Обретя из памяти Вэнь Лижэня искусство выведения гу, Чжао Хай совершенно по-новому взглянул на этих существ.
Гу и впрямь сильно отличались от обычных техник.
Можно даже сказать, они были особенными.
Прежде Чжао Хай считал, что гу — это всего лишь существа, которых внедряют в тело человека, чтобы исподтишка навредить. Но он и подумать не мог, что здесь у гу столько применений.
Чжао Хай глубоко выдохнул.
Взращивать в собственном теле духовное гу ему, разумеется, было незачем. В этом не было никакой необходимости. Любое заклинание он мог выпустить мгновенно, потому духовное гу ему было ни к чему. Этот пункт для Чжао Хая был бесполезен.
А вот выращивание боевых гу и выведение паразитирующих гу — это для него было крайне полезно.
Потому Чжао Хай и приготовился немедленно взяться за дело.
В его пространстве было бесчисленное множество духовных насекомых. Чжао Хай прямо выбрал в пространстве отдельный участок, слегка изменил его законы, превратив в пространство для выведения гу.
Это было совсем несложно.
Разумеется, говоря о выведении гу, больше всего Чжао Хаю хотелось превратить в гу насекомых-заклинаний.
Насекомые-заклинания были крошечными, настолько, что их почти не разглядеть. Божественным чувством их хоть и можно было ощутить, но это доставляло немало хлопот. Если твоё божественное чувство недостаточно сильно, ты их вообще не почувствуешь.
Но сила их атак была огромна.
Впрочем, они были слишком хрупкими. Защита у них слабая. Не успеют они приблизиться к врагу, как тот выпустит одно заклинание — и все насекомые-заклинания сами взорвутся.
Именно поэтому Чжао Хай до сих пор не сделал насекомых-заклинаний своим главным средством нападения.
Но в искусстве выведения гу существовали всевозможные способы, позволявшие сделать гу-червей невероятно сильными, с могучей защитой, способной противостоять даже заклинаниям.
Для Чжао Хая это была отличная новость.
Ведь с помощью этих способов можно было усилить защиту насекомых-заклинаний. А тогда польза от них возрастёт многократно.
Впрочем, вывести гу было непросто.
Выведение гу — дело, можно сказать, крайне расточительное. Чтобы твои гу-черви стали сильнее, нужно использовать для их выращивания всевозможные ценные материалы. К тому же гу-черви — существа живые, и способы их выведения отличаются от изготовления магических инструментов.
Магические инструменты изготавливают с помощью воды и огня, а гу-червей выводят через борьбу.
Бесчисленное множество гу-червей заставляют сражаться, и те, что выживут, становятся гу высшего сорта.
Разумеется, вовсе не обязательно оставлять лишь одного. Это, очевидно, невозможно. Ты вложил невероятные усилия, вырастил десять тысяч гу-червей, заставил их сражаться, и в итоге осталось сто сильнейших. Неужели ты станешь заставлять и этих сто биться, пока не останется один? Это же чудовищные затраты.
И самое главное: если ты и впрямь оставишь лишь одного гу-червя, это будет король десяти тысяч гу.
А разум короля десяти тысяч гу близок к человеческому, боевая мощь его чудовищна. Вдобавок, пройдя через бесчисленные кровавые схватки, он не покорится культиватору. Он будет биться с ним до конца. И даже если не сможет победить, в конце концов погибнет, взорвав себя.
Потому суть выведения гу — заставить их сражаться и вырастить самых отборных. Эти гу и становятся лучшими боевыми гу.
А взращивание духовных гу — совсем другое дело.
Обычно духовное гу выращивают так: находят некое превосходное духовное насекомое, заставляют его признать хозяина, затем кормят его всевозможными ценными материалами и внедряют в собственное тело.
Такое духовное гу ни в коем случае нельзя выводить через борьбу. Потому что у гу, прошедшего через выведение, появляется нить убийственной ауры. А если духовное гу обретёт убийственную ауру и его затем внедрят в тело, характер человека сильно переменится, и в конце концов он может впасть в отклонение. Это крайне опасно.
Но каким бы ни было гу, для успешного выведения требуются огромные ресурсы.
Ведь гу-червей нужно кормить.
Если взять обычных насекомых и заставить их сражаться, в итоге останется лишь куча трупов. Даже если кто-то и победит, он будет без лапок и крыльев — такой уж точно не станет гу.
Гу-червей нужно долго кормить, чтобы они впитали множество ресурсов, и только тогда из них получатся гу.
Эти гу — самые обычные, не прошедшие через битвы. Они как солдаты, не бывавшие на поле боя: пользы от них немного. Но они уже научились поглощать ресурсы, и это стало их инстинктом.
Это как обученные солдаты, которых затем заставляют сражаться.
В ходе борьбы эти гу неизбежно получают повреждения. Но поскольку они умеют поглощать ресурсы, а тела других гу — превосходный ресурс, они могут поглощать трупы себе подобных.
А восстановительные способности гу огромны. Поглотив трупы других гу, они отращивают оторванные конечности.
Гу, прошедшие через битвы, — это воины, побывавшие на поле боя, можно сказать, ветераны. А если из десяти тысяч гу отобрать сотню, это будет отборнейшая элита, один из ста.
Такие гу — высший сорт, и именно они внушают всем культиваторам невыносимую головную боль.
Но выращивание гу поглощает поистине чудовищное количество ресурсов.
Даже для такой секты из десяти великих, как Долина Ядовитых Насекомых, вырастить гу высшего сорта непросто. Гу, выращенные обычными учениками на тех материалах, что им доступны, обладают лишь средней боевой мощью.
