«Когда же мы наконец сможем выбраться отсюда!»
В южной части ущелья, в Городе Изумрудных драконов, сейчас царил невероятный шум.
Большая толпа драконов собралась у подножия королевского дворца, и один изумрудный дракон, казавшийся заметно крупнее остальных, стоял впереди и громко кричал наверх: «Король! Здесь жарко и тесно, а в северные джунгли нам путь закрыт. Я считаю, что нам нужно искать возможности снаружи. Если мы и дальше будем оставаться здесь, рано или поздно случится беда!»
«Снаружи? Разве вы не бывали уже там раньше! Посмотрите, чем закончили те, кто выходил!» — донёсся голос сверху, из дворца, и оттуда вышел разодетый в роскошные одежды Король, но его фигура оказалась куда более щуплой и хилой по сравнению с драконами внизу.
«Да! Но те драконы уходили сами по себе, без всякой подготовки. Поэтому у меня есть предложение».
«Хм?» — король, услышав это, судя по всему, заинтересовался и спросил: — «Какое предложение?»
...С тех пор, как Луна улетела, прошло уже больше года.
Линь всё это время наблюдала за событиями, происходящими в обоих мирах: Луна, некогда полная бурь, теперь стала намного спокойнее.
Изначально Линь предполагала, что после отлёта от Пушистого Шара с Луной произойдут какие-то изменения, и среди этих изменений могла бы крыться причина, повлёкшая за собой взрыв.
Но на деле она почти не изменилась — вернее, стала даже спокойнее прежнего: потоки воздуха замедлились, океаны сковало льдом, всё вокруг стало тише, чем раньше.
Куда бы Левиафан ни летел, он так и не нашёл ни единой зацепки, связанной со взрывом.
А на Пушистом Шаре тем временем изумрудные драконы сами были готовы «взорваться» — Линь заметила, что хотя часть драконов из-за плохих условий перестала производить потомство, после того как численность на какое-то время застопорилась, теперь всё больше драконов вновь начали пытаться размножаться. Даже приказы Короля слушались не все, из-за чего количество изумрудных драконов продолжало расти, тогда как ресурсы и пространство ущелья были крайне ограничены и не могли вместить столько драконов.
Построенные ими жилища теперь буквально громоздились друг на друге, а на улицах повсюду появились наспех сколоченные лачуги. Поначалу Король отправлял стражу разбираться с этим, но теперь и он уже не справлялся с ситуацией... Ныне Город Изумрудных драконов стал невероятно тесным, здесь не просто то и дело случались всевозможные происшествия — из-за высокой плотности населения безудержно распространялись паразиты и болезни, и телосложение драконов становилось всё слабее.
Из-за столь высокой плотности населения в самом городе стало настолько жарко, что Линь даже больше не нужно было поддерживать обогрев.
В городе повсюду можно было встретить голодных, исхудавших драконов. Воровство стало самым обычным делом. А вот на другой стороне Скелетные драконы являли собой разительный контраст.
Скелетные драконы умели постоянно поддерживать определённый баланс между рождаемостью и смертностью, и они сами теперь осознавали пределы окружающего пространства. Теперь их даже не нужно было обучать этому — они сами понимали, как поддерживать равновесие, идеально решив проблему нехватки жилого пространства.
Для изумрудных драконов, конечно же, подобное было совершенно немыслимо. И вот в эту эпоху, полную хаоса, выступил один дракон, назвавшийся получившим наставление от Короля первого поколения — он выдвинул предложение... а именно, отправиться наружу.
Линь знала, что за эти сотни лет драконов, пытавшихся выбраться наружу, было не счесть. Линь никогда им не препятствовала — любой дракон мог выйти, — но ни один из них не смог отойти от ущелья дальше двух километров.
Однако эта группа драконов отличалась от тех, что убегали раньше. Они подготовили огромное количество тёплого снаряжения, огромный запас еды и собрали большую группу драконов.
Хотя ни один из драконов уже не помнил, каков из себя Материк Динозавров, они по-прежнему жаждали будущего.
