Ду Ваньша действовал крайне быстро. Едва дело было решено, он тотчас принялся за исполнение: сначала созвал Гуну и других Владык островов, изначально происходивших из Западного и Северо-Западного морей.
Эти люди были родом из Западного или Северо-Западного моря, но не захотели идти за Бай Синем и остальными в мятеже и бежали обратно в секту Кровавой Бойни. Бежали они все ранеными, а их острова были вырезаны. Потому к секте Кровавой Бойни они были поистине преданы.
Среди них сильнее всех был Гуна. Остальные в большинстве своём бежали от других Владык островов, и лишь Гуна вырвался живым из рук самого Бай Синя — уже это говорило о его силе. И всё же вырезание острова нанесло им страшный удар.
Отыскав их, Ду Ваньша без обиняков заявил, что некоторые острова Западного и Северо-Западного морей будут объединены в большие острова и переданы под их управление. Секта пришлёт на большие острова своих мастеров, но сами острова должны располагаться на внешних границах двух морей и служить линией обороны.
Гуна и остальные, разумеется, не стали возражать. Ду Ваньша добавил, что после слияния островов проклятие резни, лежащее на них, возможно, рассеется; к тому же под их началом окажется больше земель, чем прежде. Все с радостью согласились.
Едва они согласились, Ду Ваньша обрадовался ещё больше и велел им готовиться. Само слияние островов было не таким уж трудным, но требовало обряда — жертвоприношения небу. Лишь после него острова можно было объединить. Обряд проводил лично Ха Цзин, после чего почти три тысячи островов двух морей были слиты в тысячу.
Гуна и остальные вселились на новые острова. Одновременно с островов вроде острова Кровавой Капли, где было три Владыки, выделили по одному Владыке для управления новыми островами. Таких островов в секте Кровавой Бойни было немало, потому тысяча новых островов в короткий срок обрела новых Владык — и все они были мастерами уровня Владыки острова.
Помимо новых островов, были и одинокие острова на краю двух морей. Ду Ваньша не стал церемониться и, как и предлагал Чжао Хай, отобрал в секте несколько мастеров Царства Выплавления Закона и отдал им те острова. Все они были теми, кто имел наибольшие шансы стать Владыкой острова. Отдавая им острова, секта надеялась, что однажды, став Владыками, они объединят свои новые острова с теми, которыми управляют.
Те, разумеется, не стали возражать. Это давало им огромную выгоду: когда у них появятся собственные острова, их владения станут вдвое больше, чем у других, и верных рабов будет вдвое больше. Они, конечно, радовались.
Среди всех этих людей лишь Чжао Хай был особенным. Чжао Хай тоже получил остров. Остальные мастера Царства Выплавления Закона хоть и получали право управлять островами, секта всё равно посылала на те острова учеников истинной передачи с других островов, а также низкоранговых учеников — так сказать, возводила каркас. Остров хоть и управлялся тем мастером Царства Выплавления Закона и в будущем, если он станет Владыкой, он мог объединить с ним свой остров, но до того он имел лишь право управления, а ученики истинной передачи на острове звались старейшинами и обладали правом надзора.
Остров Чжао Хая был иным. Его остров — ему и только ему. Секта не вмешивалась, не посылала туда людей, но дала Чжао Хаю верных рабов. Кроме верных рабов, на остров не отправили ни одного внешнего ученика. Чжао Хай мог делать на острове что угодно. Захотел людей — мог набрать в секте или среди странствующих культиваторов, как пожелает. Секта ежегодно выделяла на его остров пилюли, магические инструменты и прочее — наравне с другими островами, но людей не давала. Захочешь людей — набирай сам.
Внешне это выглядело так, будто Чжао Хаю чинят препятствия. Он всего лишь ученик истинной передачи — каких людей он наберёт? Наберёт сильных — не справится с ними; наберёт слабых — остров не станет сильным. А набранных нужно содержать. Выделенных сектой припасов на это вряд ли хватит; не содержать — не наберёшь. Казалось, это ставит Чжао Хая в тупик.
Но сколь многие завидовали Чжао Хаю! Остров — целый остров, полностью подвластный Чжао Хаю. Его собственная земля, где всё решает он. На острове он — Владыка, и все должны его слушаться. О такой мечте мечтали многие ученики истинной передачи.
Разумеется, это вызвало и немало зависти. Но зависть не помогала. Они ничего не могли сказать — даже не могли упрекнуть секту в чрезмерной благосклонности к Чжао Хаю, ведь остров он получил за великие заслуги. Одной кражи Убивающего Богов было достаточно, чтобы он заслужил этот остров. Потому зависть была бесполезна. Дело было решено. Так Чжао Хай стал самым слабым по силе Владыкой острова за всю историю Предела Кровавого Моря.
