Пространство Штопальщиков изначально было чрезвычайно странным местом. В самые первые времена его законы полностью отличались от законов окружающего пространства — это было совершенно особое существование.
Ощущение от него было похоже на Непредвиденную Землю, но если Непредвиденная Земля могла «сообщаться» с обычной Пустотой и другими пространствами, то пространство Штопальщиков практически не могло этого делать.
Вещи из пространства Штопальщиков не могли выйти во внешнее пространство, а вещи из внешнего пространства не могли войти туда.
Единственным «мостом», связывающим их, был Неразгадываемый.
Прежде чем покинуть это место, Неразгадываемый научил многих существ из окружающего пространства способам наблюдать за пространством Штопальщиков.
Он хотел, чтобы эти существа продолжали ощущать это неразгадываемое пространство Штопальщиков, чтобы это чувство «неразгадываемости» передавалось дальше.
И этот его замысел действительно удался.
Многие окружающие существа под влиянием Неразгадываемого обрели технологии или способности наблюдать за пространством Штопальщиков, но совершенно не могли понять это место — все законы этого пространства противоречили той «реальности», к которой они привыкли.
Некоторые существа пытались с помощью своих тогдашних знаний и технологий разгадать пространство Штопальщиков, другие пытались его игнорировать, но из-за влияния Неразгадываемого они часто ощущали его — во снах или в каких-то иных состояниях.
Со временем в некоторых цивилизациях разумных существ возникло множество... сект.
Поскольку их технологии не могли разгадать это пространство, но и игнорировать его было невозможно, им оставалось лишь пытаться объяснить его с помощью воображения — они выдумывали всевозможные причины, пытаясь истолковать всё, что происходило в пространстве Штопальщиков.
Линь также обнаружила, что в этих описаниях и записях нигде не сказано ясно, как именно тогда выглядело пространство Штопальщиков — можно было лишь в общих чертах понять, что это мир без всякой логики, повсюду наполненный непрестанно меняющимися пейзажами, похожий на сон.
При этом для разных существ пространство Штопальщиков тоже выглядело по-разному: одним оно казалось похожим на сон, другие видели лишь смутные, размытые картины, а третьи — бескрайние сочетания повторяющихся объектов.
Среди различных сект, возникших в прошлых цивилизациях, некоторые прямо считали пространство Штопальщиков миром после смерти, другие называли его прекрасным местом, а некоторые говорили, что это... Ад.
Так или иначе, когда они начинали пытаться истолковать это место с помощью воображения, это уже означало, что данное место невозможно разгадать.
Некоторые цивилизации вплоть до самой своей гибели могли лишь воображать, пытаясь разгадать пространство Штопальщиков, а некоторые цивилизации... или существа, просуществовавшие сравнительно дольше, «увидели» изменения в пространстве Штопальщиков.
Спустя некоторое время пространство Штопальщиков стало менее «нестабильным».
Вещи внутри него начали становиться более нормальными... более похожими на вещи из окружающей Пустоты.
По мере того как вещи внутри становились нормальнее, существа, способные ощущать это пространство, тоже постепенно начали чувствовать... что оно вроде бы уже не такое неразгадываемое.
На самом деле они по-прежнему были не в силах разгадать пространство Штопальщиков, просто само желание разгадать его стало ослабевать или исчезать — они начали считать, что это место похоже на ту Пустоту, в которой живут они сами.
Похоже, это было вызвано влиянием «Неразгадываемого» — построенный им «мост» был двусторонним: он позволял внешним существам ощущать пространство Штопальщиков, но также позволял Штопальщикам внутри пространства ощущать внешний мир.
Самые первые Штопальщики не обладали никакими чертами или поведением, свойственными обычным существам Пустоты, — их вообще нельзя было признать существами в полном смысле слова.
Только после того, как между ними и внешним миром возникла «синхронизация», они постепенно начали проявлять черты живых существ — можно сказать, стали похожи на обычных существ Пустоты.
Самые первые Штопальщики начали подражать некоторым внешним цивилизациям разумных существ — они копировали облик этих существ, копировали их образ жизни, создавая почти полностью идентичную «зеркальную цивилизацию».
Это заставляло существ, которым подражали, думать, что перед ними, возможно... параллельный мир.
Впрочем, такое подражание продолжалось не слишком долго.
Век большинства цивилизаций не так уж и долог,
Многие цивилизации, способные ощущать Штопальщиков, одна за другой погибали, и Штопальщики в этом процессе постоянно меняли объект своего подражания. Так продолжалось, пока не погибли все цивилизации, способные их ощущать.
Вскоре Штопальщики обнаружили, что ощущать их теперь способны лишь некоторые долгоживущие странствующие в Пустоте существа.
Эти существа обычно не считались цивилизациями и даже зачастую не обладали высоким разумом, но обладали жизнью, куда более долгой, чем у обычных цивилизаций разумных существ.
В их памяти хранилось ощущение пространства Штопальщиков, но они ничего не предпринимали по этому поводу — им было безразлично, могут они ощущать это странное пространство или нет.
А вот для самих Штопальщиков это стало ощущаться как кризис.
У самых первых Штопальщиков такого чувства кризиса не было — возможно, потому что, подражая другим цивилизациям существ, они заодно переняли и образ мышления этих цивилизованных существ. Когда Штопальщики обнаружили, что им больше некому подражать, у них возник страх.
Хотя они могли подражать странствующим в Пустоте существам, им гораздо больше хотелось подражать цивилизациям, и если бы у них долгое время не было цивилизации для подражания, они утратили бы всё мышление, обретённое через подражание... и само сознание.
Поэтому они решили, что непременно должны найти цивилизацию, которой можно подражать.
Тогда у Штопальщиков возникла мысль вырваться из своего пространства — они собирались отправиться прямо во внешний мир, найти цивилизацию и подражать ей.
Однако они обнаружили, что не могут покинуть своё пространство. Спустя некоторое время эти Штопальщики постепенно вернулись в исходное «сновидческое» состояние, утратив все мысли, обретённые прежде через подражание.
Впрочем, во внешнем мире тоже кое-что произошло — некоторые странствующие в Пустоте существа... были пойманы другими существами.
Вскрыв их нервные структуры, поймавшие их существа обнаружили, что эти нервы связаны с пространством Штопальщиков.
Так пространство Штопальщиков вновь стало известно другим существам, и Штопальщики вновь начали меняться.
Похоже, стоило какой-либо цивилизации или какому-либо существу обрести способность ощущать пространство Штопальщиков, как спустя некоторое время Штопальщики начинали подражать... облику этого наблюдателя.
Каким бы ни было это наблюдающее существо, Штопальщики могли полностью скопировать его, включая образ мышления и всё прочее.
Так у обретших сознание Штопальщиков вновь возникла мысль вырваться из пространства, протянуться наружу.
Конечно, в большинстве случаев это оказывалось бессмысленным — существа, способные ощущать пространство Штопальщиков, рано или поздно погибали или по иным причинам утрачивали эту связь, и Штопальщики вновь возвращались в исходное состояние.
Однако существа, способные ощущать пространство Штопальщиков, так никогда полностью и не исчезли — всегда находились те, кто мог его ощутить и разными способами передать это ощущение следующим существам.
В конце концов, постоянно сменяя объекты подражания, Штопальщики наконец сумели скопировать группу существ, способных помочь им покинуть своё пространство.
Именно тогда и началось их слияние с другими пространствами.