Под благословением Короля и народа этот «Отряд Холодных Исследователей» отправился в путь. Они прошли вдоль скальных стен ущелья через специально созданный Линь проход, покинули это тёплое... вернее сказать, знойное место и добрались до совершенно иного, противоположного по своей крайности мира.
В этом мире не было тесноты и переполненности, зато здесь царил смертельный холод...
Как далеко им удастся зайти?..
Глядя на сияющее звёздное небо, Левиафан размышлял над этим вопросом.
Хотя на Луне сейчас царила полная тьма, свет на небосводе оставался всё таким же ослепительным, поскольку пыль, витающая в воздухе, стала намного разреженнее прежнего — отсюда открывался вид на исключительно роскошное звёздное небо.
В небе Левиафан видел Млечный Путь, составленный из бесчисленных сияющих огоньков. Быть может, и сам Пушистый Шар — лишь одна из этих светящихся точек.
Но и среди них наверняка есть бесчисленное множество других светящихся точек — возможно, некоторые из них обладают богатой средой, похожей на Пушистый Шар, и, быть может, эти места полны жизни. В звёздном небе непрестанно кувыркаются бессчётные шары.
Неизвестно, когда удастся их увидеть, но Линь была уверена: этот момент рано или поздно настанет. Линь сможет увидеть бесчисленное множество живых существ, стать свидетельницей безграничных Чудес в этом море звёзд.
Мир настолько огромен — и это ощущение поистине прекрасно.
Левиафан специально создал «Дальнозоркое Око» для наблюдения за событиями в Пустоте — там оказалось множество удивительных вещей, но никто пока не знал, как их называть...
Кстати говоря, а не являются ли такие «Кувыркуны», как Луна или Пушистый Шар, тоже своего рода живыми существами? Они ведь способны двигаться сами по себе, и на них вполне могут обитать целые множества живых организмов...
Если искать формы жизни, не состоящие из современного клеточного вещества, то, возможно, «Кувыркуны» как раз являются одним из таких примеров?
Для живущих на них существ эти кувыркуны представляют собой целый мир, но на деле так устроено любое живое существо: возьмём, к примеру, Скелетных драконов — на их коже или внутри тела обитает огромное количество микроорганизмов, число которых может даже превышать число клеток самих Скелетных драконов. Если бы избавиться от них, можно было бы значительно снизить массу тела — возможно, больше чем наполовину.
Конечно, при этом организм тоже погибнет.
Как правило, симбиотическую связь между многоклеточным организмом и обитающими на нём микроорганизмами невозможно разорвать — за исключением случая с Линь.
У всех юнитов Линь, помимо, возможно, каких-то микроорганизмов на поверхности кожи, внутри тела не встречается никаких посторонних микроорганизмов — они целиком и полностью состоят из собственных клеток Линь.
Для крупного организма микроорганизмы, живущие на нём, могут быть как вредными, так и полезными, но для самих микроорганизмов тело многоклеточного существа подобно целому огромному миру.
Линь задумалась: не находятся ли «Кувыркуны» в подобной же ситуации? И это загадочное притяжение, возникающее неизвестно почему, возможно, представляет собой способ, которым они добывают себе энергию, одновременно обеспечивая себе стабильность.
Из-за колоссальных размеров обычным живым существам крайне трудно заметить жизнедеятельность такого гигантского организма. «Луна», возможно, и есть существо, обитающее в Пустоте — сейчас она по каким-то причинам отдалилась, отправившись куда-то вдаль в поисках энергии или чего-то иного, и вернётся лишь спустя почти триста лет.
Но согласно некоторым данным изучения окаменелостей, Линь обнаружила, что вовсе не нужно ждать триста лет — Луна «пробудится» вновь гораздо раньше.
Хотя это всего лишь чистое предположение Линь, но, возможно, в этом всё же есть доля истины — просто разница между ними слишком велика, чтобы наладить хоть какое-то общение.
Впрочем, у Линь было бесконечное количество времени и возможностей, так что рано или поздно она непременно разберётся во всех этих вопросах.