Весь гриб постепенно превращался в лужи слизи.
Тактика Растворителей Грибницы была куда проще: это были мелкие боевые единицы длиной около пяти сантиметров, внешне напоминающие скорпионов, из хвоста которых выбрызгивалась новая, специально созданная Линь мощная растворяющая жидкость, нацеленная на грибок. Она быстро растворяла структуру грибницы, а в выбрасываемой жидкости содержались крошечные Бактериофаги, которые пожирали растворённый грибок и стремительно росли, в конечном счёте превращаясь в крупного Бактериофага. Одновременно они разлагали поглощённый грибок изнутри и нашли способ фильтровать выделяемый им ядовитый туман.
А Чумной Грибок, не успев отреагировать на новый метод Линь, постепенно вымер почти полностью.
Ядовитый туман и выброс древесных щепок не были новой способностью, развившейся у грибка в ответ на Линь, — это была его исконная способность, которой он просто давно не пользовался из-за отсутствия атак. Похоже, когда-то он сражался с каким-то иным существом, отсюда и такая защита, срабатывающая только против организмов, не боящихся заражения.
Что же это было за существо?
Глядя на то, как Бактериофаги неуклонно расширяют захваченный остров, Линь пока не знала, какое существо способно противостоять Чумному Грибку. Возможно, какой-то крупный организм, а возможно — тот самый вид, что откладывает яйца-эхо…
По сравнению с крупными юнитами Линь считала, что мелкие боевые единицы эффективнее в борьбе с грибком, но по сравнению с клетками ей больше нравилось использовать микроскопические многоклеточные юниты чуть крупнее клеток — функции многоклеточных организмов куда богаче, чем у одноклеточных.
Кстати, стоит как-нибудь попробовать создать вид, состоящий исключительно из многоклеточных структур: например, чтобы в сосудах текла не одноклеточная, а многоклеточная жидкость, а иммунные функции выполняли многоклеточные организмы — так, кажется, получится куда более мощная система.
Сейчас Бактериофаги постепенно пожирали грибок — возможно, чтобы полностью поглотить такой большой остров, потребуется много дней и ночей. Остальные Летуны Линь разлетелись по округе в поисках новых островов…
Возможно, это последний остров: перед тем как прилететь сюда, Линь уже обыскала окрестности, и больше островов поблизости не осталось. На деле из островов, обнаруженных Линь в прибрежных водах материка, заражённые грибком составляли лишь половину, а оставшаяся половина — это пустынные острова, покрытые песком и пылью.
Пловцы также часто встречались в этих краях — их спины, похожие на острова, были покрыты толстым слоем песка и гальки, что защищало их от заражения грибком.
В последующие несколько дней и ночей Линь рассредоточила Летунов ещё шире, отправив их к дальним островам на поиски грибка, и они нашли немало островов. Но следов грибка не было.
На некоторых островах жило множество существ, весь остров был покрыт зеленью, и, судя по всему, заражения грибком там не было. Похоже, всё было именно так, как думала Линь: тот остров действительно был последним.
Разумеется, грибок ещё не вымер полностью — неизвестно, где он ещё может объявиться. Но, по крайней мере, в прибрежных водах материка его больше не найти.
Значит ли это, что война с грибком временно завершилась?
Похоже, всё не так просто.
Когда Линь уже решила, что проблема решена, над многими участками моря вновь стали появляться тени грибка.
На этот раз грибок вёл себя иначе: он использовал новый способ — создавал плавучие пушистые шары около метра в диаметре. Эти шары в огромных количествах появлялись на поверхности моря, доплывали до островов с живыми существами и начинали там размножаться, заражая и разъедая остров.
Похоже, они приплывали откуда-то издалека. Такой пушистый шар мог уплывать куда дальше обычной грибной пыли, к тому же внутри него помещалось огромное количество спор — это был более совершенный способ распространения. Правда, Линь не знала, специально ли грибок придумал этот метод в противовес ей, или же он просто «случайно» додумался до нового способа размножения.
Как бы то ни было, в прибрежных водах материка грибка больше не находилось, а эти приплывающие издалека заразные шары дали Линь новую зацепку: Бегемот отправится на поиски места, откуда происходят эти шары, чтобы найти истинный источник грибка.
В это же время Линь продолжала следить за ходом исследования внутренних областей материка.
Прошло уже несколько дней и ночей…
Небо снова прояснилось. Вместе с восходом палящего солнца, посреди пустыни в глубине материка, Линь заново растворила и перестроила тело «Птерозавра в доспехах». По сути, этот птерозавр уже давно стал одним из юнитов Линь — все его собственные клетки были полностью поглощены. В конце концов Линь добавила ему внутри структуру воздушного мешка для парения, но и это не позволяло ему взлететь — судя по всему, дело было в строении тела.
Наконец, уменьшив общую структуру, Линь сократила первоначальный размах крыльев с семи метров примерно до трёх, да и всё тело стало значительно меньше прежнего — и это существо, облачённое в панцирную броню, наконец поднялось в воздух!
Возможно, это был первый птерозавр, покрытый чешуйчатой бронёй. Главная причина, почему на это ушло так много времени, заключалась в том, что строение полёта у этих существ сильно отличается от членистоногих — работать с ним оказалось весьма хлопотно. За это время Линь также подвергалась нападениям других мелких птерозавров.
Но теперь всё наконец завершено: под палящим солнцем существо расправило крылья и стремительно полетело к тому месту, где находился Скелетный Дракон.
