Бай Синь стал ему не по силам, и Инь Учану пришлось его слушаться. А семьи вынуждены были его поддерживать. Потому Бай Синь, будучи главой Союза Морей Кровавого Домена, чувствовал себя поистине прекрасно.
Ему было хорошо, а семьям — очень плохо. Они обнаружили, что, строя козни, сами в них и угодили. Теперь они откололись, но не получили никаких выгод. Это поистине вызывало у них глухую досаду. Но Бай Синь держал в руках Убивающий Богов, и сделать они ничего не могли.
Разумеется, всё это были догадки Чжао Хая. Так ли оно на самом деле — ни У Цзян не знал, ни Чжао Хай. У Цзян лишь сказал, что ученики семей всё ещё грызутся между собой, но больше ничего. И не мог знать большего — его положение не позволяло. Не говоря уж об У Цзяне — даже У Хао этого не знал. Ведь настоящие хозяева семей не стали бы ему об этом рассказывать.
Впрочем, Чжао Хай понимал: даже знай он это — пользы никакой. Потому что пока на свете есть Убивающий Богов, нечего и думать использовать их противоречия. Это бесполезно. Пока Бай Синь их сдерживает, семьи могут лишь строить мелкие козни. А сделать что-то всерьёз — абсолютно невозможно. Бай Синь не позволит. Потому всё это бесполезно. Главное сейчас — Убивающий Богов!
Когда У Цзян ушёл, Чжао Хай спокойно сел в комнате медитировать. Но в голове его текли прежние мысли.
Союз Морей Кровавого Домена не мог просуществовать долго. С самого начала все были не едины. Даже перед лицом врага они строили друг другу козни. Как такое образование могло продержаться долго?
Разумеется, разделаться с этим местом было не так-то просто. Честно говоря, нынешний Союз Морей Кровавого Домена был сильнее обычной средней секты. Ведь у них был Убивающий Богов, двое мастеров уровня восьми главных старейшин, да ещё несколько тысяч мастеров уровня Владыки острова. С такой силой они в любом другом месте Предела Кровавого Моря могли бы стать средней сектой.
Но, к сожалению, они вышли из секты Кровавой Бойни. А секта Кровавой Бойни ни за что не оставит их в покое. Чжао Хай тоже хотел поскорее разделаться с Союзом Морей Кровавого Домена. Но сейчас ему нужно было пройти здесь испытание — три месяца. Вернись он на остров Кровавой Тени раньше срока — ничего хорошего из этого не выйдет.
Чжао Хаю оставалось только ждать. Сначала пережить эти три месяца. При этой мысли он перестал думать об этом и впрямь принялся культивировать. Но сейчас он размышлял над методами культивации секты Линчжэнь и собирался влить их в свой Канон Девяти Превращений Золотого Лотоса.
В методах культивации секты Линчжэнь тоже было что-то стоящее. К тому же они кое в чём перекликались с его ручными печатями девяти истинных слов. Больше всего Чжао Хай хотел влить методы культивации и атаки секты Линчжэнь прямо в свою Ладонь тысячерукого кровавого Будды.
И как раз когда Чжао Хай производил расчёты, вливая техники секты Линчжэнь в свои, снаружи внезапно раздался стук в дверь. Затем донёсся голос У Цзяна:
— Молодой хозяин Хао, нам пора выступать!
Чжао Хай тут же откликнулся и с саблей в руке вышел из двора.
У Цзян кивнул Чжао Хаю, больше ничего не сказал и повёл его прочь с острова. По дороге, как и вчера, к ним постепенно собралось больше сотни культиваторов, и все вместе полетели наружу. Только сегодня во взглядах этих культиваторов, обращённых на Чжао Хая, прибавилось благоговения.
Отряд быстро покинул остров. Снаружи вновь собралось большое войско — по всему видно, всё как вчера. На сей раз У Цзян не стал вести людей к большому войску, а сразу держался от него на расстоянии. Теперь У Цзян осторожничал ещё больше. Он знал, кто такой Чжао Хай, и остальные, разумеется, тоже. Вздумай кто-нибудь подгадить и убить Чжао Хая — и дело было бы серьёзное. Потому У Цзян должен был обеспечить безопасность Чжао Хая.
Чжао Хай ничем не выказывал отношения. Сейчас он играл У Хао. А У Хао пришёл на испытание. Он даже дело с металлическими големами оставил и перед уходом рассказал У Хуну о них. Теперь этим занимался У Хун. Потому Чжао Хаю было легко.
Вскоре подошло войско секты Кровавой Бойни. Обе стороны вновь схлестнулись. На сей раз Чжао Хаю противостоял ещё один культиватор Царства Утончения Закона. Сила его была велика. Хоть бой был один на один, но, пользуясь лишь силой У Хао, Чжао Хай всё же оказался в невыгодном положении. Но так он мог понемногу изображать, что постигает новую сабельную технику.
Бой длился почти час. Затем раздался звон колокола, и люди секты Кровавой Бойни отступили. Чжао Хай и остальные вернулись на остров Кровавого Льва. Чжао Хай, как и прежде, сразу пошёл в свой дворик и не стал ни с кем общаться. Впрочем, ему и не нужно было. Он пробудет здесь всего три месяца. Лишние знакомства бесполезны.
А Юй Фэйлун, похоже, и вовсе забыл о Чжао Хае. Увидев его один раз, больше не приходил. Чжао Хай был этим доволен. Из всех, с кем он общался, был лишь У Цзян. С остальными он не соприкасался. Каждый день запирался во дворе, изображая постижение сабельной техники.
В этом был свой смысл.
На десятый день пребывания на острове он почувствовал, как через его дворик прошло чьё-то божественное чувство, намеренно задержавшись на нём. Это божественное чувство было очень скрытным. Будь он У Хао, ни за что бы не заметил. Это открытие заставило Чжао Хая осторожничать ещё больше. В последующие два с лишним месяца он всё время пребывал в таком состоянии. За это время он провёл с сектой Кровавой Бойни больше сотни боёв, больших и малых, и, разумеется, убил нескольких человек — и все они были учениками Царства Утончения Закона. Теперь он и на острове Кровавого Льва приобрёл некоторую известность. Здесь ему дали прозвище — «Демон ста сабель». Смысл в том, что он знает сотню сабельных техник и каждую использует неплохо. К тому же теперь его сабельная техника постепенно слилась воедино, и сабля его выходила, как бог или демон, — потому и дали ему такое прозвище.
Три месяца пролетели незаметно.
Теперь в Чжао Хае прибавилось свирепости. Его сабельная техника стала ещё чище. Удары уже не ограничивались одной техникой. Его испытание подходило к концу. Но перед уходом с острова Кровавого Льва он сходил к Юй Фэйлуну. Как ни крути, а Юй Фэйлун и Цзинь Юнчан — друзья. Уходя, нужно было попрощаться. Это элементарная вежливость.
Юй Фэйлун его принял. Но лишь перекинулся несколькими словами и отпустил. Ничего больше не выказал. Это дало Чжао Хаю понять, что дружба Юй Фэйлуна и Цзинь Юнчана, пожалуй, самая обычная.
(Конец главы)