Остров Кровавого Ястреба — остров средней величины на западной линии обороны. Прежде им управлял культиватор Царства Выплавления Закона; поскольку остров был немаленьким и стоял как раз на западной линии, после слияния островов он стал средним.
Сейчас на острове Кровавого Ястреба разворачивалось большое сражение. Наступала секта Кровавой Бойни, оборонялся союз Тринадцати семей. Пань Цяньлун стоял на острове и смотрел на атакующих учеников секты Кровавой Бойни. Защитная формация острова уже была разорвана, ученики секты Кровавой Бойни яростно били в прореху, ученики союза Тринадцати семей отчаянно её затыкали — и обе стороны застыли в равновесии.
Чжао Хай спокойно наблюдал за ходом боя. Затем взмахнул рукой, подозвал Чан Цзюня и заговорил:
— Чан Цзюнь, ты командуй здесь наступлением на остров Кровавого Ястреба. Я с отрядом Кровавых Призраков пойду на остров Кровавой Чистоты. Если возьмём его, вся наша операция окупится с лихвой.
Остров Кровавой Чистоты, о котором говорил Чжао Хай, был одним из пяти крупнейших островов западной линии обороны секты Кровавой Бойни. Последним по значимости, но всё же куда больше обычных. Взять его означало бы контролировать четыре из пяти крупнейших островов западной линии, оставался лишь остров Кровавой Горы. Это стало бы сокрушительным ударом по духу войска союза Тринадцати семей.
Но Чан Цзюнь встревожился:
— Командующий, сегодня эти люди союза Тринадцати семей ведут себя слишком странно. Раньше в такой ситуации они давно бы отступили. А сегодня не отступают — дерутся насмерть. Что-то тут не так.
Чжао Хай произнёс:
— Я тоже это чувствую. Скорее всего, это и есть тот замысел союза Тринадцати семей, о котором я говорил. Но чем больше это так, тем нужнее действовать. Я хочу, чтобы они пустили в ход все свои средства. Только тогда мы сможем с ними разделаться. Если они не покажут своих средств, мы так и не узнаем, как они собираются с нами бороться, — а это для нас плохо. За отряд Кровавых Призраков не беспокойся: у каждого по сотне големов. А вот вы — хоть у вас и големы, врагов немало, будьте осторожны. Если станет совсем тяжело, разрешаю отступить, не спрашивая меня. Понял?
Чан Цзюнь отозвался. Чжао Хай кивнул, сложил магический знак, вновь образовал мудру внешней связи и громко произнёс:
— Цзе!
С этими словами позади всех появился точь-в-точь такой же Чжао Хай с таким же большим мечом, а настоящий Чжао Хай с мечом исчез.
.....
В следующий миг Чжао Хай уже был в Кровавом море у острова Кровавой Чистоты. Сначала он послал расу Иных разведать обстановку на острове. Остров был большим, там стояло пятьдесят тысяч защитников, защитная формация открыта, все ученики настороже, видом своим они напоминали тех, кто ждёт грозного врага. Ничего подозрительного не замечалось.
Чжао Хай чуть улыбнулся. Ему хотелось посмотреть, какие средства пустит в ход враг. Он двинул рукой, выпустил множество Иных, велев им следить за окрестностями острова. И повёл большой меч прямо из Кровавого моря.
Едва они вылетели из моря, как их сразу заметили на острове. Реакция была необычной: никакой паники. Главарь отправил письмо, все достали магические инструменты, готовясь к бою. И что показалось Чжао Хаю странным — они выпустили и нескольких големов, отбитых прежде у секты Кровавой Бойни, словно готовились драться насмерть.
Чжао Хай не придал этому значения, но в глазах мелькнуло возбуждение. Из их необычного поведения он заключил: здесь может случиться нечто важное. Потому не стал церемониться — мысленно двинул меч, и тот обратился в великана. Великан ухватил защитный барьер острова и разодрал его. Затем просунул голову в прореху, а тело его обратилось в поток воды и влилось на остров.
Но в этот миг культиватор, управлявший формацией на острове Кровавой Чистоты, вдруг закрыл защитную формацию. Всё, что Чжао Хай делал прежде, обратилось в пустой труд. И тут ученики на острове с криком ринулись на Чжао Хая.
Чжао Хай чуть улыбнулся. Меч, вновь обратившись в великана, разинул пасть, и из неё хлынули ученики, выпуская големов. В этот миг Чжао Хай почувствовал весть от Иных: за пределами острова замелькали бесчисленные белые вспышки. В них появились бесчисленные ученики союза Тринадцати семей. И сразу, во главе с культиватором в небесно-голубом одеянии учёного, ударили им в тыл.
