Чан Цзюнь, Юймин и Сюй Ган были вызваны Чжао Хаем в его кабинет. Когда все трое пришли, то обнаружили, что там уже находится и Чжу Юн. Едва войдя, они сразу поклонились Чжао Хаю. Чжао Хай кивнул и сказал:
— Не церемоньтесь, садитесь.
С этими словами он указал на стоявшие впереди кресла. Все трое отозвались и сели.
Чжао Хай обвёл их взглядом и негромко произнёс:
— Сегодня, когда я отдыхал, я внезапно ощутил, что за мной наблюдают. Думаю, у врага есть некий тайный метод, с помощью которого он нас нашёл. Все эти дни, атакуя секты акватории Кровавой реки, мы получили одну весть: секты акватории Кровавой реки уже объединились и готовятся с нами разобраться. Полагаю, это они нас искали и уже нашли. Значит, они вскоре нанесут удар в полную силу. Что вы об этом думаете?
Услышав это, все трое изрядно удивились. Лицо Чан Цзюня переменилось, и он негромко произнёс:
— Глава секты, в акватории Кровавой реки мы уже захватили немало добра. Думаю, нам можно уходить. Мы можем пойти в другое место и пограбить ещё, а то и просто спокойно культивировать некоторое время. Ведь теперь у нас есть верные рабы, есть припасы, и нам больше не о чем тревожиться.
Чжао Хай ничего не сказал, лишь кивнул, а затем перевёл взгляд на Юймина. Юймин подумал и негромко произнёс:
— Я считаю, что сейчас нам ещё нельзя уходить. Люди в акватории Кровавой реки — уцелевшие из сект праведного пути, в этом мы уже можем быть уверены. Мы здесь с ними разбираемся, и они не смеют просить помощи у других сект; другие секты, даже узнав о здешних делах, не обязательно станут вмешиваться. И это как раз прекрасная возможность заявить о себе. Но с нашими нынешними силами мы им пока не соперники, потому нужно быть осторожными. Моё предложение: некоторое время прятаться, не вступать с ними в открытый бой. Они не смогут вечно держать всех в сборе против нас. Когда они устанут, тогда мы и ударим.
Чжао Хай по-прежнему молчал и обернулся к Сюй Гану. Увидев, что Чжао Хай смотрит на него, Сюй Ган тут же напрягся, но всё же заговорил:
— Глава секты, думаю, нам стоит отдохнуть некоторое время, а потом хорошенько им всыпать. За последние дни все немного устали, но боевой дух у всех высокий. Можем сначала отдохнуть. С быстротой нашей лодки врагу будет нелегко нас догнать. Отдохнём — и разберёмся с ними. Сила у нас немалая: есть Иные, есть призрачные воины. Даже в открытом бою нам нечего их бояться. Мы можем разом сделать им больно, напугать их, а затем, развивая успех, ударить по акватории Кровавой реки и разом её взять.
Три человека — три стиля, и в них отразились три характера. Чан Цзюнь стремился к основательности. Что бы ни случилось, едва почуяв неладное, он тут же отступал: лучше отказаться от выгоды, но сначала обеспечить свою безопасность. Юймин же делал ставку на хитрость. Он мог сражаться, но хотел тянуть время, сначала измотать противника, а потом неспешно с ним разобраться.
А Сюй Ган делал ставку на отвагу. Он хотел боя — и боя открытого, чтобы разом уничтожить врага. Таков был его стиль. Все три плана были осуществимы. Но план Чан Цзюня был слишком уж осторожным. Уйди они сейчас — и пришлось бы идти грабить другие силы. Но такие почти отрезанные от внешнего мира места, как акватория Кровавой реки, встречаются нечасто. Уйти сейчас было бы слишком невыгодно. Здесь они могли спокойно разбираться с местными сектами; а снаружи им пришлось бы опасаться, что явятся девять великих сект. Не забывайте: прежде они крепко насолили секте Призраков Инь.
План Юймина тоже был неплох, но он повлиял бы на боевой дух. Причём не только на нынешний настрой, но и на общий дух в долгосрочной перспективе. Секта Кровавой Бойни пала, и это нанесло огромный удар по их духу. Сейчас они хоть и выглядели восстановившимися, Чжао Хай прекрасно понимал: в душе они всё ещё побаиваются. У них всё ещё нет уверенности, всё ещё остался страх. Они боятся, что другие девять великих сект узнают, кто они, боятся раскрыться. А если раскроются — их ждёт гибель. Потому сейчас, хоть они и грабили здесь и одерживали победы, в их сердцах всё ещё теплился страх. Если не помочь им преодолеть его, они смогут вести лишь победоносные лёгкие бои, а случись настоящая большая битва — не выстоят.
А лучший способ вернуть им веру и боевой дух — большая битва, большая победа слабых над сильными. Чтобы все поняли: они не слабы, они сильны, чтобы заново обрели уверенность. Лишь тогда страх уйдёт навсегда.