Способ взмахов крыльями у птерозавров сильно отличался от такового у членистоногих, но Линь быстро освоилась. Перелетев через пустыню, Линь вновь вернулась к тому месту, где раньше находился Скелетный Дракон, — там была скала.
Скелетного Дракона, разумеется, там давно уже не было, но переделанный Линь птерозавр смог по запаху, сохранившемуся в сухом песке, определить, что это существо направилось на юг.
Линь поднялась высоко в небо и осмотрелась вокруг: по пустыне бродило множество разных динозавров — похоже, по сравнению с джунглями им больше нравился этот жаркий и открытый простор. Они обгрызали низкорослые растения.
Но и местные растения не сдавались без боя: некоторые из них вместо того, чтобы пассивно выделять яд после того, как их съедят, предпочитали сами поедать динозавров — некоторые растения выросли в виде ловушек, похожих на капканы. Как раз сейчас Линь пролетала над одним из таких растений.
С высоты это растение выглядело просто миниатюрным растеньицем длиной около десяти сантиметров, покрытым мелкими листочками. К нему приблизился динозавр, называемый Древесным Драконом, и как раз задел торчащий из земли шип.
«Бах!»
Внезапно из песка вокруг резко распрямились две гигантские структуры, похожие на листья: длиной около трёх метров и шириной около двух, изнутри сплошь усеянные зелёными шипами.
Эти два листа зажали Древесного Дракона между собой, кровь медленно потекла из щели между листьями… а затем листья начали постепенно погружаться в песок, переваривая и растворяя добычу под ним.
Это растение называется Жестокий Пронзитель. Обычно оно скрывается под песком, а показывающийся наружу росток служит лишь «приманкой»: как только какое-нибудь существо касается его, два спрятанных под песком листа смыкаются.
В этих краях подобные растения встречались повсюду — динозаврам здесь жилось совсем нелегко.
Скелетный Дракон, возможно, направился к реке — Линь как раз летела в ту сторону, и вскоре увидела реку, сверкающую под солнечными лучами.
На реке стая Многошипых Драконов сражалась друг с другом — похоже, наступил сезон размножения, и самцы боролись за право продолжить род. Линь пролетела над ними, не заметив Скелетного Дракона, но в запахах, плывущих над водой, обнаружила его следы.
Похоже, он ушёл вниз по течению.
Линь хотела в первую очередь посмотреть, как устроена жизнь стаи Скелетных Драконов, поэтому продолжила лететь вниз по течению вместе с водой.
Эта пустынная река достигала около тридцати метров в ширину, вода была довольно прозрачной, так что Линь смогла разглядеть какое-то существо, двигавшееся вперёд вместе с потоком в воде.
Это было существо, называемое «крокодилом», — похоже, оно не относилось к динозаврам, а было крупной рептилией. Оно ещё было недостаточно велико, чтобы напасть исподтишка на стаю Многошипых Драконов, поэтому и следовало сейчас за птерозавром Линь — вероятно, надеясь, что тот приблизится к поверхности воды, чтобы устроить внезапную атаку. Ну что ж, раз так…
Линь заставила птерозавра снизиться и лететь прямо над поверхностью воды. Крокодил и правда ускорился, работая телом, и подплыл сзади. В момент сближения он резко распахнул пасть и выскочил из воды, но Линь ещё раньше расправила крылья и взмыла вверх, уклонившись от атаки, а заодно бросила в раскрытую пасть крокодила яйцеобразный предмет.
Крокодил проглотил его, даже не заметив, а затем оставил преследование птерозавра и уплыл прочь.
Теперь птерозавр Линь долетел до ущелья, где река медленно текла между скалами, а в воде неторопливо перемещался гигантский длинношеий динозавр…
Возможно, это был самый крупный динозавр, которого Линь когда-либо видела: половина его тела находилась в воде, и даже так, когда он поднимал голову, высота достигала более двадцати метров. Каждое его движение поднимало вокруг волны на воде. Этого дракона называли «Посейдонозавром» — зрелище было впечатляющее, но это не было той целью, которую искала Линь.
Запах не прерывался вдоль всей реки и постепенно становился всё сильнее — спокойные участки течения хорошо сохраняли аромат.
Наконец, в глубине крутого ущелья Линь, следуя за запахом, обнаружила узкую тропку, ведущую вверх между скалами.
На этой тропке Линь наконец увидела силуэт Скелетного Дракона.
Он лежал на песке, и несколько мелких птерозавров теребили его хвост и ноги, в то время как сам он не двигался — выглядело так, будто он уже мёртв. В тот момент, когда Линь спустилась вниз, эти мелкие птерозавры тут же разлетелись в разные стороны, но не улетели далеко, а продолжали кружить неподалёку.
Линь внимательно осмотрела Скелетного Дракона — похоже, он ещё не умер, но был уже очень слаб. Причина, судя по всему, крылась в голоде и чрезмерном истощении сил.
Возможно, этот Скелетный Дракон уже приближался к концу своей жизни. Стоит ли его спасать? Или, может, лучше разобрать его на части, посмотреть, что за структура у него внутри — мозг и прочее, — а затем уже самой поискать его стаю?
Линь немного поколебалась, но в итоге всё же решила спасти его — следовать за живым существом куда проще, чем искать самой.
Линь заставила птерозавра синтезировать внутри тела чистую питательную жидкость, а затем влила эту жидкость в Скелетного Дракона.
Спустя несколько десятков секунд после того, как жидкость была выпита, Линь почувствовала, что сердцебиение начало постепенно учащаться, а тело стремительно восстанавливалось…
Похоже, совсем скоро он оживёт.