Номер Один по-прежнему тупо стоял на месте.
Лишь свет в его глазах разгорался всё ярче.
Чжао Хай взглянул на него и невольно вздохнул.
— Ты обнаружил, что твою иньхуни питает железное дерево душ, и она может непрерывно расти. Ты обнаружил, что можешь управлять телом этого голема.
— А тело этого голема — обработанное железное дерево душ. Оно вообще не стареет и не портится. Даже если испортится, ты можешь заменить часть тела.
— Пока твоя иньхуни жива, ты бессмертен.
Он чуть помрачнел и медленно произнёс:
— Чего ищет культивация? Долголетия, бессмертия. А ты нашёл иной путь к бессмертию.
Тут Чжао Хай сделал паузу.
Он взглянул на Номер Один и продолжил:
— Твои собратья, вошедшие сюда вместе с тобой, хоть и обнаружили, что ты мёртв, но не слишком горевали. И на этого голема не обратили внимания.
— Так ты и жил под личиной голема.
— Поскольку ты голем, а секта Божественного Механизма как раз делает големов, никто не обращал на тебя внимания. Ты мог даже подслушивать разговоры старейшин и узнавать секреты каждого.
— Однажды ты обнаружил, что старейшины собираются покинуть это место и увести с собой всех. Все големы тоже должны были уйти.
— Ты испугался.
— Ты голем, но всего лишь голем, к тому же без боевой мощи. Ты не смел показать, кто ты есть, потому что тогда старейшины секты могли бы тебя разобрать и хорошенько изучить.
— Здесь нет распрей, и всем плевать на тебя. Но стоит выйти наружу — а там много людей, и кто-нибудь непременно заметит, что с тобой что-то не так.
— Ты не хочешь уходить отсюда. Здесь для тебя безопасно.
— Ты не хочешь уходить, но старейшины хотят. Они хотят возродить секту Божественного Механизма.
— Это противоречие.
— У тебя не было другого выхода. В конце концов ты решился: раз уж начал, так доводи до конца — и просто убил всех.
— А как ты их убил — это слишком просто. Ты голем, никому не нужный голем. Убей ты их — никто бы тебя не заподозрил.
— И ты начал убивать. Убил всех.
— Ты убил всех. Но, оставшись один, ты почувствовал скуку. И хотя ты стал големом, тебе всё ещё хотелось хоть немного удовольствий.
— Потому ты начал строить механизмы.
— Этот город, механизмы в нём и за его пределами, даже эти дома — всё это, должно быть, построил ты?
— А как ты их строил — слишком просто. Ты создал обычных големов и заставил их строить город и механизмы. Ты ведь иньхуни, ты не устаёшь. И големы не устают.
— Так город и все эти механизмы внутри и снаружи постепенно были построены.
— Эти механизмы хоть и таят в себе смерть, но очень красивы. Красота не только обманывает, но и услаждает взгляд — можно любоваться ею как пейзажем. Так тебе не так скучно.
— Но ты так и не смел покинуть это место. Потому что здесь твой мир, твоя крепость.
— Однако потом сюда ворвались люди.
— Хоть они и погибли от механизмов, это породило в тебе чувство опасности.
— Потому ты наверняка построил здесь немало боевых големов?
— И глаза твои всё время мигают. Не только потому, что ты думаешь или волнуешься. Ты зовёшь, зовёшь големов на защиту. Верно?
— По логике, такой, как ты, должен был бы спрятаться в безопасном месте, в тени, и смотреть, как пришельцы один за другим гибнут в механизмах.
— Но ты слишком долго был один. Тебе скучно, и ты хочешь с кем-нибудь поговорить.
— К тому же никто не заподозрит деревянного голема без боевой мощи.
— Вот ты и идёшь рядом со мной, и я не подозреваю тебя. Честно говоря, если бы я не почувствовал в тебе силу иньхуни и не обнаружил, что здесь огромная формация, я бы тебя и вправду не заподозрил.
— Кто ж знал, что ты деревянный голем без боевой мощи.
Чжао Хай говорил и смотрел на Номер Один.
А свет в глазах Номер Один разгорался всё ярче.
В этот момент Чжао Хай также ощутил — вся великая формация пришла в движение.
Хоть он и находился на краю формации, он уже чувствовал её мощь.
И ещё он чувствовал, что бесчисленные големы спешат сюда.
Чжао Хай ничуть не удивился.
Он взглянул на Номер Один и произнёс:
— У тебя бесчисленные слуги, но сам ты очень слаб. Неужели ты думаешь, что на таком близком расстоянии от меня у тебя есть шанс сбежать?
— Я знаю, что это край великой формации. Знаю, что у неё есть эффект формации иллюзий.
— Но разве ты не подумал: если я смог обнаружить эту формацию и понять, для чего она, неужели я буду её бояться?
— Неужели ты думаешь, что с твоими нынешними способностями сможешь уйти от меня?
— Даже если придут те големы, что толку? Ты в моих руках — разве они посмеют напасть?
— Потому советую не делать глупостей. Иначе не пеняй на меня.
— Без твоего управления сколько силы останется у этой формации? Сколько боевой мощи у тех големов?
Пока Чжао Хай говорил, бесчисленные големы уже окружили его.
Все они неотрывно смотрели на Чжао Хая. Оружие в их руках было нацелено на него, словно они готовы были напасть при первой же оплошности.
