Эти существа... медленно меняли форму.
В трубе Линь наблюдала за группой существ, которых называли «Штопальщиками».
Раньше они постоянно сохраняли форму построек Расколотых Охотников, но теперь Линь заметила, что они постепенно превращаются в нечто иное.
На вид это выглядело так, будто эти постройки медленно плавились, а расплавленные части стекали по улицам, сливаясь в подобие «рек», текущих вдаль.
В небе парили несколько Пушистых Шаров Линь, наблюдая за этими медленно растворяющимися городами.
Существа, похоже, не обращали особого внимания на присутствие Линь и продолжали неторопливо двигаться по своим делам.
Весь процесс растворения длился десять тысяч секунд — за это время все постройки внутри трубы превратились в текущие «реки», которые растекались по всей трубе и медленно принимали новую форму.
Линь обнаружила, что вскоре они сложились в совершенно новый облик.
Точнее говоря, они превратились в совершенно новый город — по стилю он немного напоминал постройки эршиан: большинство зданий были прямоугольными.
Эти постройки явно не принадлежали цивилизации Расколотых Охотников. Подождав некоторое время после того, как превращение завершилось, Линь направила множество своих юнитов исследовать здания в разных районах города.
Оказалось, что даже мебель внутри зданий полностью преобразилась — включая некоторые сооружения, хранившие исторические записи, похожие на библиотеки.
Хотя сами постройки полностью превратились в облик другой цивилизации, исторические записи в них по-прежнему были составлены на языке Расколотых Охотников.
Линь пролистала несколько исторических записей — в них описывалась цивилизация индивидуалистичных существ.
Эта цивилизация где-то непрерывно развивалась и укреплялась; в её истории были войны, но с течением времени она становилась всё более мирной, и в конце концов войны прекратились совсем, а население цивилизации стало необычайно сплочённым.
Причиной тому послужило то, что вся цивилизация уверовала в некую... «вещь».
Этой «вещью» была трещина.
Они случайно обнаружили её — трещину, проявившуюся в Пустоте. Их народ верил, что по ту сторону трещины непременно... по сути, это было похоже на то, о чём мечтают многие индивидуалистичные существа: идеальный мир, полный лишь счастья и радости.
А причина, по которой у всего народа сложилось такое представление, была в том, что из трещины иногда вылетали какие-то частицы — стоило существам приблизиться к ним, как те начинали ощущать невероятное счастье и радость. Но в отличие от обычных индивидуалистичных существ, которые, испытав радость заранее, теряют стимул действовать дальше, эти существа цивилизации, ощутив то, что исходило из трещины, наоборот, начинали работать ещё усерднее и становились чрезвычайно деятельными.
Поэтому эта цивилизация непрестанно пыталась пробиться внутрь трещины, и в конце концов то, чего они так желали, действительно свершилось — но не потому, что они сами вошли в трещину, а потому, что трещина внезапно расширилась и поглотила весь их мир.
«Так вот что такое... „Штопальщики“».
Внезапно Линь обнаружила ещё одно... существо.
Его заметил один из Пушистых Шаров, который в этот момент изучал исторические записи в некой «библиотеке».
Здешние исторические записи хранились на неких парящих в воздухе предметах, похожих на камни, и, пока Линь их разглядывала, она заметила, что к ней подлетел один такой «камень».
Приблизившись к Пушистому Шару, он медленно принял форму объекта размером чуть больше метра, по облику очень похожего на сам Пушистый Шар.
Только вместо «пуха» у него на теле росла на вид твёрдая каменная шерсть.
«Ты получила сведения. Последние... сведения».
Этот каменношёрстный шар тоже передавал Линь сообщения на языке Расколотых Охотников.
«Сведения?» — с недоумением спросила Линь. — «Кто ты такой?»
«Они пытаются уничтожить... всё».
Собеседник внезапно обрушил на Линь огромный поток информации, в основном касавшейся Штопальщиков, и Линь узнала, что же он такое на самом деле.
На самом деле этот каменношёрстный шар был Оком Апокалипсиса.
Точнее, малой частью Ока Апокалипсиса — но даже эта малая часть успела здесь много чего пронаблюдать.
В том числе — истинное лицо... Штопальщиков.
Раньше, при встречах со Штопальщиками, Око Апокалипсиса, как и сама Линь, считало, что Штопальщики латают Пустоту, — тем более что сами Штопальщики так и утверждали.
Но на самом деле они вовсе не латали Пустоту.
То, чем на самом деле занимались Штопальщики, было... слиянием участков Пустоты.
Они умели полностью сливать одно пространство с другим воедино — именно об этом Линь уже узнавала раньше.
Два пространства сливались друг с другом «идеально» — все вещества внутри них не сталкивались между собой, а сравнительно устойчиво перемешивались, образуя совершенно новое пространство.
Всё это время Штопальщики именно этим и занимались.
Сначала они изменяли стены на краю пространства, из-за чего между этим пространством и окружающими его пространствами возникал эффект «притяжения».
Однако слияние происходило не мгновенно: в процессе притяжения изменённые Штопальщиками стены пространства приобретали вид сплошной черноты. Штопальщики раньше говорили Оку Апокалипсиса, что эта чернота — «Ничто».
На самом деле это было вовсе не «Ничто» — просто стены пространства, которые они изменили особым образом. Такие стены во многом отличались от обычных стен пространства, и стоило пространству перейти в подобное состояние, это означало, что оно вступило в притяжение с другим пространством.
Самым крупным слиянием, которое когда-либо совершали Штопальщики, была Грань Обрушения.
После невероятно долгого времени, потраченного на переделку стен Грани Обрушения, Штопальщикам удалось слить её с окружающими пространствами и с самой Пустотой.
Они разбили всю Грань Обрушения на части — после этого Грань Обрушения превратилась в множество маленьких кусков, вплетённых в другие пространства.
Что же касается Ока Апокалипсиса, то его основное тело всё это время находилось рядом с этой группой Штопальщиков.
После того как Грань Обрушения обрушилась, оно вместе с этой группой Штопальщиков оказалось внутри небольшого пространства. Поначалу Штопальщики говорили ему, что попытка залатать Грань Обрушения провалилась и она обрушилась сама.
Но спустя некоторое время они показали свой истинный облик.
Сами Штопальщики вовсе не были существами родом из Грани Обрушения — и уж тем более не были остаточными фрагментами сознания Звёздной трубы.
Раньше их принимали за таковых лишь потому, что они умело притворялись всем этим — они способны в значительной мере маскироваться под самые разные объекты местной Пустоты, и чем дольше они находятся на одном месте, тем совершеннее становится их маскировка. Именно поэтому Око Апокалипсиса тогда не смогло распознать в них чужаков.
Но стоило им попасть в другое пространство, как их маскировка быстро раскрывалась... точнее, они сами сбрасывали прежнюю личину.
Одновременно с этим они сбрасывали и прежний характер, образ мышления и всё остальное.
Например, сначала Штопальщики всё время пытались убедить Око Апокалипсиса, что способны восстановить Пустоту, но стоило им оказаться в другом пространстве... как эта мысль постепенно исчезала из их сознания, и они начинали пытаться принять облик местных видов из только что слитого пространства.
Если местного вида не находилось, они возвращались к своей исходной форме.
Как бы то ни было, Штопальщики вновь принимались изменять стены пространства, притягивая его целиком.
Что до Ока Апокалипсиса — на него они просто не обращали внимания.
И тогда Око Апокалипсиса принялось тщательно изучать повадки этих странных существ.
Оно обнаружило одну вещь.
Вполне возможно, что столкновения между участками Пустоты вызывались именно Штопальщиками.