В озере на этой горе Линь основала базу — она располагалась в основном на дне озера и служила для изучения местных существ, особенно для исследования «электричества».
Сейчас на дне озера Линь возвела «клетку» из панцирного вещества и заперла в ней Сияющего Угря, непрерывно его изучая. Линь держала Сияющего Угря в состоянии, похожем на кому, но напрямую подавала питательные вещества в его клетки, чтобы он не погиб — так можно было наблюдать за деятельностью клеток внутри его тела.
Линь обнаружила, что в мясистых пластинах тела Сияющего Угря, способных вырабатывать разряд, находится множество дискообразных клеток. Эти дисковидные клетки способны накапливать электрическую энергию и связаны с нервными волокнами: стоит поступить нервному сигналу, как они выдают электрический удар.
Эти клетки-накопители очень похожи на клетки мозга — обе обладают способностью высвобождать энергию. Линь изначально полагала, что это нужно лишь для передачи сигналов клеткам всего тела, но, оказывается, при достаточной силе такой разряд способен ещё и атаковать.
У Линь не было мозговых клеток, и подражать подобным клеткам, возможно, было бы очень трудно. Но Линь уже когда-то создавала касту Мозгочтецов — хотя сами Мозгочтецы не умели вырабатывать электричество, в их теле имелись клетки особого строения, способные принимать сигналы, испускаемые мозгом, и расшифровывать их назначение.
Хотя узнать мысли других существ по-прежнему было невозможно, Мозгочтец после долгих исследований уже научился анализировать большую часть сигналов, которые мозг других существ посылает телу.
А значит, он способен «расшифровывать» электричество — и если Линь захочет создать электричество сама, это будет не так уж и трудно.
Источником электричества наверняка служит пища: тело живого существа состоит из того, что оно съедает, и всё, что есть внутри него, получено из пищи.
В процессе исследования Линь с помощью клеток Мозгочтеца создала несколько крошечных сенсорных органов, чтобы улавливать электрический ток внутри клеток. Линь обнаружила, что электричество, похоже, есть почти во всех клетках — даже у безмозглых существ оно используется во множестве целей, обычно для раздражения. На деле электричество оказалось явлением весьма распространённым.
Но чтобы создать электрический ток такой силы, что он способен убить, до сих пор Линь видела на это способным лишь Сияющего Угря.
Линь нужно было лишь выяснить, каким именно образом Сияющий Угорь запасает «электричество» — и тогда очень скоро она сама сможет выдавать разряды не хуже него.
Линь также заметила, что порой электричество не проходит через некоторые вещества, вроде отдельных видов панцирного вещества. Линь нашла немало подобных материалов, каждый из которых так или иначе препятствовал прохождению тока.
Так что же такое «электричество»? Линь предполагала, что это, возможно, некое явление скопления в больших количествах чего-то ещё меньшего, чем клетка, ещё меньшего, чем вирус.
Линь не могла увидеть, какова их изначальная форма в самом мелком масштабе, а до тех пор, пока не увидит их истинный облик своими глазами, она не станет делать окончательных выводов. Впрочем, пока достаточно было и знания об их эффекте.
К тому же клетки обладали способностью управлять этими «штуковинами».
Линь заставила часть клеток учиться накапливать электрическую энергию и формировать дисковидную структуру наподобие клеток Сияющего Угря — она собиралась вывести совершенно такие же клетки, способные разряжаться.
Линь не могла напрямую управлять эволюцией клеток, но, подобно тому как она собирала панцирное вещество по кусочкам, она была способна ощущать различные вещества внутри тела клетки и комбинировать или изменять их.
Этот процесс обещал быть довольно долгим, но Линь полагала, что он не займёт больше времени, чем в своё время ушло на освоение фотосинтезирующих клеток.
Электричество могло служить и для других занятных дел — например, для управления другими существами, а не только для атаки.
Пока шло исследование электричества, Линь начала изучать и ещё одну вещь — тот круглый камень на дне озера.
