Над джунглями подземного мира появилось множество тёмных силуэтов — сотня пикирующих бомбардировщиков на высокой скорости пронеслась над зарослями папоротниковых деревьев, устремляясь в глубину территории Роя Инков.
На этот раз они не использовали маскировку, как в прошлый раз при внезапной атаке — Линь решила действовать исключительно скоростью, посмотреть, удастся ли им напрямую прорваться сквозь войско Роя Инков.
Линь уже могла разглядеть: в километре впереди отряда бомбардировщиков среди папоротниковых деревьев колыхались бесчисленные силуэты насекомых роя. На этот раз Рой Инков не стал вырубать деревья — кроме гигантских боевых юнитов, которые сносили стволы просто по пути, остальные войска прятались в зарослях, так что Линь не могла разглядеть их построение и виды.
Впрочем, так казалось только им самим. Линь уже разведала обстановку через невероятно скрытных Летунов, вот только она пока не понимала, для чего предназначены некоторые новые виды юнитов Роя Инков.
Пикирующие бомбардировщики довели Взрывных червей до полной скорости — те беспрерывно выбрасывали заряды взрывчатки, взрываясь и резко наращивая скорость всего отряда. Линь намеревалась прорваться на максимальной скорости!
Когда бомбардировщики пролетали над армией Роя Инков, Линь вдруг услышала странный звук.
«Бам!»
Этот звук мгновенно разнёсся по всему подземному миру. Из деревьев снизу вырвались бесчисленные белые шарообразные объекты, и почти все бомбардировщики в этот миг оказались поражены ими. Линь распознала, что это крайне вязкая жидкость, смешанная с нитями — вреда она почти не причиняла, но стоило прилипнуть хотя бы одному такому шару, как скорость бомбардировщика резко падала.
Так и есть — после прошлого раза, когда их сильно напугали взрывами, противовоздушная оборона на этот раз оказалась почти что «непроницаемой».
Пикирующие бомбардировщики, облепленные этими шарами, резко теряли скорость, а снизу продолжали лететь всё новые белые липкие шары. В итоге бомбардировщики, покрытые слишком большим количеством шаров, не могли больше держаться в воздухе и падали на землю — их дула тоже оказывались залеплены и не могли стрелять. Их быстро расчленяло и убивало огромное количество насекомых Роя Инков. Поскольку их разрывали на куски, а не съедали, Линь было очень сложно провести вторжение через Рой Инков таким способом.
Но один бомбардировщик всё же не был убит — его подняли и унесли. Хотя слизь залепила его глазное яблоко, Линь смогла разглядеть через парящего в воздухе Летуна: этого бомбардировщика подхватил насекомое, очень похожее на Землеруба, и понёс его в тыл армии.
Линь впервые увидела такого «миниатюрного Землеруба» — длиной всего чуть больше двух метров, с такими же длинными челюстями, как у настоящего Землеруба, только вдвое короче — всего полметра. Он нёс уцелевшего бомбардировщика в челюстях, всё дальше углубляясь в тыл войска. Линь заметила, что его панцирь, похоже, не прилипает к слизи — это показалось ей весьма перспективным для изучения. В конце концов этот «миниатюрный Землеруб» положил бомбардировщика перед неким Толстым Червём.
Этого толстого червя Линь уже видела раньше в «Окаменелом дереве воскрешения», только этот был крупнее — длиной около трёх метров, диаметром тела около полуметра. Только сейчас Линь обнаружила, что среди войск Инков затесались и такие черви. Рядом с толстым червём летало множество маленьких насекомых с длинными иглами вместо рта — Линь назвала их «кровососами». Обычно они занимались извлечением костного мозга из окаменелых скелетов, а затем скармливали его толстому червю.
Линь уже догадалась, что они задумали. Рой Инков хотел выкачать кровь её юнита. А затем получить способности бомбардировщика?
Это действительно интересно — Линь могла воспользоваться случаем, чтобы посмотреть, как именно они это делают.
