Слова Фэн Чжунсиня заставили Вэнь Лижэня на миг замереть.
Фэн Чжунсинь взглянул на его лицо и в душе невольно возликовал. Но не подал виду, а с воодушевлением произнёс:
— Если сокровища и впрямь здесь, это было бы просто прекрасно.
Он помолчал и добавил:
— Ведь люди Банды Призрачного Ветра тоже частенько сюда наведывались. Кстати, припоминаю, ходили слухи, будто место, где тот старейшина Секты Ли Цзянь бился с Бандой Призрачного Ветра, отсюда не так уж и далеко.
— Раньше здесь были земли союза Тринадцати семей, но поскольку это всё же семейные силы, они не слишком чуждались странствующих культиваторов. Потому появление здесь людей Банды Призрачного Ветра было вполне обычным делом.
Фэн Чжунсинь сказал это нарочно.
Он хотел, чтобы Вэнь Лижэнь подумал: Чжао Хай, возможно, вовсе не знает о сокровищах Банды Призрачного Ветра.
Ведь если бы Чжао Хай и впрямь знал, где они, он давно ушёл бы за ними, а не оставался здесь ждать.
К тому же люди Банды Призрачного Ветра и прежде часто появлялись в этих краях. Так, может, сокровища Банды Призрачного Ветра и есть в том самом месте, за которым они раньше следили?
Фэн Чжунсинь прекрасно понимал, что всё, сказанное им потом, предназначалось для ушей Вэнь Лижэня.
На самом деле он хотел донести одну мысль: Чжао Хай не знает о сокровищах Банды Призрачного Ветра.
Но он также понимал, что не может сказать это прямо.
Вэнь Лижэнь слишком зациклился на этом деле. Если прямо заявить ему, что Чжао Хай, возможно, не знает, где сокровища, и не стоит больше с ним связываться, Вэнь Лижэнь тут же заподозрит, что он хочет завладеть сокровищами в одиночку.
А то и вовсе прикончит его на месте.
Потому Фэн Чжунсинь сменил тактику.
Он говорил с Вэнь Лижэнем с сомнением в голосе. Через то, что Чжао Хай не знает о сокровищах, он подводил Вэнь Лижэня к мысли, что сокровища могут быть где-то поблизости.
А если так, то втягивать в это Чжао Хая — не самая лучшая идея.
Потому что это значило, что дело может раскрыться.
Ведь сила Чжао Хая была нешуточной. А они до сих пор так и не придумали, как с ним справиться.
Вэнь Лижэнь сидел и долго молчал.
Он обдумывал слова Фэн Чжунсиня.
В них и впрямь была доля истины.
Он поставил себя на место другого: если бы он знал, где сокровища Банды Призрачного Ветра, разве не бросился бы за ними сразу?
Нет.
Он непременно отправился бы за ними первым делом, боясь, что кто-то другой их заберёт.
А если бы это случилось, последствия были бы скверными.
Но Чжао Хай не ушёл. Он всё это время оставался здесь. И ещё ходил с Фэн Чжунсинем на задания.
Зачем?
Если бы он и впрямь знал, где сокровища Банды Призрачного Ветра, стал бы он браться за задания, что приносят всего несколько десятков кристаллов?
Явно нет.
Но он брался.
Почему?
Вэнь Лижэнь нахмурился.
Прежде он был уверен: если Чжао Хай уничтожил Банду Призрачного Ветра, то непременно знает, где спрятаны её сокровища.
Но теперь эта догадка казалась ему сомнительной.
Они знали, что люди Банды Призрачного Ветра годами наведывались сюда и, возможно, что-то здесь охраняли.
Но они всегда считали, что охраняют они отнюдь не сокровища.
Ведь если бы Банда Призрачного Ветра и впрямь охраняла здесь сокровища, то не стала бы ими не пользоваться.
Они следили за людьми Банды Призрачного Ветра почти тысячу лет.
И прекрасно знали, как живут её наследники.
Можно сказать, жили они немногим лучше обычных странствующих культиваторов.