А Чжао Хай в это время стоял в малом храме Обители Трёх Сил на острове Кровавой Капли. Лэй Ган и двое других сидели напротив. Лэй Ган с улыбкой смотрел на Чжао Хая:
— Ну что, Сяо Хай, теперь ты Владыка острова — самый слабый по силе Владыка в истории, ха-ха-ха. Как ощущения?
Лэй Ган был в хорошем настроении, потому и подшучивал.
Чжао Хай, услышав это, горько усмехнулся:
— Наставник, вы шутите. Я и впрямь не ожидал, что главный старейшина так поступит. Честно говоря, это полная неожиданность.
Чжао Хай на самом деле не сказал правды. Он предполагал, что главный старейшина может дать ему остров, но не думал, что даст такую свободу.
Впрочем, это было неважно. Сейчас он не мог сказать правду. Признайся он, что с самого начала всё рассчитывал и думал, как заполучить остров, — это было бы уже слишком. Потому он ни за что не должен был признаваться. Даже если все всё понимали, он не мог признаться.
Лэй Ган махнул рукой:
— Как бы ты ни думал, теперь у тебя свой остров, и секта дала тебе полную свободу — значит, делай всё как следует. Кстати, твоего третьего дядю-наставника тоже перевели в Западное море, недалеко от твоего острова. Твой остров называется Сюэлин, а остров, которым управляет твой третий дядя, — Сюэфэн. Если что-то случится, можешь обратиться к третьему дяде. На самом деле мы втроём тоже надолго останемся на Сюэфэне. Если будет дело — приходи.
Чжао Хай откликнулся. Лэй Ган взглянул на него:
— Ты читал техники секты Линчжэнь. Хочу спросить: как у тебя с их освоением?
Лэй Ган знал, что Чжао Хай изучал техники секты Линчжэнь и сейчас исследует металлических големов. Он не придавал этому значения, знал способности Чжао Хая и не стал бы возражать.
Чжао Хай глухо произнёс:
— Техники секты Линчжэнь на деле не так уж сложны. Я уже кое-что постиг, а с моим прежним пониманием формаций теперь освоил их довольно неплохо. Прошу наставника не беспокоиться.
Чжао Хай уже полностью понимал техники секты Линчжэнь и даже влил их в свои собственные, но не мог об этом сказать — иначе это было бы слишком ошеломляюще.
Лэй Ган кивнул:
— Защитная формация на Сюэфэне разрушена, ты это, должно быть, знаешь. Если сможешь починить, найди время и восстанови её.
Они втроём не расстанутся, и Сюэфэн станет их вторым домом. Естественно, хотелось бы привести его в порядок — как минимум восстановить защитную формацию.
Чжао Хай откликнулся:
— Хорошо, схожу на Сюэлин, посмотрю. Если там всё в порядке, скоро отправлюсь на Сюэфэн и восстановлю защитную формацию.
Для Чжао Хая это было пустяком, потому он так быстро и согласился.
Лэй Ган кивнул и глухо произнёс:
— С металлическими големами ты уже работаешь какое-то время. Есть продвижение? Тот способ, которым ты превратил огромный медный зал в большой меч, был неплох. И большой меч ты забрал? Расскажи, можно ли использовать его как металлического голема?
Чжао Хай покачал головой:
— Нет, наставник. Металлический голем — это металлический голем, а медный зал — это медный зал. В голема достаточно вписать несколько формаций и энергетических линий, и он обретёт боеспособность. А такое, как медный зал, уже нельзя назвать големом — это иная форма жизни. Чтобы он двигался, как медный зал, нужно вписать как минимум несколько тысяч формаций и соединить их энергетическими линиями. И главное — нужно вплавить в него иньхуни, причём во все формации, а затем через энергетические линии слить эти иньхуни воедино, чтобы их сила стала достаточно велика. Тогда он сможет двигаться. В прошлый раз я собрал множество иньхуни в секте Линчжэнь и в Союзе Морей Кровавого Домена, а затем разом вплавил их в медный зал — только так он стал таким. Создать ещё один такой зал почти невозможно. Что до металлических големов — их теперь можно изготовить, но мощь будет невелика. Наставник, у меня есть один вопрос.
Лэй Ган взглянул на Чжао Хая и глухо произнёс:
— Какой? Говори.
Лэй Ган понял: создать ещё один медный зал нельзя, а големов — можно, но не слишком сильных. Это тоже неплохо. Теперь ему было любопытно, что за вопрос у Чжао Хая.
Чжао Хай заговорил:
— Наставник, я хочу спросить: у секты есть своя Палата кузнечного дела, и у каждого острова — тоже. Но даже Палата кузнечного дела не может гарантировать стопроцентный успех. Я хочу знать: если изготовление не удалось, что делают с испорченными магическими инструментами? А если инструмент повреждён в бою или пришёл в негодность — что с ним делают?
Лэй Ган, услышав это, опешил, затем с недоумением взглянул на Чжао Хая:
— Зачем тебе это? Эти вещи уже бесполезны, их, конечно, выбрасывают.
(Конец главы)