Кровосос нашёл на теле бомбардировщика, облепленного слизью в единый комок, трещину в слизи, вонзил туда своё игольчатое жало, пробил не слишком толстый кожный покров бомбардировщика и вошёл прямо в его сосуд.
Тут же ощутилась мощная всасывающая сила — множество клеток из сосуда были втянуты внутрь. Линь почувствовала, как эти клетки прошли по каналу в жале и оказались внутри тела кровососа.
Обычно Линь помещала в кровь много базовых клеток, чтобы юниты могли быстро видоизменяться. Теперь она немедленно заставила эти клетки начать преобразовываться и объединяться в шарообразную форму. На поверхности шара она разместила маленькое глазное яблоко, а другие клетки превратила в светящиеся. Линь увидела, что шар находится в мешковидном пространстве, окружённом со всех сторон чернотой.
В этот момент кровосос подлетел ко рту толстого червя, тот раскрыл огромную пасть и проглотил кровососа. Внутри тела кровососа маленький шарик тут же ощутил головокружительную встряску. Когда окружающая обстановка вновь стабилизировалась, Линь обнаружила, что шарик попал в очень большое пространство.
Видимо, это и было нутро толстого червя. Собственный светящийся орган шарика не мог осветить всё это пространство целиком. Оно было заполнено прозрачной жидкостью, довольно чистой — в сотни раз чище, чем речная вода снаружи, кишащая всевозможными грибками.
Чувствуя, что дальше её могут ждать опасности, Линь начала выращивать на поверхности шара несколько лезвиеобразных конечностей, а снизу — плавникообразный хвост для передвижения.
Это пространство было пустынным и огромным, Линь предстояло медленно исследовать его — благо, две армии сейчас находились друг от друга на приличном расстоянии.
У Линь возникло ощущение, будто она вернулась на сто миллионов лет назад — маленькая клетка, плывущая в безбрежном океане, хотя этот шарик и не был одноклеточным.
Внезапно перед шариком появился странный объект. В свете свечения Линь разглядела, что это... щупальце?
Действительно, по форме это было щупальце, и явно принадлежало многоклеточному организму, а не одноклеточному. Головка этого щупальца была очень острой. Хотя у него не было зрения, оно смогло почувствовать шарик Линь поблизости и развернулось, устремившись прямо к нему.
Щупальце вонзило острый шип головки в кожу шарика — и тут же Линь почувствовала, как что-то внутри её тела высасывается наружу.
Линь немедленно взмахнула лезвиеобразными конечностями шарика и перерезала это воткнувшееся в кожу щупальце пополам. Из среза перерубленного щупальца тут же брызнуло множество странной жидкости и мелких примесей, и сразу после этого щупальце мгновенно втянулось обратно, исчезнув из поля зрения шарика.
Действительно опасное ощущение — так они высасывают клетки, получая способности?
Шарик выдернул из своего тела застрявший обрубок щупальца вместе с шипом, а затем Линь заставила шарик выделить растворяющую жидкость, чтобы растворить и поглотить его.
Получив питательные вещества, шарик начал делить клетки внутри себя, увеличиваясь в размерах.
Это пространство, видимо, представляло собой некий мешок внутри тела толстого червя. Теперь Линь нужно было добраться до стенки мешка, пробить её, проникнуть в кровеносный сосуд толстого червя, а затем через сосуд добраться до мозга и сердца — так можно было бы легко убить весь организм.
Но именно в тот момент, когда Линь так подумала, поблизости вновь произошло нечто странное.
Вокруг шарика снова появились те же самые щупальца, но теперь не одно, а... более нескольких тысяч, они плотно, одно к другому, окружили шарик со всех сторон своими остриями.
Зрелище было поистине впечатляющим. Линь встречала существ с чем-то вроде «боязни острых предметов и клаустрофобии скопления» — изначально это было вызвано страхом перед большими стаями мелких плотоядных насекомых или страхом перед острыми зубами Хищников, но со временем это развивалось так, что подобные существа начинали бояться всего плотно скученного и острого.