Как и они сами: кроме унаследованных техник, ничем не выделялись.
Наследники Банды Призрачного Ветра — тоже.
Если бы они и впрямь охраняли те сокровища, то давно пустили бы их в ход, а не влачили такое существование.
Потому они всегда считали, что Банда Призрачного Ветра охраняет здесь останки своих предков, а не сокровища.
Но теперь, услышав Фэн Чжунсиня, Вэнь Лижэнь засомневался.
Впрочем, вскоре он подумал о другом.
Он негромко произнёс:
— Чувствую, чтобы найти сокровища Банды Призрачного Ветра, нам всё же придётся иметь дело с этим Цзоу Сяо.
Он медленно продолжил:
— Если бы Банда Призрачного Ветра и впрямь охраняла здесь сокровища, они не могли бы всё время ими не пользоваться. Скорее всего, на сокровищах стоит запрет.
— А этот Цзоу Сяо, весьма вероятно, не может снять этот запрет. Потому и вынужден возвращаться сюда: зарабатывает кристаллы и готовится снять запрет.
Он прищурился и добавил:
— И ещё я подозреваю: возможно, запрет Банды Призрачного Ветра связан с кровавым жертвоприношением.
— Не забывай, сколько людей наследники Банды Призрачного Ветра уводили в те места, где прежде исчезали? Столько народу — и всё ради убийств и грабежа? Вполне возможно, ради кровавого жертвоприношения.
— А мы за столько лет так и не нашли входа к сокровищам Банды Призрачного Ветра. Значит, искать этот вход придётся через того Цзоу Сяо.
Услышав это, Фэн Чжунсинь ощутил, как сердце его пропустило удар.
Он прекрасно понял: раз Вэнь Лижэнь так говорит, значит, они точно будут разбираться с Чжао Хаем.
В душе он горько усмехнулся.
Последняя надежда растаяла.
Он так и не смог спасти Чжао Хая.
Но он также понимал, что не должен ничем выдать себя.
Иначе, если Вэнь Лижэнь заметит, ему не сносить головы.
Потому он сказал:
— Да, брат Вэнь, я понял.
Он помолчал и добавил:
— Я постараюсь как можно скорее выяснить, какой яд использует Цзоу Сяо и как от него спастись. Тогда у нас будет больше шансов с ним справиться.
Вэнь Лижэнь кивнул и негромко произнёс:
— Поторопись.
Он медленно продолжил:
— Если дать ему слишком много времени, и Цзоу Сяо и впрямь снимет запрет Банды Призрачного Ветра и завладеет сокровищами, мы останемся ни с чем.
— Тысяча лет ожидания, тысяча лет охраны — всё пойдёт прахом.
Фэн Чжунсинь с решительным видом ответил:
— Да, брат Вэнь, не беспокойся. Я знаю, что делать.
С этими словами он поднялся, поклонился Вэнь Лижэню и вышел из комнаты.
Он не заметил, как при его уходе в глазах Вэнь Лижэня мелькнул странный огонёк.
Вэнь Лижэнь смотрел на закрывшуюся дверь и тихо пробормотал:
— Дрогнул? Хе-хе. Неужели он и впрямь думает, что я не пойму, зачем он всё это говорил?
Взгляд его похолодел.
— Похоже, за ним нужно следить внимательнее.
С этими словами Вэнь Лижэнь протянул руку и достал переговорный диск.
Затем он положил на диск нефритовую табличку.
Сверкнул белый свет, и табличка исчезла.
Вэнь Лижэнь посмотрел на переговорный диск и пробормотал:
— Брат, теперь всё зависит от тебя.
Если бы кто-то услышал слова Вэнь Лижэня, он бы изумился.
Потому что никто не знал, что у Вэнь Лижэня есть брат.
Даже Фэн Чжунсинь и остальные не знали.
А теперь Вэнь Лижэнь отправлял весть своему брату.
Как тут не изумиться?
А Фэн Чжунсинь в это время вернулся в свою комнату.
Он сел на кровать и взглянул на пространственный мешок перед собой.