Потому многие ученики Долины Ядовитых Насекомых, используя гу, ещё и помогают себе ядами в бою. Отсюда и название — Долина Ядовитых Насекомых.
Но для Чжао Хая все эти трудности были нипочём.
Ресурсы?
Ты шутишь?
Ресурсов у Чжао Хая было столько, что он уже не знал, куда их девать. Если бы у него не было пространственного склада, а склад не позволял бы складывать предметы стопками, ресурсов в его пространстве, пожалуй, уже негде было бы разместить.
Теперь же они как раз пригодятся для выращивания гу. Он верил, что его гу получатся невероятно сильными.
Чжао Хай сбросил в пространство гу бесчисленное множество ценных материалов и оставил гу-червей там на вольном выпасе. Когда они по-настоящему созреют, он заставит их сражаться между собой, а затем отберёт лучших и сделает их своими боевыми гу.
К тому же ему нужно было придумать способ вплавить гу в свой Канон Девяти Превращений Золотого Лотоса. В конце концов, именно Канон был основополагающей техникой Чжао Хая. Если отказаться от Канона и сосредоточиться лишь на развитии гу, это была бы потеря, не стоящая приобретения.
Потому лучшим решением было вплавить гу в Канон Девяти Превращений Золотого Лотоса.
Но вплавить живое существо в Канон Девяти Превращений Золотого Лотоса было непросто. Потому Чжао Хай пока не знал, с чего начать. Он решил постигать это постепенно, шаг за шагом, и посмотреть, как вплавить живое существо в технику.
И вот, пока Чжао Хай сидел в своей комнате и размышлял, как вплавить гу в Канон Девяти Превращений Золотого Лотоса, на телепортационной формации острова Кровавого Озера сверкнул белый свет.
В следующее мгновение на формации появился человек.
Он огляделся и направился прямо на остров Кровавого Озера.
Он был одет как литератор. Среди странствующих культиваторов такой наряд встречался нередко. Странствующие культиваторы одевались кто во что горазд. Одни — по собственному вкусу, другие — чтобы напугать окружающих, заставить их думать, будто у них есть какие-то необычайные средства.
Потому его наряд не вызывал удивления.
Этим литератором был Вэнь Лии.
Узнав о смерти Вэнь Лижэня, он всё уладил и тут же отправился на остров Кровавого Озера, чтобы разыскать Чжао Хая и проверить, не ушёл ли тот. Даже если Чжао Хай ушёл, он задействует силы Долины Ядовитых Насекомых, найдёт его и убьёт.
Он верил, что Чжао Хай ни за что не узнает о его существовании. Ведь его существование было тайной двух братьев. В этом мире, кроме них самих, о нём не знал никто.
Потому он не тревожился, что Чжао Хай может о нём знать. Он просто неспешно шёл вперёд.
Он знал Чжао Хая в лицо.
Ведь в той нефритовой табличке, что дал ему Вэнь Лижэнь, был изображён портрет Чжао Хая. Потому он его узнает.
На самом деле он знал всех, кого знал Вэнь Лижэнь. Ведь время от времени им приходилось меняться местами. Если бы он не знал кого-то из знакомых Вэнь Лижэня, это могло бы выдать их.
За столько лет у них уже вошло в привычку.
Он также знал, где живёт Чжао Хай. Потому быстро нашёл его жилище.
Он не знал, здесь ли ещё Чжао Хай.
Хотя ученики Долины Ядовитых Насекомых, погибая от чужой руки, оставляют на убийце нить своей ауры, чтобы другие ученики Долины могли отомстить, его удивило, что он не обнаружил на убийце этой ауры.
Потому он не знал, покинул ли тот остров Кровавого Озера.
А если покинул, это было бы весьма хлопотно.
Вэнь Лии подошёл к стойке гостиницы.
Хозяин тут же с улыбкой обратился к нему:
— Господин, желаете снять номер? У нас есть превосходные комнаты, чистые, бельё всё свежее, спать — одно удовольствие. На сколько дней желаете?
Хозяин гостиницы умел говорить, и его слова невольно вызывали симпатию.
Вэнь Лии с улыбкой ответил:
— Хозяин, вы любезны. Я ищу человека. Мы договорились встретиться с одним другом на острове Кровавого Озера и вместе отправиться на задание. Он говорил, что живёт здесь, но не знаю, не сменил ли он место. Взгляните, вот он.
С этими словами он взмахнул рукой и применил иллюзорное искусство, и перед ним возник образ Чжао Хая.
Хозяин, увидев Чжао Хая, с улыбкой сказал:
— Вы о господине Цзоу. Он живёт здесь уже несколько дней. Выходит, он вас ждал. Он в комнате номер три, корпус «Бин». Можете сами к нему подняться.
Хозяину было всё равно, правду говорит Вэнь Лии или нет — на острове Кровавого Озера они не смели устраивать драку. Иначе их ждала расправа секты Кровавой Бойни.
Потому хозяин прямо назвал номер комнаты Чжао Хая.
Услышав это, Вэнь Лии невольно обрадовался:
— Благодарю, хозяин. Позвольте откланяться.
С этими словами он направился вглубь гостиницы. Хозяин не придал этому значения и вернулся к своим счетам.
А Вэнь Лии пошёл прямо к корпусу «Бин». Вскоре он добрался до него, огляделся и быстро нашёл комнату номер три.
Затем он подошёл к двери и тихо постучал.
(Конец главы)