Потому с этой точки зрения план Сюй Гана подходил лучше всего. Одна победа, одна большая победа. Только так все вновь обретут веру и боевой дух, почувствуют безграничную уверенность в себе и гордость, поверят, что они сильнейшие. Тогда они не потеряют хребет секты Кровавой Бойни. Ведь секта Кровавой Бойни даже перед великим мастером высшего мира смела сражаться в открытую и не отступала ни на шаг. Даже если все погибали — никогда не отступали. Таков был хребет секты Кровавой Бойни. Но теперь этот хребет сломан. И Чжао Хай должен его им вернуть.
Чан Цзюнь и остальные молча смотрели на Чжао Хая. Выслушав все три мнения, Чжао Хай закрыл глаза и долго молчал. Они забеспокоились, не понимая, что он задумал. Лишь спустя долгое время Чжао Хай открыл глаза. В них сверкнул острый блеск. Он обвёл всех взглядом и произнёс:
— Помните ли вы, кто вы?
От этих слов Чан Цзюнь и остальные опешили, не понимая, что он имеет в виду. Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Помните ли вы, кто вы по своему положению?
Это прозвучало уже серьёзно. Чан Цзюнь и остальные тут же встали и громко ответили:
— Мы ученики секты Кровавой Бойни!
Чжао Хай кивнул, обвёл их взглядом и негромко произнёс:
— Верно, вы помните, что вы ученики секты Кровавой Бойни. Вы не обычные разбойники. Вы ученики секты Кровавой Бойни. Если нам что-то нужно, мы можем это отнять; но секта Кровавой Бойни никогда не боялась врагов. Разве какая-то жалкая акватория Кровавой реки нам соперник? Да, сейчас нас мало, и мастеров у нас меньше, чем у них. Но что с того? Мы ученики секты Кровавой Бойни, и нашей боевой мощи нет равных в Поднебесной. Даже великий мастер высшего мира — он смог уничтожить секту Кровавой Бойни, но и сам заплатил цену. Ему отсекли палец, его ранили. Потому секта Кровавой Бойни никогда ничего не боялась. И то, что мы сейчас не можем открыто назвать имя секты Кровавой Бойни, вовсе не потому, что мы испугались других великих сект, а потому, что нам нужно сохранить силы и обрести спокойную среду для развития. Мы не боимся их, мы затаились и терпим лишения. Рано или поздно мы их убьём, рано или поздно уничтожим. Потому этот бой мы и дадим — открытый бой, чтобы показать свою мощь!
Под конец Чжао Хай уже стоял. А Чан Цзюнь и остальные смотрели на него с горящими глазами. Им казалось, что Чжао Хай сейчас весь светится. Одновременно из них вырвалась убийственная аура. Они наконец вспомнили, что они ученики секты Кровавой Бойни. Прежде, когда ученики секты Кровавой Бойни появлялись в мире, кроме людей девяти великих сект, кто смел им перечить? Их гордость, их горячая кровь наконец развеяли последний страх в их сердцах.
Чжао Хай взглянул на них:
— Передайте приказ: даю вам три дня. Эти три дня пусть все хорошо отдохнут. Через три дня мы дадим открытый бой людям акватории Кровавой реки. Хочу посмотреть, на что они способны, раз смеют перечить людям секты Кровавой Бойни!
Чан Цзюнь и остальные дружно отозвались. Затем Чжао Хай махнул рукой, и они удалились. Когда они ушли, Чжао Хай обернулся к Чжу Юну:
— Чжу Юн, как продвигается дело, которое я тебе поручил?
Прежде Чжао Хай велел Чжу Юну заняться одним делом: подготовить сбыт ненужных им припасов и обменять их на то, что им пригодится.
Делалось это для отвода глаз. Иначе он никак не мог объяснить, откуда у него столько припасов. К тому же низкоуровневые припасы их пространство могло производить само, потому захваченные были им без надобности. Они вполне могли обменять их на полезное.
У Чжу Юна была разведывательная сеть, через которую он мог сбывать те припасы и обменивать на нужное — причём так, чтобы никто не заподозрил. Потому сбывать приходилось партиями. Это создавало некоторые сложности.
Чжу Юн сразу ответил:
— Молодой хозяин, люди уже готовы. Я собираюсь выделить часть людей из сети, чтобы они открыли лавки в разных торговых кварталах и распродавали те припасы. Так и товар уйдёт, и подозрений не вызовет. К тому же, поскольку это свои люди, можно не тревожиться о безопасности товара.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо. Смотри, обращайся аккуратно, не вызывай подозрений. Если на припасах есть особые метки тех сект, сотри их, обязательно всё уладь. Открывая эти лавки, вы не только сбываете припасы, но и создаёте свои каналы, строите нашу сеть сбора сведений. И ещё: постоянно поддерживай с ними связь. Если кто-то станет их притеснять, мы должны за них вступиться. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы люди в сети потеряли в нас веру.
Чжу Юн отозвался. Чжао Хай махнул рукой, и он покинул кабинет.
(Конец главы)