Выйдя из двора, Лу Юндэ обернулся к Чэн Ваньчуню, и на его лице отразилась зависть.
— Ваньчунь, ну и везучий же ты, парень. Я ещё раньше слышал, будто в нашей сокровищнице есть несколько магических инструментов, которые собственноручно выковал почтенный глава секты. Мощь у них огромная — кто заполучит, тот считай, что счастливчик. Но такие вещи зависят от судьбы. Столько времени прошло, никто не получал, и мы уже думали, что это выдумки. А оказалось — правда, да ещё и тебе досталось. Ну и везение у тебя. Ладно, не буду больше говорить. Пользуйся этим инструментом как следует.
Чэн Ваньчунь едва сдерживал радость.
— Да, глава, не беспокойтесь. Я обязательно буду усердно культивировать.
Лу Юндэ кивнул. Хоть он и завидовал Чэн Ваньчуню, дурных мыслей у него не было. Он знал: в пространстве запрещены личные стычки, а тем более убийство ради сокровищ. Осмейся он такое сделать — в следующее мгновение погиб бы сам. Потому он лишь позавидовал и ничего не предпринял.
Вернувшись в передний двор, Чэн Ваньчунь сразу пошёл в свою комнату. Там он взволнованно достал бронзовые пресс-линейки и принялся вертеть их в руках, не в силах оторваться. Лишь спустя долгое время он отложил их и взял нефритовую табличку, которую дал ему господин Сунь. Вложив в неё психическую силу, он замер.
В табличке оказалась техника. Она походила на «Песнь праведной ци», которую он изучал, но в некоторых местах отличалась. А если её хорошо освоить, мощь её будет куда выше, чем у «Песни праведной ци». И ещё одно было важно: эта техника была тесно связана с той парой пресс-линеек. Можно сказать, лучшим инструментом для неё были именно эти линейки. При хорошем освоении их мощь сильно возрастёт, а скорость культивации ускорится.
Чэн Ваньчунь несказанно обрадовался. Он сразу взял линейки и начал культивировать по методу из техники. Сначала нужно было поместить линейки в свой дух для питания, одновременно добавляя в них запреты, описанные в технике. Каждый шаг был расписан до мелочей, ошибиться было невозможно.
Начав культивировать, Чэн Ваньчунь обнаружил, что эта техника подходит ему даже больше, чем «Песнь праведной ци». В «Песни праведной ци» некоторые места шли не так гладко, а здесь всё было легко и естественно, словно техника была создана специально для него.
Незаметно прошёл ещё месяц. За это время сила Чэн Ваньчуня достигла третьего слоя Царства Применения Закона. Такая скорость была поразительной. Главное — он заметил: каждый раз, успешно добавляя в линейки очередной запрет, его скорость культивации возрастала. Это его изумляло.
Результат обрадовал Чэн Ваньчуня, и он стал культивировать ещё усерднее. Прошёл ещё месяц, и Чэн Ваньчунь находился в пространстве уже три месяца. Его сила достигла пятого слоя Царства Применения Закона. Хоть и казалось, что прогресс замедлился, на деле он не замедлился ничуть. Чем выше сила, тем медленнее культивация — ведь нужно накопить больше магической силы. За два месяца подняться с первого слоя Царства Применения Закона до пятого — это уже запредельная скорость. Потому Чэн Ваньчунь не только не разочаровался, а наоборот, пришёл в восторг.
Но через три месяца Чэн Ваньчуню пришлось взяться за задания. Не мог же он вечно только культивировать и ничего не делать. Потому он собрался и пошёл к Лу Юндэ. Он знал: раз он достиг такого уровня, нужно увидеться с Лу Юндэ, чтобы узнать, что делать дальше.
Подойдя к двери Лу Юндэ, он не успел постучать, как услышал голос:
— Ваньчунь пришёл, входи.
Чэн Ваньчунь отозвался, толкнул дверь и, войдя в гостиную, поклонился. Лу Юндэ поднялся с места и махнул рукой:
— Ладно, не церемонься. Ай да молодец, скорость культивации у тебя и впрямь отличная. Похоже, ты настоящий гений. Ладно, не буду говорить лишнего. Тебе пришло задание сверху. Это задание специально для тебя, посмотри.
Он протянул Чэн Ваньчуню нефритовую табличку.
Чэн Ваньчунь взял её, просмотрел содержимое и с удивлением посмотрел на Лу Юндэ:
— Глава, здесь не сказано, что за задание. Просто велено явиться к одному человеку. Что это значит?