Затем тихо произнёс:
— Прости.
С этими словами он убрал мешок.
В его глазах появилась решимость.
Прежде он думал, что стоит хотя бы напоследок попытаться спасти Чжао Хая. В конце концов, тот хорошо к нему относился.
Но теперь он понял: спасти Чжао Хая не выйдет.
И если он продолжит в том же духе, опасность будет грозить ему самому.
Потому он решил больше не спасать Чжао Хая.
Как сказал Вэнь Лижэнь, они ищут эти сокровища уже тысячу лет. Отступить сейчас — значит не получить ничего хорошего.
Значит, он должен найти эти сокровища.
Утвердившись в своём решении, Фэн Чжунсинь нахмурился и задумался.
Как ему выведать у Чжао Хая рецепт его яда?
Это было непросто.
Обычно рецепты ядов — самое ценное, что есть у культиватора ядов. Они ни за что их не раскрывают.
Но если им не удастся заполучить рецепт Чжао Хая, то попытка справиться с ним будет опасной.
А этого Фэн Чжунсинь не хотел.
Люди иногда таковы.
Их может тронуть кто-то в какой-то миг, и они готовы сделать для него что-то.
Но когда это начинает угрожать им самим, они тут же бросают помогать и все силы отдают своему делу.
Сейчас Фэн Чжунсинь был именно таким.
Чжао Хай хорошо к нему относился, и он помог ему, чем мог.
Но если бы ради Чжао Хая пришлось рисковать собственной жизнью, он бы ни за что на это не пошёл.
На самом деле то, что он сказал Вэнь Лижэню, было и его собственным убеждением.
Он и впрямь думал, что Чжао Хай может не знать о сокровищах Банды Призрачного Ветра.
Но после слов Вэнь Лижэня он снова засомневался.
Значит, разбираться с Чжао Хаем было неизбежно.
Хоть это и оставляло неприятный осадок, но если он и впрямь получит сокровища Банды Призрачного Ветра, его сила возрастёт.
Он хотел стать мастером уровня Владыки острова, хотел вознестись, хотел обрести долголетие.
А значит, пожертвовать Чжао Хаем было необходимо.
Прежде Фэн Чжунсинь помогал Чжао Хаю потому, что тот хорошо к нему относился, и потому, что совесть в нём ещё не угасла.
Но когда перед ним замаячила огромная выгода, совесть не устояла перед её соблазном.
Потому он и приготовился всерьёз взяться за Чжао Хая.
И вот, когда Фэн Чжунсинь всё ещё сидел в своей комнате, размышляя, как выведать у Чжао Хая рецепт яда, он вдруг услышал тихий стук в дверь.
Фэн Чжунсинь опешил.
Он подошёл и открыл дверь.
За дверью стоял Ван Лян.
Увидев, что он открыл, Ван Лян сказал:
— Иди в комнату старшего брата Вэня. Есть хорошие новости.
У Фэн Чжунсиня загорелись глаза. Он тут же отозвался и пошёл с Ван Ляном к Вэнь Лижэню.
Войдя в комнату, он увидел, что почти все уже собрались.
Вэнь Лижэнь обвёл их взглядом и слегка улыбнулся:
— Хорошо. Все, кроме тех, кто следит за Цзоу Сяо, на месте.
Он помолчал и медленно произнёс:
— Я собрал вас, чтобы сообщить хорошую новость.
— Ван Лян недавно на торговом квартале нашёл траву Тысячедневного опьянения.
Он обвёл всех взглядом:
— Думаю, объяснять, для чего эта трава, не нужно?
Все переглянулись, и в их глазах вспыхнул огонь.
Они, разумеется, знали, для чего нужна трава Тысячедневного опьянения.
Это была особая трава.
Настоянная в воде, она давала вкус вина и пилась как вино.
Но главная её особенность была в другом: стоило её выпить, как ты тут же падал замертво пьяным.
И если никто не плеснёт на тебя холодной водой, ты проспишь не меньше тысячи дней.
Вот такая своенравная.
(Конец главы)