— Одноклассница Вероника, здесь ведь немного жарко, не так ли?
Высокое здание возвышалось над землёй, и Вероника Линь вместе с Билу смотрели с него вниз, на землю.
Внизу движение транспорта по-прежнему было плотным, но эршиан на улицах стало намного меньше.
Потому что температура здесь, по меркам эршиан, уже приближалась к сорока градусам.
Эршиане не выдерживали внезапной жары и один за другим прятались в более прохладных местах.
Многие эршиане, кому приходилось работать, всё же тащились под палящим солнцем.
Это и правда было ненормально, как и сказал Билу.
Хотя на Эрше сейчас имелись смена сезонов и колебания температуры, все глобальные изменения обычно держались в стабильных пределах и никогда не достигали крайностей.
Например, в том районе, где сейчас находилась Линь, в это время года температура должна была составлять чуть больше двадцати градусов — никак не такая высокая.
На деле дело обстояло ещё серьёзнее: стоило включить переносное устройство отображения, как можно было увидеть множество новостей, сообщающих об аномалиях климата по всему миру — где-то стояла страшная жара, где-то — жуткий холод. Эршиане, и без того недавно немало напуганные, снова впадали в панику.
Климат Эрша в основном контролировался самим Эршем.
Поскольку Эрш сейчас находился не в родной звёздной системе, а путешествовал по пространству, то, если бы он не занимался регулировкой, температура и климат всего мира не позволили бы существам нормально жить.
Причина нынешних климатических аномалий была лишь одна — Эрш перестал заниматься стабильной регулировкой.
— Прошу вас, скажите хоть что-нибудь! Почему так происходит! Сейчас по всему миру творятся аномалии! Вы ведь что-то знаете, верно? Это вторжение врагов?
Это происходило внутри здания, если точнее — в одной из комнат на верхнем этаже.
Аватар Эрша, то есть Но, сидел в кресле в центре комнаты, а вокруг него толпилось немало эршиан.
Когда в мире случились аномалии, первое, о чём они подумали — отправиться к «опорному пункту» Но. На самом деле таких пунктов было несколько, и это здание было одним из них.
Однако, найдя Но, они не получили никакого ответа на свои вопросы.
Но он и не впал в забытьё или что-то подобное — просто смотрел на эту толпу эршиан с холодным, безразличным выражением.
— Климатические аномалии уже привели к немалым жертвам! Неужели вы совсем ничего не скажете? — один из наиболее взволнованных эршиан подошёл поближе к Но, но стоило ему приблизиться на расстояние метра, как его с грохотом отбросило назад, и он врезался в стену.
— Умер — значит умер, — заговорил тут Но. — Не стоит внимания.
— Что с тобой такое! — воскликнул Билу, всё это время стоявший на лестничной площадке и наблюдавший за происходящим, пока остальные эршиане замерли в шоке. — Ты ведь не такой!
Хотя Билу и Но общались не так уж много, но после недавних совместных «сражений плечом к плечу» отношение Билу к Но было довольно тёплым.
Особенно с тех пор, как Линь рассказала Билу, что Но — то есть Эрш — очень заботится о живых существах на своём теле, включая самих эршиан.
Но снова погрузился в молчание, ничего не отвечая.
Остальные эршиане, напуганные тем, что случилось только что, не смели заговорить; лишь несколько из них тихонько переспросили ещё раз, но Но не отреагировал.
— Простите...
В этот момент Линь заметила, что один из эршиан подошёл ближе и обратился к Веронике Линь: — Вы... вы что-нибудь знаете?
Эти эршиане не знали, кто такие Вероника и Билу, но не раз видели, что когда они встречали Но, Вероника оказывалась рядом с ним.
Поэтому эти эршиане решили, что Вероника — весьма важная персона.
— Ему больше нет до вас дела, — сказала Вероника. — Пока не до конца ясно, почему, но раньше он очень заботился о вас, да и почти обо всех живых существах на своём теле.
— Сейчас его интерес к вам резко упал, — продолжила Вероника. — Пока он не восстановится, возможны огромные жертвы. Будьте готовы к этому.
— Но... — спросил один из эршиан, — почему так? Это как-то связано с тем, что произошло раньше?
— Весьма вероятно, — ответила Вероника. — Но точная причина сейчас выясняется.
— И сколько ещё продлится выяснение? Есть какие-то зацепки? Что мы можем сделать? Вы правда говорите правду?
Тут вокруг них собралась целая толпа эршиан и принялась засыпать их вопросами без остановки.
Линь показалось, что поговорить с ними тоже довольно любопытно, поэтому она ответила на кое-какие вопросы, хотя содержание её ответов мало отличалось от прежнего.
Теперь Линь подумала, что, возможно, план Распорядителя и правда сработал.
Эрш вступил в состояние своего рода «примитивизации».
Об этом Линь узнала из некоего места внутри Единственного Моста, которое можно было назвать Архивом данных.
Там хранились кое-какие записи о первозданном состоянии Автобусов.
«Современный Автобус» вполне может быть подвергнут примитивизации.
Но чтобы примитивизировать его, необходимо сначала отделить от него его мыслящее сознание.
Как Линь уже знала прежде, у Автобуса имеется как бы два вида сознания: один существует в Энергии Телепортации, то есть в тех мельчайших раздробленных пространствах.
А второй — это сознание, находящееся в его изначальной нервной системе.
Конечно, оба этих сознания синхронизированы, и потому их можно считать одним целым.
Если отделить сознание, содержащееся в Энергии Телепортации, то на самом Автобусе это почти никак не скажется — его память и мышление останутся в порядке.
Но по этой причине он вполне может подвергнуться примитивизации.
Эта примитивизация не означает, что снижается интеллект как таковой, — меняется скорее образ мышления и мировоззрение.
Вообще говоря, Звёздный Автобус обычно очень дорожит существами на своём теле.
Хотя они и не относятся к этим существам с любовью, как к собственным потомкам, но обычно воспринимают их как своё изысканное творение, произведение искусства.
Это «произведение» включает в себя всю экосистему целиком — рождение и гибель всех живых существ тоже часть этого «произведения».
Речь идёт не о каком-то отдельном виде существ или отдельной цивилизации.
Конечно, встречаются и такие Автобусы, которые по-настоящему искренне любят какой-то конкретный вид существ на своём теле.
А после примитивизации Автобус постепенно перестаёт обращать внимание на эти экосистемы.
Как будто утрачивает к ним всякий интерес и больше не желает о них заботиться.
Когда наступает такое состояние, возникают ситуации, подобные нынешней.
Он начинает считать, что нет необходимости поддерживать температуру и условия среды на своём теле, но при этом и не станет убивать этих существ.
Просто оставляет их на произвол судьбы, предоставленными самим себе.
Он не находится под чьим-то контролем и ничем подобным — просто у него изменился характер, вот и всё.
А раз так, то лучшим решением будет заставить его перемениться обратно.
Правда, как именно это сделать, пока оставалось не совсем ясно.