Чжао Хай давно этого ждал и громко произнёс:
— Собирайтесь, выпускайте големов!
Это был условный сигнал, о котором он договорился с отрядом Кровавых Призраков. Едва он это скажет, как те собираются вокруг него и выпускают големов.
У каждого было по сотне големов, а их десять тысяч — значит, миллион големов. Число невообразимое, заполонившее всё. И Чжао Хай с людьми стоял в самой середине этой армии.
Едва они выпустили големов, ученики союза Тринадцати семей остановились. Затем тот культиватор в небесно-голубом, стоя на небесно-голубом облаке, спокойно взглянул на Чжао Хая и громко произнёс:
— Впереди Чжао Хай? У вас нет пути к отступлению. Сдавайтесь. Наш глава секты вами восхищается. Сдадитесь — он возьмёт вас в внесённые в списки ученики. Как вам?
Это был, разумеется, И Сюаньмин. А секта, о которой он говорил, — та, чей глава звался первым мастером Предела Кровавого Моря, Старец Ши Мо. Но Чжао Хай не знал, кто он такой. И Сюаньмин всё время держался в тени, даже в союзном войске не занимал должности. К тому же он был малоизвестен, потому в секте Кровавой Бойни о нём не было сведений, и никто не знал, кто он.
Чжао Хай с любопытством взглянул на И Сюаньмина и произнёс:
— Кто ваш глава секты? Я ученик истинной передачи, а меня берут лишь в внесённые в списки — это как-то несерьёзно.
Он так сказал, не опасаясь, что отряд Кровавых Призраков что-то заподозрит. Эти люди были ему верны и не могли подумать, что он и вправду сдастся.
И Сюаньмин чуть улыбнулся:
— Чжао Хай, вы шутите. Разве ученик истинной передачи сравнится с внесённым в списки учеником его преподобия? Слово его преподобия значит немало даже для вашего главы секты. Его почтенное имя мне неудобно называть.
На словах «его преподобие» он особо выделил «преподобие», и Чжао Хай сразу понял, о ком речь.
Чжао Хай взглянул на него:
— Вы о том старце? Не думал, что вы из той секты. Вам не следовало в это ввязываться. Пусть сейчас вы нас окружаете, но думаете ли вы, что победите? Если считать по числу, вроде бы у нас больше?
Чжао Хай не ошибался. На острове Кровавой Чистоты стояло пятьдесят тысяч, а ударившее в тыл войско — чуть больше ста тысяч. Вместе около двухсот тысяч. А у Чжао Хая одних големов миллион. В таком положении он не боялся и сдаваться не собирался.
И Сюаньмин чуть улыбнулся:
— Вы шутите. Мы ведь тоже добыли несколько големов. Не думаете же вы, что мы их не изучали?
Он помолчал:
— Мы обнаружили, что эти големы просты в изготовлении, а большинство формаций у них снаружи. Возможно, для удобства, но это дало им явную слабость — формации. Раз они снаружи, то и справиться с големами проще. Взгляните на это.
Он перевернул руку, и в ней появилась талисманная бумажка. Обычная на вид, ничем не примечательная. Чжао Хай удивился: он такой не видел.
И Сюаньмин, заметив его выражение, улыбнулся:
— Похоже, вы не знаете эту бумажку. Неудивительно: прежде она была бесполезна, и видели её немногие. Сегодня скажу вам: это блокирующая бумажка. У неё одно назначение — разрушать формации. Но слишком сильные формации ей не по зубам. Главное её свойство — прерывать передачу энергии между формационными символами. А у сильных формаций передача энергии столь мощна, что прервать её невозможно. Потому её и используют редко. Но против этих големов она идеальна. Мы испытали — работает.
Он улыбнулся:
— Ну что, Чжао Хай? Мы изготовили немало таких бумажек. Не сдадитесь — выпустим их, и ваша армия големов станет бесполезной. Тогда не пеняйте.
Услышав это, Чжао Хай переменился в лице. Он и не думал, что в Пределе Кровавого Моря есть такая бумажка. Он прекрасно понимал: если И Сюаньмин говорит правду и она прерывает передачу энергии между символами, то против големов она и вправду действенна.
Но он всё же произнёс:
— Показали несколько бумажек и думаете, что напугаете меня? Не мечтайте. Хочу посмотреть, сработают ли они. В атаку!
С этими словами Чжао Хай взмахнул рукой, и ученики отряда Кровавых Призраков направили големов на И Сюаньмина и его людей.
(Конец главы)