Если бы такое существо увидело сейчас эту картину, оно, возможно, упало бы в обморок.
Линь смотрела, как бесчисленные плотно скопившиеся острия несутся к ней со всех сторон, и тут же заставила кожу шарика скомпоновать большое количество «мгновенного панцирного вещества», мгновенно затвердев. Все острия воткнулись в этот слой панциря, совершенно не сумев проникнуть внутрь тела шарика.
Мгновенное панцирное вещество — это жидкость, которая после соединения мгновенно затвердевает. Хотя её твёрдость не так уж велика, но для временной остановки таких мелких игл этого оказалось вполне достаточно.
Теперь Линь заставила шарик начать выделять внутри себя большое количество растворяющей жидкости, готовясь разрушить внешний слой панцирного вещества.
Да. Он превратится в искусство.
«Бах!» — вместе с разрушением внешнего панцирного слоя шарик взорвался, и наружу хлынуло огромное количество растворяющей жидкости, разъедая окружающие щупальца и их шипы.
Эти щупальца, вероятно, обычно высасывали кровяные клетки, не способные сопротивляться, и потому оказались абсолютно беззащитны перед этой растворяющей жидкостью. Их шипы мгновенно разъело в труху, да и сами щупальца позади них тоже потеряли солидный кусок, разъеденные жидкостью.
В центре взорвавшегося шарика появился новый, ещё меньший шарик — размером всего в сотую долю прежнего. Теперь он начал поглощать окружающие растворённые обломки, непрерывно деля клетки и увеличиваясь в размерах. Поглотив огромное количество обломков, он в итоге превратился в... огромный шар.
Новый шарик был в сотни раз больше первоначального и весь оброс когтевидными членистыми конечностями. Одновременно он передвигался, выбрасывая струи воды, и вскоре приблизился к стенке этого мешковидного пространства.
На стенке мешка виднелась целая куча плотно скопившихся щупалец — все они без исключения были обломаны, а на срезах сохранялись следы разъедания. Похоже, эта растворяющая жидкость действительно причиняла очень серьёзный вред.
Шарик разрезал эти щупальца, попутно поглощая их, и приблизился к стенке мешка. Затем шарик своими лезвиевидными когтями прорезал в стенке мешка трещину, и тут же через неё внутрь хлынуло огромное количество клеток.
Может, это кровяные клетки? Линь заметила, что эти клетки были самых разных цветов и причудливых форм. Не разбираясь особо, Линь заставила шарик начать пожирать эти клетки. Через непрерывное поглощение Линь превратила шарик в крошечный Репродуктивный отсек, и тот принялся производить Проникателей. Проникатели прогрызали стенку мешка, проникали в сосуды и вторгались во все органы внутри тела толстого червя.
Внутри тела толстого червя Линь обнаружила много интересного — множество органов, которых она прежде никогда не видела. Мешок, в который Линь попала изначально, можно было назвать «извлекающим мешком», затем этот извлекающий мешок соединялся с другим органом, который Линь назвала «аналитическим мешком» — он, похоже, отвечал за обработку различных веществ, извлечённых из клеток и переданных из извлекающего мешка.
Затем эти обработанные вещества отправлялись в «сохраняющий мешок». Линь обнаружила, что в этом органе находится целая куча совершенно неподвижных, тучных клеток — возможно, они отвечали за хранение информации о существе.
И наконец, была палата создания яиц — Линь обнаружила, что толстый червь производит здесь яйца, и, по её предположению, они содержали в себе информацию о существах, из которых была высосана кровь.
Действительно сложная и изящная конструкция. Линь могла бы полностью изучить и запомнить всё увиденное, а потом попробовать построить нечто подобное сама, хотя кое-какие детали процесса пока оставались ей непонятны.
Своевольные бесчинства Проникателей внутри тела толстого червя наконец достигли его мозга. Толстый червь снаружи начал проявлять признаки мучительной боли — это движение мгновенно привлекло внимание всего Роя Инков.