Круглый камень достигал десяти метров в диаметре. Поверхность у него была очень гладкой, совсем не похожей на обычный камень. К тому же его охранял Сияющий Угорь. Когда Линь принялась изучать внешнюю сторону камня, она ничего особенного не обнаружила — никаких спрятанных внутри детёнышей там тоже не было.
Поэтому Линь решила раздробить этот камень, чтобы посмотреть, нет ли внутри чего-то особенного.
Для этого Линь создала касту под названием Расщепители: хотя тела их были мелкими, они способны были проточить даже такой прочный камень.
Для разных материалов требовались разные растворяющие жидкости, и сейчас в арсенале Линь имелось достаточно видов растворяющей жидкости, способных растворить весьма многое.
Линь наблюдала, как камень понемногу растворяется, но так и не увидела внутри скалы ничего спрятанного. Когда вся скала была полностью уничтожена, на том месте, что раньше было придавлено камнем, обнаружилась пещера диаметром чуть больше двух метров.
Линь показалось это странным: если бы Сияющий Угорь прятал внутри детёнышей, он всё равно не смог бы сдвинуть эту скалу.
Пещера, судя по всему, была очень глубока — свет Фонаря Линь не доставал до дна, и возникало ощущение, будто она ведёт куда-то глубоко в недра земли.
Наверное, стоило заглянуть туда.
Левиафан вплыл внутрь пещеры. Стены этой пещеры, похоже, были образованы скальной породой — на ощупь довольно гладкой, и внутри не было ни одного живого существа. После того как Левиафан проплыл вглубь на несколько десятков метров, Линь заметила, что впереди туннель, изначально шедший вертикально вниз, начал изгибаться вверх, затем резко сворачивал влево, потом вправо — направление всего прохода становилось всё более странным.
Неужели Сияющий Угорь охранял именно этот странный проход? Линь никак не могла этого понять.
Внезапно Линь заметила, что впереди пещера расширяется, и путь начинает идти строго вверх.
Полная недоумения, Линь двинулась вплавь наверх, но не проплыла и немного, как обнаружила, что дальнейший проход завален огромной кучей камней.
Разобрать завал казалось делом весьма хлопотным — что ж, придётся заняться этим не спеша.
Линь отправила Левиафана обратно, а тех Расщепителей, что растворяли скалу раньше, направила в эту пещеру.
Левиафан вернулся на дно озера, а Линь продолжила исследование электрического тока.
Расщепители уже растворили немало камней, но позади оставалось ещё огромное количество породы — казалось, ей не будет конца. Камней было настолько много, что Линь недоумевала, как они вообще там оказались нагромождены. Разбор завала обещал занять очень долгое время, к тому же приходилось то и дело подвозить питательные вещества туда и обратно, что было весьма хлопотно, поэтому продвижение в раскопках шло довольно медленно.
Впрочем, внимание Линь теперь было занято уже не этим.
Исследование накопления электрического тока продвигалось успешно, но вот с высвобождением электричества возникли кое-какие проблемы: Линь заметила, что порой выпущенный разряд отскакивал обратно, порой высвобождение не удавалось вовсе, а с тем, как заставить несколько клеток разряжаться совместно, тоже возникли трудности.
Впрочем, эти проблемы должны были решиться довольно легко.
Пока Линь занималась исследованиями, Левиафан всё это время оставался на дне горного озера, и путешествие как бы застыло на месте, но при этом все базы Линь продолжали развиваться.
Базы Линь теперь стали в некотором роде «возвращаться к истокам»: они больше не разворачивали Зелёный Ковёр, а вместо этого выращивали Репродуктивный отсек и создавали касты для охоты на других существ. Среди этих каст была одна под названием «Сеятель» — она искала подходящие места, чтобы разместить Зелёный Ковёр. При этом Зелёный Ковёр Линь теперь не расстилался по земле, как раньше, а принял форму зонта на длинной ножке — так называемый «Ковёр-зонт»: он занимал меньше места и мог быть размещён во множестве мест.