Големы были разными. Низкие — не выше чи, похожие на человечков с короткими клинками, двигались беззвучно. Высокие — в десять с лишним метров, с тяжёлым оружием вроде огромных молотов и топоров.
Но больше всего Чжао Хая поразило то, что среди этих големов было немало таких, что выглядели как люди — живые люди.
У них была румяная кожа, они носили одежду, держали магические инструменты. Хоть взгляд и был тусклым, но выглядели они совсем как живые.
Увидев этих големов, Чжао Хай сильно переменился в лице.
Затем он обернулся к Номер Один и произнёс:
— Не думал, что у тебя настолько жестокое сердце. Даже своих наставников и старших ты превратил в големов.
— Какое жестокое сердце.
— Похоже, став деревянным человеком, ты и сердцем совсем очерствел, верно?
— Ха-ха-ха-ха, хватит нести чушь!
Номер Один наконец заговорил.
Голос его оставался таким же жёстким и деревянным. Но слова звучали нагло.
Однако в этом жёстком, безжизненном голосе они звучали невероятно странно.
— Говорю тебе, ты не можешь меня убить. Убьёшь меня — и сам сегодня непременно погибнешь здесь.
— Подумай, чего тебе цепляться за своё нынешнее состояние? Лучше стань таким, как я.
— Здесь никто не смеет вмешиваться в мои дела, и никто не может. Пока я в этом теле, я бессмертен.
— Чего ищет культиватор? Разве не бессмертия?
Чжао Хай взглянул на Номер Один и чуть улыбнулся:
— А ты доволен собой. Это результат самовнушения?
— Я хочу бессмертия. Но я хочу бессмертия как человек, а не превращаться в кусок дерева.
— Если бы мне пришлось стать таким, как ты, я предпочёл бы немедленно умереть.
Номер Один холодно фыркнул:
— Не говори ерунды. Бесполезно.
— Посмотри на моих собратьев. Даже если бы я их не убил, многие ли дожили бы до сих пор?
— А я вот дожил. Разве это не то бессмертие, к которому мы стремимся?
— Вы, люди, день за днём носитесь туда-сюда, отбираете силой — разве не ради долголетия?
— А я достиг этого с лёгкостью. Разве это плохо?
Глядя на это круглое, простодушное лицо, Чжао Хай и вправду не мог улыбнуться.
Слыша, как он произносит эти слова жёстким, плоским голосом, Чжао Хай ещё больше не мог понять.
Он вздохнул:
— Не знаю, что думают другие. Но я думаю иначе.
— Я живу так долго потому, что хочу побывать в других местах, увидеть более прекрасные пейзажи, посмотреть на иные миры — чем они отличаются от этого.
— И ещё я хочу увидеть, что скрывается за всеми этими слоями миров.
— Когда-нибудь, дойдя до последней двери, я хочу заглянуть за неё и узнать, кто всё это время вершит наши судьбы.
— Бессмертие — это прекрасно, если рядом любимые. Но если потерять любимых, потерять всё — зачем тогда бессмертие?
— Ха-ха-ха, смешно, просто смешно!
— Если ты не бессмертен, на что ты будешь смотреть другие миры? Что толку смотреть на них? Бесполезно!
— Лучше уж наслаждаться жизнью здесь. Останься здесь, а?
— Останься, и я сделаю тебя таким же. Тогда мы оба обретём бессмертие.
— Распри внешнего мира больше не будут нас касаться.
Чжао Хай взглянул на Номер Один, покачал головой и вздохнул:
— Ладно. Такой жизни, как твоя, я не хочу.
— Потому прости. Я тоже не могу позволить тебе так жить.
— Хоть это, возможно, и жестоко. Но выбора нет.
— Потому что если я тебя не убью, ты непременно убьёшь меня.
— Хоть ты сейчас и говоришь красиво, я знаю: ты меня убьёшь. Верно?
— Не убью.
— Если ты уйдёшь отсюда и больше никогда не вернёшься, я тебя не трону.
— Потому что я знаю: вход в эти заповедные земли позволяет войти только культиваторам ниже Царства Выплавления Закона.
— Когда-то, обнаружив эти заповедные земли, наша секта Божественного Механизма узнала об этом. Позже мы построили здесь свою телепортационную формацию, чтобы мастера уровня Владыки острова и выше могли входить и выходить.
— Стоит тебе уйти, и если другие войдут, я не выпущу их.
— А мы с тобой впредь не будем пересекаться. Как тебе?
— У нас и не было конфликта интересов. Давай каждый уступит.
— Ты пришёл сюда всего лишь за наследием. Наследие секты Божественного Механизма я могу тебе отдать. Ну как?
Чжао Хай взглянул на того голема и вздохнул:
— Всему, что ты сказал, я верю.
— Но я, право, не могу согласиться.
— Потому что это место приглянулось нашей секте Кровавой Бойни.
— Знаешь секту Кровавой Бойни? Изначально я не собирался задерживаться в ней надолго. Но теперь я решил как следует послужить ей.
— Так что это место я хочу забрать.
— Потому ты не можешь здесь остаться.
— Прости.
— Впрочем, ничего. Теперь я могу даровать тебе бессмертие другим способом.
— Право, куда лучшим, чем твоё нынешнее.
С этими словами Чжао Хай взмахнул рукой.
И Номер Один просто исчез.
(Конец главы)