Он и впрямь не понял.
Лу Юндэ с улыбкой ответил:
— Этого я не знаю. На деле, какое у тебя задание, я не знаю. Содержимое таблички я не смотрел, потому что это уже не в моей власти. Так что какое у тебя задание — не знаю. Иди, делай, как написано.
Чэн Ваньчунь хоть и недоумевал, но отозвался, взял табличку и ушёл.
Следуя указаниям таблички, он добрался до одной горной вершины. Там тоже был двор. Он приземлился у ворот и обнаружил, что двор самый обычный: ни таблички, ни названия, ни парных надписей — ничего. Это его озадачило.
Но он всё же подошёл к закрытым воротам и постучал по медному кольцу. Ворота со скрипом отворились. Какой-то адепт взглянул на него и негромко произнёс:
— Покажи табличку с заданием.
Чэн Ваньчунь тут же достал табличку и протянул ему.
Тот взглянул, кивнул и открыл ворота:
— Входи.
Чэн Ваньчунь вошёл. За воротами была небольшая площадь. Провожатый повёл его вглубь, вскоре они миновали площадь и подошли к комнате. Провожатый сказал:
— Входи. Скоро кто-нибудь придёт и объяснит, зачем вас сюда позвали.
Чэн Ваньчунь вошёл и замер: в комнате уже сидели несколько культиваторов. Они молчали. Обстановка комнаты напоминала гостиную Лу Юндэ, только больше и стульев больше. Ничего особенного.
Собравшиеся взглянули на Чэн Ваньчуня, но никто не заговорил. Он тоже молчал. Нашёл свободное место и сел, ожидая. Затем вошли ещё с десяток человек. В итоге Чэн Ваньчунь насчитал вместе с собой двадцать семь человек.
Пока он размышлял, из задних покоев вышел человек. На вид ему было меньше тридцати, лицо приветливое. Увидев собравшихся, он слегка улыбнулся:
— Все в сборе. Приветствую. Позвольте представиться: меня зовут Чжу Юн, я слуга молодого хозяина. Молодой хозяин — это наш глава секты.
Услышав это, все опешили, а затем тут же встали и поклонились Чжу Юну. Тот махнул рукой и, обведя всех взглядом, негромко произнёс:
— Не надо церемоний. Сегодня вы здесь потому, что вы люди судьбы. Все вы получили магический инструмент, выкованный молодым хозяином, и культивировали по его методу. Это хорошо. Именно поэтому у вас появился этот шанс. Надеюсь, вы им воспользуетесь и послужите молодому хозяину. Если же не хотите — можете уходить прямо сейчас.
Никто не сказал ни слова, никто не ушёл. Они уже вступили в Банду Призрачного Ветра. Заявить, что не хотят служить её главарю, которого здесь называли главой секты, означало бы искать смерти. Хотя они и находили странным, что главарь разбойничьей шайки называет себя главой секты, это было не их дело.
Чжу Юн взглянул на них и с улыбкой сказал:
— Хорошо, никто не ушёл. Значит, вы хотите служить молодому хозяину. А раз вы культивируете его технику, то, строго говоря, вы уже его ученики, внесённые в списки. Именно поэтому я вас и собрал. Вы — ученики, внесённые в списки, и потому должны знать, кто такой молодой хозяин. Многие из вас, наверное, удивляются: почему молодой хозяин, будучи всего лишь главой Банды Призрачного Ветра, требует, чтобы все звали его главой секты? Кто-то думает, не собирается ли он основать собственную секту, потому и велел так себя называть. А кто-то — что он просто хочет поднять свой статус. Думаю, многие так думали.
Чжу Юн говорил и смотрел на них. От его взгляда все переменились в лице, никто не смел заговорить, а некоторые невольно опустили головы.
Чжу Юн взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Не смущайтесь, это нормально. Я сегодня как раз об этом и хочу поговорить. Конечно, услышав это, вы уже не сможете покинуть Банду Призрачного Ветра, даже если захотите. Если попробуете уйти — только смерть.
Он всё ещё улыбался, но все, кто слышал его слова, изменились в лице. Они не считали, что Чжу Юн шутит. Его вид не располагал к шуткам. Улыбка на его лице заставляла всех чувствовать холод. Они ясно понимали: если они и впрямь захотят уйти, их ждёт только смерть. В этом они не сомневались.
(Конец главы)