Внутри Родного Древа база Линь уже заняла центральную часть внутреннего пространства, а некоторые касты были направлены на кору дерева, чтобы высадить там «Ковры-зонты». Линь также разобралась в устройстве водопадной системы этого дерева: вода и вправду шла от озера на вершине к озеру в центре, а затем изливалась водопадом из дупла внизу. По какой-то неведомой причине крона Родного Древа всегда собирала огромное количество водяного пара — именно поэтому озеро не иссякало.
А на базе у солёного озера Линь тоже разместила множество Ковров-зонтов. Здесь Ковры-зонты попутно выполняли функцию фильтрации солёной воды, из-за чего множество существ постепенно начали перебираться жить в это место.
Ацтекские Жуки тоже не проявляли признаков наступления, поэтому и Линь не нападала на них первой — она лишь наблюдала за их деятельностью, которая в целом оставалась такой же, как и прежде. Песчаный Автобус по-прежнему плавал в пустыне: помимо перемещений между несколькими своими территориями, он иногда забирался в очень далёкие места, но почти никогда не приближался к Скрюченным Джунглям.
Линь так и не поняла, почему они не желают занять Скрюченные Джунгли, но решила, что это, впрочем, неплохо — всё вокруг постепенно становилось мирным...
Мир, казалось бы, должен был наводить на Линь скуку, но это ощущение отсутствия борьбы, отсутствия угрозы тоже было по-своему приятным.
Так, в развитии Линь, время медленно текло дальше...
Линь заметила, что с течением долгого времени в Скрюченных Джунглях постепенно начали происходить удивительные изменения.
Листья Скрюченных Деревьев представляли собой широкие листья шириной более метра, но в последнее время они начали медленно сворачиваться. Эти перемены в листьях сказались и на других существах: Линь заметила, что большинство членистоногих начали рыть норы и переходить к норной жизни — они как будто собирались все спрятаться, к тому же запасали огромное количество еды.
А затем листья Скрюченных Деревьев постепенно начали менять цвет. Сперва Линь подумала, что это дело рук какого-то грибка или чего-то подобного, но после исследования выяснилось, что со Скрюченными Деревьями всё в порядке — это было их собственное решение.
Прежде часто встречавшихся существ тоже стало заметно меньше: большинство пресмыкающихся уже давным-давно попрятались, и лишь немногие существа продолжали вести обычный образ жизни.
Гораздо больше существ пребывало в состоянии бешеной активности — Линь видела, как они куда усерднее обычного собирают пищу и охотятся, а некоторые были заняты рытьём нор. Земля начала покрываться толстым слоем опавших разноцветных листьев.
Даже сообщество Мозговых Червей начало запасать пищу и рыть глубокие тоннели под скалистой горой, при этом сократив производство Пехотинцев.
У Линь возникло ощущение, будто надвигается какое-то бедствие — только бедствие способно заставить всех существ действовать сообща. А Мозговые Черви сказали об этом так: «Кристаллы падают, живое прячется, засыпает, приближается».
Кристаллы? Падают с неба?
Линь сперва действительно решила, что Мозговые Черви говорят о том, что с неба будут падать кристаллы. Но позже, когда Линь при помощи Демонстратора вновь обменялась информацией с Мозговыми Червями, она поняла, что те имели в виду лёд — слово, которым они описывали лёд, звучало точно так же, как слово, обозначающее кристаллы.
Но... лёд, падающий с неба?
Пожалуй, это было не так уж невозможно — вон сколько облаков в небе, а все они состоят из воды, и вполне может так случиться, что она замерзает.
Если такие огромные облака замёрзнут и рухнут вниз, это может обернуться серьёзным бедствием. И в самом деле, Линь чувствовала, что температура вокруг постепенно понижается — даже бури в пустыне стали не такими знойными, как прежде.
Так не следует ли к чему-то подготовиться?
Но Линь так ничего и не стала готовить — она лишь тихо ждала, наблюдая, что же произойдёт дальше.